Чтение онлайн

— Не переживай, бабла хватит. И на свадебное путешествие останется.

— А что будет потом?

— Будешь меня любить и всячески ублажать. Родишь детей и постараешься не испортить этим фигуру.

— Жлобски прозвучало.

— Шутка. Я тоже пока не знаю, что будет потом. Но что-то в этом есть.

Славка был большой. Высокий — было бы сказать неправильно. Хотя это было правдой. Мужчина под два метра ростом и весом чуть больше центнера. У него была большая лысая голова. На руки смотреть было страшно, потому что можно было представить, что он может сделать этими руками, если решит приложить силу. Даже полсилы. Поэтому на предложение поесть в нормальном месте Аня согласилась сразу. Сработал инстинкт самосохранения, который временно отказал ей — иначе она бы не подсела к нему несколько минут назад.

— Хорошо, поесть там, где есть еда, я согласна. Куда идем? — Аня пыталась придумать, как ей улизнуть по-тихому.

— К машине, — Славка поднялся из-за столика.

Аня в ужасе закрыла глаза. Майка в том же ужасе, но фотографировала.

— Чего жмуришься?

— Кроме еды там должно быть еще и красиво, — откуда у Ани взялись силы, чтобы выставлять ультиматумы, она и сама не знала.

— Вкусно и красиво — понял, — голос Славки звучал откуда-то с неба и очень дружелюбно.

Аня собралась с силами, встала и пошла к машине. Надо сказать, что Слава одет был соответственно случаю — походу в ресторан то бишь. На нем была майка, не футболка, а именно майка. Шорты и сланцы. Чтобы представить точно — это когда утопишь джинсы с рубашкой и ботинками до кучи в речке, то купишь у первых попавшихся китайцев такой комплект. Вот так был наряжен Анин жених.

— Слава, — Аня решила осторожно, но спросить, предполагая, что может произойти, если Славку не пустят в ресторан, — а ты, выходя из дома, сразу вот так и думал, чтобы в ресторан пойти? Сообразно случаю и одевался, да?

— Да я вообще за сигаретами вышел. Еду себе. А тут — кафешка. Решил квасу выпить.

— А почему не курил? И сигарет у тебя нет?

— Так я ж не курю!

— Да ты что?! А вышел за сигаретами, да?

— Ага, ты в чем-то противоречие видишь?

— Что ты!

Аня развернулась всем телом и, пытаясь изобразить неподвижную статую, стала удаляться. Почему-то ей показалось, что таким образом она уйдет незаметно. Моментально ее вовлекли в исполнение акробатического этюда «подъем, поддержка и транспортировка за локти». Ее поставили на то место, откуда она начала движение, «кося» под статую. И, будто ничего не произошло, продолжили с ней разговор с того же самого места, на котором он был прерван.

— Я же не спрашиваю, почему ты мусолила в руках зажигалку, но не закурила.

— Спроси.

— Курить хочешь?

— Нет, я не курю.

— Вот и я говорю, что вышел за сигаретами. Мы уже пришли. Вот — мой лимузин.

Славка с гордостью пригласил Аню к Смарт-Сити. Анна обалдела. Это была фисташкового цвета малюсенькая машинка.

— В траве сидел кузнечик, совсем как огу-… фисташка, зелененький он был! Представьте себе! Представьте себе! Совсем как, блин, фисташка! — запела Аня, и получалось очень выразительно. — Ты в ней вообще помещаешься?

— Это для прогулок.

— Ага, у людей экипаж, у тебя — эпатаж…

— Ага!

— Почему не велосипед, сэр?

— Ха! Этот эксклюзив я приберег для нашего свадебного путешествия! В какую страну мира мы отправимся?

— Австралия…

— Водный велосипед! И свадебное путешествие длиною в жизнь! — он хохотал.

— Знаешь, а еще есть роликовые коньки… — Аня поняла, что легко ей не выскочить.

Славка сиял как воскресный самовар.

— Есть еще Мерс-галентваген и Хаммёр.

— Так уже лучше — кирпично-прямоугольное тебе идет больше.

Они сели в машину. Славка на удивление поместился и даже не упирался коленками в нижнюю челюсть. Машина завелась, и заиграла музыка: «Я сижу на поляне!»

Они посмотрели друг на друга и хором громко запели: «Я пятно среди белых акаций, я жду Мамаду-у-у!»

— Аннэт, ты откуда слова знаешь? — Славка искренне удивился.

— Я ее люблю, эту песню. У меня она еще на кассете была записана. Мамаду-у-у!

— И я люблю. Сидеть на поляне и ждать Мамаду.

— А я люблю манго. И «Манго-манго» тоже.

Они поехали. А Майя осталась. Её забыли. Забыла Анька, конечно. Хотя Майя была рада, что про неё забыли. Она честно снимала всё. От начала и до конца. Это был самый длинный и самый прикольный фоторепортаж. С петлей на шее тут были оба, правда, по очереди — сначала Славка, потом Анька. Шедевр!

Драки у ресторана не случилось. Славку пустили с поклоном. Это был его ресторан. Здесь было и красиво и вкусно. И играла классическая музыка, что никак не вязалось с его майкой и сланцами.

— Очень странное музыкальное сопровождение. Ты выбирал?

— Ага, — Славка с удовольствием уплетал мороженое.

— Это из детства — я ж играл на скрипочке.

У Ани отвисла челюсть.

— Не на скрипке! А именно на скрипочке. Настоящую скрипку не успели купить. А на маленькой и хрупкой скрипочке меня учили играть. Я её так берег, что старался не играть при первой же возможности.

— В смысле?

— В прямом — боялся сломать. Я всё время силу сдерживал, когда на ней играл. Она ж хрупкая. Мне её жалко было. Но музыку я люблю. У меня дед скрипач был. И бабушка из аристократов. Но об этом потом. Ты наелась?

— Более чем. Спасибо.

Ане очень хотелось достать зажигалку, но ей не хотелось обсуждать, зачем она её достала, если опять не закуривает и вообще не курит. Она просто постукивала пальцами по столу.

— Тогда по делу. Ань, надо тебе машину заказать, пока в свадебное не укатили. К нашему возвращению её как раз подгонят.

У Ани душа опять упала в пятки — он ничего не забыл. Но она понимала: нельзя показывать, что она боится — сразу сожрёт.

— Так подари мне свой Смарт — я согласная. Мне он подходит. И не париться никому.

— Это очень личная вещь, даже интимная, — Славка понял, что такими словами он выпадет из образа, а потому быстро поправился, — это будто ты трусы у меня возьмешь поносить… Не гигиенично.

Аня поняла, что Славка не врал про дедушку. И про бабушку тоже.

— Да уж… сравнил — так сравнил. Только тогда это больше похоже, будто бы ты носишь мои трусы. Причем — детские.

— Девушка! В платье из ситца! На грубость нарываешься! Скажи еще — стринги!

— Детские говорю! Дети стринги не носят. Даже девочки. Поэтому просто фисташковые с рюшечками.