Чтение онлайн

– Ну, вот и все. Купол восстановлен.
– удовлетворенно констатировала я, отряхивая руки.
– Теперь установите его копию над прибором, чтобы больше никто не смог на нем паразитировать, и в постель!

– В смысле?
– закашлялся ректор.

Я подняла невинный взгляд на мистера Айзенхарта.

– Время-то позднее. Детям давно спатеньки пора, а у них то вечеринка, то светопреставление. Завтра учиться как будут, вы подумали?
– назидательно выдала я.

– Да-да, вы правы. Нам всем давно пора в постель.
– сдерживая смех, согласился Хаттегер и ехидно добавил: - А ты что подумал?

– Ничего. Надо проверить еще, восстановлен ли купол на самом деле!
– рыкнул Айзенхарт и рванул прочь из подземелья.

Я не торопясь поднялась, отряхнула подол безнадежно испорченного платья - жаль, одно из моих любимых, но буйство стихий, полет среди камней и ремонт окончательно угробили деликатную ткань - и подхватила саквояж.

– Раз я вам тут больше не нужна, пойду пожалуй.

– Позвольте вас проводить!
– вскинулся тут же Хаттегер.

Я про себя помянула его предков многоэтажной конструкцией.

Да что ж он прицепился-то! Я рассчитывала заглянуть в подсобку, забрать шарик незаметно. И что теперь делать?

Пришлось чинно шествовать рядом с артефактором. Он несколько раз пытался проявить воспитание и забрать саквояж, но я не позволила.

Еще копаться начнет!

До откровенного обыска мужчина вряд ли опустится, вроде бы у нас установился напряженный нейтралитет, но вот просканировать — запросто. А у меня там слишком много всего интересного, чтобы раскрывать секреты первому встречному.

Нет ордера — держи руки при себе, я так считаю.

Миновали ту самую подсобку. Я покосилась за плотно закрытую дверь с тоской и прислушалась к магическому фону. Вроде бы никаких активных шевелений, все стабильно.

— А в каких областях возникают эти пустующие зоны? —светски поинтересовалась я. — Есть ли закономерность?

— Только в пределах этого флигеля.

К моему удивлению, Хаттегер открыто ответил. Думала, он примется юлить и задавать неудобные вопросы. Может, и правда воспринимает меня как соратницу, в каком-то смысле?

— Потому мы его и закрыли для посещения студентами. Мало ли!

Я только головой покачала. Меры безопасности у них тут, конечно, сомнительного свойства. Хорошо хоть защита самой академии выстояла, но вот все остальное…

Мы поднялись выше, на первый этаж. Вдали слышался гул толпы, прерываемый зычными голосамипреподавателей. Студентов успокаивали и отправляли по общежитиям.

Судя по виду за окном, там еще полночи придется уборку делать, а то и переезжать кому-то. Некогда ухоженные аллеи знатно проредило, то тут, то там торчали корнями кверху деревья. Дорожки засыпало вырванной травой и прелыми листьями, гравий разметало по окрестностям. Если в общежитиях защита слабее, чем на основном здании, там сейчас неуютно.

— У целителей, бытовиков и боевиков будет отличнаяпрактика, — отметил Хаттегер. — Впрочем, всем остальным тоже придется поучаствовать.

— В смысле?

— Ну, приживление сломанных растений, уборка и разгребание завалов, — хмыкнул артефактор. — Дел невпроворот. Всем найдется, чем заняться.

— Да, надеюсь, всю уборку не свалят на девочек с бытового, — осуждающе заметила я. — Тут и грубая физическая сила вполне справится. Мужская.

— Зато сколько новых заклинаний можно выучить! —радостно заявил преподаватель. — Реставрация, заплатки, декоративное шитье!

Я закатила глаза. Только этого мне не хватало!

Коридор раздвоился. Но вместо того чтобы свернуть направо, к центральному флигелю и выходу, Хаттегер деликатно, за локоток, подтолкнул меня к лестнице.

— Вы же не думали, что вот так запросто пойдете сейчас спать? — хмыкнул он. — Нам нужно с вами побеседовать. Насколько знаю, Руф вами заинтересовался.

Руф? Ах да, он же Рудольф Айзенхарт.

Мне вспомнилось каменное лицо ректора, крайне редко проявлявшего эмоции. Вот уж точно, сокращение Руди ему не слишком подходило.

— Мне не до развлечений и увлечений, — честно отозвалась я и предприняла попытку выдернуть руку. Не тут-то было.

— Не в том смысле. Хотя все возможно! — хитро подмигнул Хаттегер. — Но я сейчас о ваших особых умениях, которые могут нам пригодиться. Так что придется немного подождать, пока Руф освободится. Заодно можете осмотреть место преступления! Вряд ли найдете что-то, что мы пропустили, здесь работали лучшие специалисты. Но вдруг!

Знает, паразит, как даму уломать!

Любопытство сгубило не только кошку, но и воровку.

Я перестала вырываться — смысла-то все равно нет, дальше острова не убегу, купол-то вернулся, — и побрела следом за Хаттегером к кабинету ректора.

Будем искать положительные стороны. Я же хотела осмотреться и определиться, с чем или кем мы имеем дело? Вот и возможность представилась!

Знакомое кресло приняло меня в объятия.

Под задницей перекатились шарики. Я незаметно собрала почти все и ссыпала обратно в карман. Лучше не рисковать. Оставлю парочку на всякий случай, и те перепрячу получше.

— Вы спать собрались или все-таки искать улики? —поинтересовался Хаттегер. Он в кабинет не заходил, остался у дверей, подпирая плечом притолоку.

— И то, и другое, — усмехнулась я и прикрыла глаза.

В работе с магическими следами и потоками зрение только мешает.

Щупальца дара, неосязаемые, но чувствительные, расползлись туманом по комнате. Не удержавшись, коснулась артефактора. Он поежился, но ничего не заметил.

Наши школы магий слишком разные. Засечь мои заклинания для местных сложновато. Буду иметь в виду, возможно, получится пользоваться даром и вне учебного времени так, чтобы не засекли!

Только ради этого открытия стоило сюда прийти.

К сожалению, кроме нечувствительности Хаттегера к моим магическим плетениям сходу, на поверхности, я ничего не обнаружила.

Придется копать глубже.

Не люблю погружаться во временные потоки, но сегодня без этого не обойтись.

Вещи хранят отпечаток происходивших рядом с ними событий. К сожалению, я не могу просто коснуться вещи и увидеть как наяву желаемый момент, хотя, говорят, есть и такие умельцы. А вот зафиксировать присутствие живых существ, траекторию передвижения и их эмоции — вполне.