Чтение онлайн

— Нет. Ты будешь заказывать десерт?

— Просто как на рынке.

— Не надейся, торговаться не буду.

— А как же, — Аня начала фразу, но Глеб ее прервал.

— Да-да, конечно, — любовь. Ты об этом?

— Вот сейчас ты меня удивил! Я думала, ты и слова-то такого не знаешь.

— Слово знаю, значения его не понимаю. Если для тебя это может стать синонимом слову — носи, — Глеб протянул коробочку.

Аня открыла — там было кольцо. Очень красивое. Такое красивое, что не надеть его было невозможно.

— Так ты романтик?! Где-то очень глубоко, да?

— Нет. Просто знаю, как влияют эти вещицы на женщин.

— Кольцо — это серьезно, — Аня любовалась кольцом, но не надевала.

— Меня умиляет женская логика. То, что я собираюсь с тобой жить, — это не серьезно. А кольцо — это серьезно.

— Мило, мило… — было непонятно: то ли она говорит о словах Глеба, то ли о его подарке, то ли о том и другом одновременно. — Принять, что ли, твое предложение…

Если и была вопросительная интонация в ее словах, то очень слабо выраженная. Аня надела кольцо.

— Вот и чудно, — Глеб заказал шампанского.

У него зазвонил телефон.

— Привет, рад тебя слышать. Да, Александр, конечно. Буду в субботу. Нет, буду не один. Информация устарела. Да, как обычно — с женой, ты ж меня знаешь, — Глеб над чем-то смеялся, — я как серьезный человек не имею несерьезных отношений. Да, точно. Да, пока, до субботы.

Аня слушала и не верила ушам. Потом стала смотреть на Глеба и думать: «А что, собственно, такого из ряда вон выходящего произошло? Можно подумать, я делаю мучительный нравственный выбор между любовью и деньгами. И выбрать нужно «или-или». Выбора-то на самом деле нет. Я абсолютно свободна. Так свободна, что, если честно, аж противно. Да, предложение нетипичное по форме, но по содержанию — абсолютно стандартное. Да, такого стремительного и сразу замужества у меня еще не было. Но это не значит, что и быть не должно. Что-то в этом стремительном прагматизме есть…»

— Знаешь, я всё-таки не понимаю, зачем сразу кольцо. Здесь должен быть какой-то расчет, кроме силы воздействия на женщин. Есть масса более экономичных вариантов повлиять так же сильно, а ты не стал бы тратиться без нужды.

— У меня нет времени на ухаживания. Кольцо — своего рода компенсация.

— Сейчас. Зачем кольцо?

— Хорошо, — Аня впервые увидела, как Глеб улыбается, — сейчас мы выпьем шампанского и поедем ко мне. Заселяться.

— Это понятно. Зачем сейчас кольцо?

— Чтобы у тебя внезапно не возникло сомнений и возражений. Очень не люблю, когда женщина начинает рефлексировать в самый неподходящий момент. Есть разные стратегии: кто-то с возражениями работает, я же стараюсь их предупреждать.

— Если ты настолько можешь всё просчитать, почему раз в полгода меняешь жену? Куда делась твоя последняя из бывших?

— Получила отступные и съехала.

— Почему?

Повисла пауза. Он не стал уточнять вопрос: почему получила отступные или почему съехала.

— Мне стало с ней не комфортно, — показалось, будто он приподнял шляпу с глаз.

— Аргумент, прямо скажем, никакой.

— Какой есть.

— А изначально комфорт был?

— Казалось, что будет, что уже вот-вот появится. А поскольку это были вторые отступные за год — я задумался.

— Неужели увидел причину в себе?

— Конечно, нет. Был неверно выбран алгоритм подбора. Обе были взяты с вечеринок, хотя и закрытых, на которые контингент тщательно отбирается. Я понял, что мне нужна женщина из другой целевой аудитории. И нужен другой алгоритм поиска. Решил воспользоваться служебным положением, и результатом я доволен — не прошло и недели, а мы уже «на ты».

— Конкурс был большой? Уточняю, чтобы мне не промахнуться, что заказывать: медаль или сразу орден, — Аня не знала, как реагировать.

— Орден заказывай, не ошибешься.

— Но почему я?

— Ключевая компетенция.

— В смысле?

— Ты правильно ее выделила.

Было непонятно: шутит он или говорит серьезно. Слишком много и слишком уж нетипичной информации — Анин мозг требовал передышки.

— А как мы будем с тобой жить? — Аня решила ему подыграть.

— Хорошо мы будем жить. С комфортом.

Комфорт наступил сразу, как и предсказал Глеб. Наступил и окружил, когда Аня зашла в дом. Вообще она думала, что Глеб — житель городской, а он оказался сторонником загородной недвижимости. Дом был почти одноэтажный и очень большой. Второй этаж возвышался небольшим островком над дальней частью дома. Островок оказался кабинетом хозяина, под кабинетом — спальня, а под первым этажом — подвал метр в метр с надземной частью дома. Впечатлило. Очень. Непонятно, откуда лилась музыка. Большой оркестр играл вальс. Громко. Быстро и молча Аня прошлась по первому этажу, а когда вернулась в малую гостиную, музыка стала играть тише. Нужно было что-то сказать хозяину — Глеб ждал.

— А сколько ты последней бывшей дал отступных?

— А что? — Глеб открывал какую-то бутылку. Он явно рассчитывал услышать что-то другое, но не обиделся.

— Продешевить боюсь… — Аня изобразила мечтательность на лице.

— Обычно, думая про деньги, девушки начинают говорить о любви, — пробка хлопнула, шампанское лилось в бокал.

— Ах, вот так обычно? — Аня нахмурила лоб.

— Верить в эти слова — смысла нет, но слушать — всё равно приятно, — было видно, что игра Глебу нравится.

Аня будто бы заговорила сама с собой:

— Ага… Значит, сначала про любовь, а потом про отступные. Ага, про любовь…

Аня начала шарить в карманах, потом заглянула в сумочку, потом подняла к потолку глаза, будто ищет что-то в уме. Лицо оставалось сосредоточенным. Еще немного, и она бы аргументированно опровергла теорию относительности. Она набрала побольше воздуха в грудь и выдала на выдохе:

— А хочешь, я тебе яичницу пожарю! Даже глазунью…

Она продержалась еще секунд пять, но потом начала хохотать. В шампанском хохотали пузырьки, звуки вальса хохотали в своем танце, Аня хохотала на диване. И только Глеб просто смеялся. Громче обычного, но не хохотал.

— Таких возвышенных слов о любви я еще не слышал.

— И я так вдохновенно про любовь еще никому не говорила.

Глеб устроил Аню в рекламный отдел местного филиала Лукойла. И всё было хорошо. Очень хорошо. На таком «хорошо» обычно все сказки заканчиваются. Наступило настоящее «сало в шоколаде» — чего еще желать? Кажется, что такое необычное и вкусное сочетание можно есть каждый день и всю жизнь. И в шок повергает то утро, когда сало в шоколаде есть, а есть его не хочется. Сало и шоколад — всё те же, да уже не те. И что произошло — непонятно.