Чтение онлайн

Павлов говорил это надменно, все время оборачиваясь на комиссию и презрительно фыркая, всем своим видом показывая, что я уже практически одной ногой в списках на отчисление. Рано радуешься!

— Может быть, вовсе не стоит проводить экзамен? — спросил он меня, многозначительно подняв бровь. — К чему позориться? А резонанс, я уверяю будет, если вы захотите попробовать. К чему вам это? Пожалейте отца. Давайте уж лучше тихо все оформим — и разбежимся наконец.

— Если вы согласны поставить мне автоматом сдачу экзамена, то я конечно согласен, — стараясь улыбнуться как можно шире, ответил я.

Павлова аж передернуло.

— Ни о каком автомате речи быть не может! — взвизгнул он. — Начнем экзамен! Немедля!

Комиссия зашуршала бумажками.

— Постойте, — остановил их Павлов. — Проверку Дара проведу я лично!

Такого не ожидал никто. Один из комиссии — сухой старичок в толстых очках, — поднялся, проскрипел:

— Вы сами? К чему такое? Пусть пройдется по программе...

— Нет, — покачал головой Павлов. — Я сам. Все-таки такой человек сдает, сам Пушкин, княжич Одинцовский! Пусть покажет, чему его научили учителя. Пусть продемонстрирует свои знания. Я хочу лично убедиться в том, что он ни на что не годен. И я же лично отправлю его домой, навсегда. Там ему место, а не в благородной Школе.

Я напрягся. Такого поворота событий не ожидал. Но идти на попятную было нельзя. Экзамен необходимо сдать и если для этого потребуется отделать этого выскочку, то так тому и быть. Пусть потом не жалуется и сопли по лицу не размазывает.

— Если вам будет угодно, — кивнул я.

Павлов едва заметно улыбнулся, потом провел ладонью в воздухе. Я почувствовал легкий укол и даже вздрогнул, готовый ринуться в бой. Но противник отвернулся, словно оттягивая момент. Потом неспеша скинул пиджак, оголяя дряблые руки и круглый живот. Мне стало смешно. Это ему мне придется показывать свои способности? Как бы не пожалел он о своем решении!

Но Павлов оказался только внешне таким легким противником.

Одним скупым движением он создал над своей головой черную воронку, которая со свистом полетела в меня.

Эффектно. И смертельно опасно.

Я отпрыгнул. И весьма вовремя — воронка взборонила паркет в щепки, где еще секунду назад стоял я.

— Учтите, — прошипел злобно Павлов. — Поблажек я вам делать не буду!

Эта фраза значила только одно — бой будет жарким.

Не ошибся.

Еще одна воронка с гортанным воем пронеслась над головой, заставив удивиться не только меня, но и комиссию. Сидящие сдержано зашушукались, видя как воронка неистово вгрызается в пол. Павлов обладал весьма мощным Даром и сейчас это демонстрировал.

Зря я его недооценивал, ох зря.

Пытаясь активировать и свои умения, я вновь отпрыгнул в сторону.

Руки обдало ледяным холодом, по спине потянуло сквозняком. Я чувствовал, как Дар пробуждается во мне, чужой и мощный и это пробуждение не сулило мне ничего хорошего. Дурное предчувствие усилилось, когда я попытался применить Дар, не дав Павлову ударить первым.

Меня скрутило, мышцы напряглись, а в висках начало пульсировать.

Что-то было явно не так, но я не мог понять что именно. Пора было активировать Дар, но он словно заснул. Неужели то, о чем говорил отец, уже начало свершаться? Неужели Дар начал пропадать?

Нет. Этого не должно было случится так скоро!

Но я явно ощущал, как Дар не мог прорваться сквозь какие-то невидимые заграждения.

Еще прыжок. Черная воронка задела самый край рубашки и с яростью вырвала кусок одежды. Я почувствовал всю мощь творимых способностей Павлова и неприятно удивился. Вроде на вид увалень, а внутри оказался весь словно из железа. И Дар у него мощный, ничего не скажешь. Не зря на такой должности сидит.

У меня тоже имелся Дар, и думаю он бы смог посоперничать с Павловым, только вот где он? Почему не активируется?

Я вновь попытался воззвать к нему. Напрасно.

Злоба захлестнула с головой, я вдруг почувствовал себя Крысой, который не мог в схватке со мной активировать свой Дар.

И это воспоминание вдруг родило во мне догадку. Ведь Павлов что-то такое и применил ко мне! Я не могу активировать Дар — это не просто так. Явно какой-то блок. Но какой именно? Неужели Павлов мог делать что-то подобное, что и я?

Я проследил за своими энергетическими потоками — благо Аматару научил это делать. И довольно скоро обнаружил одну интересную закономерность. Дар рождался, рос. В этом сомнений не было. Но вот выйти не мог, словно что-то сдерживало его во мне. Теперь уже было очевидно, что это какое-то воздействие извне.

Только вот разобраться с этим не удалось — приходилось отбиваться от жестких выпадов Павлова.

Противник, поняв, что от меня не стоит ждать угрозу, перешел в более активную фазу боя.

Посыпались удары и надо отдать должное Павлову — владеть боевыми техниками он тоже умел.

Я отбил выпад, ушел под руку, контратаковал.

Противник оказался на чеку.

Захват, уклон. Это был не Крыса с его чувством всесилия, которое его и похоронило как бойца. Крыса не развивался, избивая только самых слабых и от того почувствовав себя могущественным. А вот Павлов, казалось, не пропускал ни одной тренировки вплоть до сегодняшнего дня. Удивительно, что его тело продолжало пребывать в таком дряблом виде, рождая ложные оценки.

Еще одна черная воронка полетела в меня и на этот раз достала — зацепила локоть и швырнула меня так, что едва не вывернула руку.

Я полетел к стене, больно ударился. Павлов презрительно фыркнул. Потом подошел ко мне и тихо, так чтобы никто, кроме нас не услышал, процедил:

— Угрожать мне думал? За свои слова еще ответишь.

Это он имел ввиду нашу первую встречу, когда он начал мне грозился тем, что я не сдам экзамен. Я тогда его знатно напугал. Осадок видимо у первого зама остался, вот он и мстит. Мелочный дядька.

Павлов щелкнул пальцами и над моей головой начала образовываться черная воронка, едва не сдирая волосы с макушки.

— Допрыгался! — прошипел сквозь зубы Павлов.

— К-хм, не слишком ли сложное задание для экзамена? — прошамкал один из членов комиссии — сухой старичок, поправляя очки.

— Вполне нормально! — отмахнулся тот.

И вновь зыркнул на меня.

Я попытался отстраниться от воронки, попутно вновь взывая к Дару. Согнул ногу, пытаясь оттолкнуть от себя Павлова. Что-то круглое лежащее в кармане пилось ребром в кожу.

Монета — всплыло в голове. Та самая, которую мне подарил Евграф Крысеев в знак примирения на дуэли. Символический знак до сих пор лежал у меня в кармане штанов — Марина заботливо постирала одежду и вернула все содержимое карманов на место.

Догадка поразила меня.

Пазл сложился сразу и я вдруг понял, почему у меня не получалось активировать Дар. Эта самая монетка и является блокирующим артефактом, который не давал мне как следует развернуться! И как сразу не допер? Павлов, едва подошел ко мне, активировал кругляш. И теперь я как младенец против него.