Чтение онлайн

Доброе утро, неудачник Кастеллан, совершивший самую огромную ошибку в своей жалкой жизни. Да чтобы я ещё кому-нибудь раскрывался – застрелите, пожалуйста, как только откроется рот. Потянуло же меня рассказать о драгоценном кусочке своего прошлого какой-то непонятной девице, которую с трудом знаю. В груди ещё со вчера держится тяжесть, и прогнать её не в моих силах. Взъерошиваю волосы, выбираясь из-под дружелюбного тёплого одеяла. Непривычно было спать на просторной кровати и не толкать кого-то в бок, выслушивая недовольное ворчание. Непривычно было просыпаться посреди ночи, не чувствуя на себе хмурого взгляда и не видя знакомый силуэт на подоконнике.

Лучи утреннего солнца проникают сквозь окна, а я думаю о том, каково было девушке в новом домике, к тому же абсолютно пустом. Не завидую, если она параноик, но даже мне было бы жутко находиться в подобном месте. С подобными мыслями забираюсь в душевую кабину, прежде сняв спальную одежду, и окунаюсь в холодную воду, дабы взбодриться. Тру заспанное лицо, на котором остались отпечатки от мятой наволочки. Вылезаю, быстро укутываясь в махровое полотенце, быстро одеваюсь и спешу на завтрак. Интересно, а Элизабет будет сидеть за нашим столиком или есть в гордом одиночестве?

Не нравятся мне мысли об этой девчонке, ведь буквально минут двадцать минут назад я ненавидел себя так, как ненавидел ещё никогда в жизни. Я был готов отвесить себе такой подзатыльник, чтобы перед глазами затанцевали разноцветные огоньки, а затем всё потемнело. Мне до сих пор хочется так сделать, но сдерживаюсь, дабы не показаться ещё более странным, чем в последнее время.

Подхожу к столику Гермеса и невольно смотрю назад через плечо, замечая знакомую фигуру. Она стоит и смотрит в два места, все время метаясь взглядом. Не может выбрать, что неудивительно, но я готов перевесить чашу весов в свою сторону, поэтому махаю рукой, подзывая. Обнимает себя руками и неуверенно шагает, после чего садится на лавочку, улыбаясь всем полубогам. Отвечает на короткие вопросы, вроде «как дела?», «как жизнь?». Удивительно, а ведь мне не стоило лишать её общения с другими, потому что все тянутся к ней, как к свету. Лунному свету.

– Что будешь делать сегодня? – спрашивает её один из моих многочисленных братьев, которого, кажется, зовут Мэйсон. Память у меня на имена довольно-таки слабая, поэтому не удивляюсь, что с трудом вспоминаю и саму внешность парня. Спокойно, но без особого желания отправляю кусок мяса в рот, с наглостью вслушиваясь в чужой разговор. Элизабет мнётся, рассматривая свои руки и мило улыбаясь. Мне она так не улыбалась. А что я? Я ещё с того боя показал, насколько я дерьмовый.

– У меня сегодня урок по фехтованию, - кивает она, поджимая губы, покрытые.. Стоп. Что? Она накрасила губы? Вот это неожиданность. Поднимает взгляд на брюнета, как бы извиняясь своей улыбкой.

– Но сегодня по расписанию нет такого урока, - он словно ощущает вкус победы на своих губах, облизываясь, но девушка отрицательно качает головой, беря в руки красное яблоко. Крутит его, всматриваясь в каждую точку на кожуре, лишь бы не ощущать любопытство Мэйсона, от которого даже мне хочется врезать ему по лицу. Потеряв мой контроль, начинает подкатывать к ней, а это неприятно.

– Лука помогает мне понять, как правильно держать меч и прочие приёмчики, всё же нужно научиться защищаться и не проигрывать на боях и захватах флага, - откусывает маленький кусок от яблока, долго жуя его, ведь по шатенке видно, что она ощущает себя неуютно. Хмурюсь, глядя на парня, и тот тут же затыкается, опустив взгляд в стол, а Элизабет наконец выпрямляет спину и вновь ведёт себя, как ни в чём не бывало.

От чрезмерной опеки над дочерью Артемиды хочу заехать по лицу уже себе, так как не упускаю из виду ни одну улыбку, жест или слово, адресованное ей. Просто, поглощая пищу, наблюдаю краем глаза насколько яркой она стала, когда перестала хмуриться и неуверенно смотреть на каждого, кто поздоровался с ней. Усмехаюсь, получив толчок в плечо, вопросительно смотрю на Фитч, но та лишь просит подать далеко стоящий от неё апельсин. Разочарованно вздохнув про себя, кладу прямо ей в руку свой почищенный фрукт, так что и мне достаётся милая улыбка, а внутри всё замирает. Не знаю почему, но приятно, когда и на тебя смотрят так тепло.

