Чтение онлайн

Третий и четвёртые дни начинали увенчаться успехом: балансируя недавний опыт, Иссей использовал тяжёлые атаки и отгонял Призрака Спарты на несколько шагов назад, но Кратос умело находил лазейку, и, дождавшись, когда Хёдо откроется, бил в уязвимое место. Генерал Спарты объяснил бывшему демону ещё одну стратегию боя — атаковать в тыл. Затем, тыкнув пальцем в самые чувствительные и слабые точки, Кратос жёстко наставлял своего ученика, и бой продолжался. Однако Призрак Спарты не был мягким тренером, и Иссей, порой, старался убежать от атак меченого воина, за что получал по голове.

Пятый и шестые дни становились более лёгкими: Иссей сумел, наконец, выдержать бой на три минуты и дать хороший отпор Призраку Спарты. Но радость брюнета миновала, когда Кратос повысил уровень сражения и стал атаковать в половину своего умения. Привыкший к минимальным нагрузкам — да каким минимальным?! Бедолага едва на ногах стоял после тех самых «минимальных» — тренировок, Иссею пришлось снова отходить назад и не попадаться под удары безжалостного семпая. На этот раз Кратос не щадил своего ученика и бил с такой силой, что Хёдо буквально упечатывало в стены, потолок и пол. Они сменили место боя с подвала до улицы, где выбор сражения был каждому по вкусу. В придуманной реальности Иссея можно было по желанию загадать любое оружие на свой вкус. Кратос сменил пустые клинки на огненный меч — как понял Иссей, меч Ареса — и разжигал огромное пламя и от ударов, и от магии в оружии Бога Войны. Иссею приходилось лишь надеяться на Мечи Хаоса и продолжать сражаться. Кратос был непреклонен.

На седьмой день Иссей старался показать себя с лучшей стороны. Он буквально уворачивался от смертоносных атак, которые даже если и заденут, то не убьют, и старался атаковать Призрака Спарты. Умения бывшего демона понемногу начинали возрастать. Конечно, Иссей получал прилично, но и ему несколько раз удалось задеть Кратоса, отчего тот становился ещё более осторожным и более жестоким. Их отдыхом стали мешки с камнями, которые нужно было на себе нести и в то же время бежать, не сбавляя ходу. С такими нагрузками Кратос справлялся, как нечего делать, а вот Иссея хватило лишь на полтора круга. Затем он начал отставать, а после и вовсе упал на землю от усталости. Но Кратос, лишь увидев слабые успехи Хёдо, пнул парня под дых и заставил подняться. Порой, Иссей принимал Призрака Спарты чуть ли не за зверя, а не какого-нибудь тренера. Даже его учитель по айкидо не был таким злым, как Кратос. Впрочем, оттого у Иссея и стала нарастать мышечная масса, а тело постепенно становилось менее чувствительным к боли. Кратос обучал Иссея так, как обучали его самого с семи лет, когда забрали в Спарту.

С тренировками и молчаливыми днями, находясь в комнате, лишь иногда выходя на трапезу вместе с Уинри, Иссей и не заметил, как прошла неделя.

За семь дней, бывший демон полностью восстановился: тело больше не болело, кость зажила благодаря переливчато ярко-изумрудному кристаллу, который давал ему Кратос. Несколько раз Призрак Спарты пообещал дать попробовать и ярко-голубой, но для этого Иссею сначала нужно было овладеть какой-нибудь магией.

С Уинри Иссею удалось через четыре дня нормально поговорить, не вспоминая неудачную вторую встречу, а вот с Эдвардом отношения уходили на самый низ. Каждый раз, встречаясь взглядами друг с другом, оба чувствовали лишь холод и сталь. Но Элрик часто уходил на задания, и Иссей с Уинри оставались дома наедине. Хёдо усердно помогал Рокбел по дому: мыл посуду, заправлял за собой постель и не наводил беспорядок. Блондинка нашла себе хорошего помощника. Но Иссей не раз называл её Асией, после чего внезапно удалялся в комнату, а Уинри удивлённо хлопала ресничками.

Возвращался Эдвард ближе к вечеру. После произошедшей ситуации в Аместрисе, военные бегали туда-сюда, мечась в разные стороны по приказу фюрера Брэдли. Элрик оживлённо разговаривал лишь тогда, когда рядом не было Иссея. Обычно Хёдо тут же уходил к себе, ибо сидеть рядом с алхимиком и ему было неприятно. После тех слов, Эдвард больше не заговорил с Иссеем, да и бывший демон не особо желал любезничать с блондином. Уинри стала для обоих Швейцарией. Только она могла заговорить и с тем, и другим.