Почти всё оставшееся время мы проводим врозь и везде мы находимся на краях толпы, так что приходится отвлекаться и заниматься настоящим делом, чем слежкой за девушкой, которую в мыслях оскорбляю так, как даже её мачеха не смогла оскорбить. Лишь мельком наблюдаю за её макушкой, и более ничего. Но я стараюсь одёрнуть себя, пытаясь не отвлекаться, однако ничего хорошего из этого не выходит. Даже моя пара – дочь Ареса – недовольно хмурится, ведь пропускаю мимо ушей каждое её слово, даже не пытаясь сосредоточиться на писклявом голосе.

Тру лоб, получив щелчок, перевожу недовольный взгляд на девушку и возвращаюсь к занятиям, одёргивая себя на полпути к тому, что посмотреть назад через плечо. Скольжу глазами по скучным историям на страницах очередной мифической книги, а вникать в смысл и основу абсолютно не хочу, ибо голова с самого утра забита не тем, чем надо, хотя я совсем не против лишних мыслей. Взъерошиваю волосы, устало поглядывая на неподвижную стрелку часов. Время так тянется, если ты хочешь поскорее завершить дела и показать себя во всей красе в новом поединке, в котором победителем выйти будет намного труднее.

– Заткнись, не вздыхай и не смотри на часы, - бубнит себе под нос блондинка, напряженно сжимая кулаки от злости. Единственное, что не досталось детям Ареса – так это самообладание, ведь они такие вспыльчивые и безбашенные, что хватает искры, дабы разжечь костёр, языками тянущийся всё выше. Выставляю перед собой ладони в знак того, что сдаюсь, а про себя откровенно насмехаюсь над неспособностью держать эмоции под контролем.

Привыкший к своему лицемерию, люблю осуждать всех вокруг, имея точно такие же недостатки, но тщательно скрывая их. Всё время кручусь и верчусь, не в состоянии усидеть на одном месте, словно кто-то вколол мне двойную дозу адреналина, чтобы сердце стучало в разы быстрее и вырвалось из плена рёбер, бросившись к свободе. Двигаю прозрачный стакан с водой по столу, ещё больше раздражая воинственную девицу, однако и сам сейчас на нервах, ведь ожидаю самого худшего – попытки оскорбить открытие своего сокровенного. Опускаю веки, собирая мысли в кучку и раскладывая их по полкам, а затем открываю глаза, подмечая, что все поднимаются с мест, оставляя открытые книги на столах. Встаю на ноги, чуть пошатнувшись, ибо в глазах резко потемнело. Мотаю головой, после чего всё быстро проходит, и шагаю на улицу, дабы поскорее оказаться среди братьев и сестёр и поесть, потому что урчащий желудок не радует меня своими китовыми серенадами в глубинах океана.

Шум разговор, знакомые лица, ставшие лишь мазками краски, голоса как за стеклом – всё это действительно странно, но не придаю значения, уткнувшись взглядом в тарелку и отправляя рот фрукты и другую пищу. Оживлённая беседа Элизабет с какой-то девушкой меня не интересует. Аппетит пропадает при одном лишь появлении Мэйсона, так что хмурюсь, недовольно посмотрев то на него, то на Фитч, что дружелюбно помахала рукой.

– Встретимся в лесу, Фитч, - наклоняюсь к ней, шепча на ухо, чем вызываю неподдельную реакцию в виде писка. Напугал. Плевать, я просто не хочу сейчас находиться в чьём-либо обществе, ибо слова и голоса давят на голову, сжимая череп. Потираю виски и бреду по одиноким тропинкам, изредка оглядываюсь, чтобы найти подходящее для тренировки место, но это удаётся с огромным трудом.

Среди высоких стволов сосен виднеется совсем маленький кусок земли, где можно размахнуться мечом и отступить на пару шагов назад, поэтому пробираюсь туда, не заботясь о том, как же шатенка найдёт меня. Что ж, у неё удивительная способность протирать своим силуэтом глаза, поэтому не буду в шоке, если увижу девушку рядом через минут десять или пятнадцать. Не знаю, в лесу время приобретает иной облик.

Хруст веток и хвойных уголок оповещают о чьём-то приближении, а я не спешу встать с земли даже тогда, когда отчётливо вижу недовольную гримасу на её лице. Скрещивает руки на груди, перенося вес на одну ногу и упираясь плечом в ствол дерева. Ждёт, но идти на поводу её желаний – нет, слишком просто.