Проснувшись, Иссей поднялся с кровати, и, размяв мышцы, упал на пол, упираясь в гладкие доски руками, и принялся отжиматься. Ему не мешали клинки, не мешали цепи. Благодаря тренировкам с Кратосом, Иссей вволю натренировал себя к минимальным нагрузкам. Раньше он и десяти не мог отжаться, а сейчас тридцатый раз навёрстывал без усталости. Закончив с упражнением, парень перешёл на пресс, потом на приседания, а затем и лёгкая разминка в ударах по воздуху. Каждый раз, представляя на месте простой пустоты кого-нибудь из своих оппонентов — Райзера, например — Иссей более оживлённо и стремительно входил в роль боксёра. Разные прыжки, затем поворот, а дальше прыжок и удар с ноги.

В дверь постучались, и парень остановил свою тренировку.

— Иссей, ты опять взялся за старое? — недовольно проворчала Уинри, открывая дверь. Брюнет застыл с сжатыми кулаками, и один из них был вытянут в сторону блондинки.

— Извини, я просто поддерживаю свою форму, — ответил Иссей, опустив руки. — Не люблю сидеть и ждать у моря погоды.

— Ну, если шумно в доме, значит, Иссей снова тренируется.

— Ну да. Что-то случилось?

— Помоги мне, пожалуйста, шкаф передвинуть, — попросила Рокбел, и Хёдо мгновенно проскочил мимо неё. — Эй, ты куда?

— Как куда? Шкаф твой двигать. Показывай, а то я в твоей комнате ещё ни разу не был.

— Ну… Вообще это комната Эда… — было смутилась блондинка, но быстро вернула себе прежний вид. — Просто я решила заняться капитальной уборкой, а под его шкафом много пыли. Ну и я всё-таки девушка — не такая сильная, как ты или Эд.

— Да без проблем, — опешил Хёдо, хотя эта новость его быстро же вернула под холодный душ. — Показывай, где комната твоего бойфренда.

— Эдвард не мой бойфренд! — покраснев, бросила Уинри, на что Иссей ответил лишь улыбкой.

Девушка впустила парня за собой, и брюнет огляделся вокруг. Комната Эдварда была большой: около стены стояли две кровати, под потолком возвышался канделябр, напротив камина располагался широкий кожаный чёрный диван, Шкаф стоял недалеко от угла, где стоял объёмный кувшин, наполненный глиной, и из неё прорастал сочный стебель.

— Впечатляет, — обронил Иссей, кивнув самому себе в знак согласия.

— Вот тот самый шкаф, — сказал Уинри.

— Я вижу.

Подойдя к объекту, Хёдо обхватил его за углы и резким движением толкнул почти в самый угол, едва не разбив кувшин. Сразу же запахло пылью.

— Да, уборки тут целые полчаса, — кашляя, сказал Иссей. — Может, тебе помочь?

— Спасибо, но я уж как-нибудь сама, — улыбнулась Уинри, беря в руки веник и совок. — Ты сам знаешь, что будет, если Эдвард увидит тебя в своей комнате.

— Понял, не дурак! О, это ещё что?

Под шкафом, покрытые пылью, находился какой-то лист с надписями. Рокбел принялась за уборку, и Хёдо не дали узнать подробно о письме. Взяв его с собой, Иссей покинул комнату Элрика и ушёл на кухню. Парень поставил чайник на огонь, уселся на стул около окна и посмотрел на письмо. Пришлось обтряхнуть от пыли, ибо вся бумага так и тянула серой.

Моя миссия по нахождению философского камня пока не ясна и безрезультатна. Мы с Алом ездили в разные города, пытались найти хотя бы чуть-чуть достоверной информации, но всё понапрасну. Недавно встретили двух ребят, которые заделали себя под нас и готовили пурпурную воду, которая убивает всё живое, превращая в мёртвое. До этого встретились с воровкой драгоценностей, и меня очень удивил её ритуальный круг, покоящийся на её груди. А вскоре я совсем недавно понял, ради чего мы с Алом так стремились, и почему большинство успехов оказались на нашей стороне. В заброшенной тюрьме я повстречал трёх совершенно незнакомых мне людей, представившихся гомункулами. Именно они желают получить камень, и для этого им нужен кто-нибудь живой, желательно алхимик. Только так они смогут стать людьми при помощи обмане алхимии. Но убить две тысячи живых людей — это невозможно для меня. Благодаря отряду военных, мне удалось остаться в живых и миновать свою участь, как и участь других. Не знаю… Быть может, это всего лишь тревога. Но чую я, что этот ишварец Шрам не тот, за кого себя выдаёт. Что-то скрывает он, и мне кажется, что он заодно с этими гомункулами. Роя и других просить бесполезно о помощи. Лишь Альфонс сможет мне подсобить в этом деле. Надо разобраться, и, по возможности, добыть насчёт философского камня больше информации.