Чтение онлайн

— Они на краю нового пятна. Его нет на карте, — уверенно произносит лидер.

— Ну и чего мы ждем? Вперед, покрошим их! — нетерпеливо бурчит Дэба.

— Нет — пока ждем. Через восемь минут их накроют, — командует лидер.

Мой тактический комп выдает указания — огонь по готовности и удержание позиции. Про пятна в инфопакете мало данных — так здесь называли места, посещение которых не рекомендовалось. Указывалось, что с техникой там возникали проблемы, а люди не горели желанием проверить, так ли аномальные области безопасны для здоровья.

Точки крошечных разведчиков одна за другой гаснут, успевая обнаружить противника. Желтых отметок дикарей становится больше, они бестолково перемещаются, сбиваясь в небольшие группы, — вероятно, противник уже знает о нашем присутствии.

Я поудобнее устраиваюсь в корнях местного дерева среди кишащих мелких насекомых — командная сеть услужливо выделяет отметку одного из боевых дроидов. Он шустро перебирает лапами, выдвигаясь вперед. Наконец блестящий краб замирает, уставившись короткими стволами импульсников в густую растительность.

Сквозь приглушенный шум джунглей пробивается новый звук — нарастающее басовитое гудение. Я поднимаю голову и через прорехи в древесных кронах вижу черное пятнышко штурмовика, оставляющее за собой инверсионный след. А потом от него отделяются четыре контейнера — выпустив короткие крылья, они быстро планируют, разделяясь на сотни точек. Джунгли впереди накрывает стеной разрывов — бомбы проламывают густые кроны и лопаются, щедро разбрасывая поражающие элементы.

— Вперед! — Лицо Вохлика за прозрачным забралом еле заметно улыбается. — Это пятно, там со связью могут быть проблемы. Но мы справимся…

Благодаря разведчикам я первым замечаю противника — тактический комп выделяет шесть силуэтов, которые бегут прямо на меня. Первый дикарь легко перепрыгивает через поваленный древесный ствол. Его длинные руки мелькают, хватаясь за торчащие корни, а из раззявленного рта звучит громкий вопль.

Дроид-краб, замерший в десяти метрах от меня, поворачивает сплюснутый корпус и выдает пару импульсов — дикарь беззвучно валится в хлюпающую жижу. По остальным я успеваю выпустить длинную очередь. Бегущие фигурки нелепо корчатся и падают, когда их тела рвут иглы, — комп считает угрозу нейтрализованной. Один из них перед смертью успевает швырнуть что-то вроде небольшого взрывпакета — рядом слышен хлопок, и осколки барабанят по нагрудным пластинам скафа. Робот шлепает вперед, быстро перебирая своими суставчатыми лапами.

В грудь прилетает что-то тяжелое, и я падаю, задыхаясь от нехватки воздуха. Громкий выстрел почти не слышен в хриплом вое раненого дикаря. Я замираю, пытаясь прийти в себя, и поспешно ощупываю пластины скафа. Панель состояния автоматической аптечки горит ровным зеленым цветом — система не считает нужным вмешаться и впрыснуть хозяину стимуляторы. Нащупываю место попадания — одна из пластин сильно вмята. Пуля, выпущенная из примитивного оружия обезьян, не смогла пробить высокотехнологичный сплав. Рядом со мной хлесткий выстрел взметает облачко измочаленной зелени — противник продолжает обстрел. Дроид-краб непрерывно стреляет, но явно не туда.

Тактический комп отмечает дрожащие силуэты — пара дикарей умело прячется в густых ветвях, но их выдают вспышки от выстрелов. Я поднимаю штурмовой комплекс и выпускаю очередь, привычно сменив опустевший зарядный модуль. Последний контур не желает гаснуть — всаживаю в него несколько коротких очередей, и красная точка, моргнув, пропадает с экрана.

Пригнувшись, разглядываю увеличенное изображение подозрительного места — нарваться на новых снайперов совсем не хочется. Теперь мне ясно, почему их пропустили дроиды-разведчики — этот мертвый дикарь затянут в комбинезон, подстраивающийся под цвет окружения. Приглядевшись, вижу второго — его подергивающееся тело застряло в ветвях. Рядом накидка-хамелеон и оружие с длинным ребристым стволом, массивной оптикой и прикладом сложной формы. Наведя точку прицела на уродливую голову снайпера, мягко нажимаю на спуск — от одиночного выстрела череп лопается, забрызгивая маскировочную накидку бурой кровью.

Поднимаюсь и иду вперед, на ходу делая контрольные выстрелы в головы мертвых врагов. Прямо передо мной уткнулся лицом в куст невысокий дикарь, затянутый в легкий бронежилет с дырочками от попаданий — иглы насквозь пробили примитивную защиту. Темное пятно растекается из-под тела, но местная живность уже распробовала лакомство — маленькие ящерицы жадно тыкаются зубастыми мордами в плоть мертвеца.

Совсем неожиданно тактический комп переходит в автономный режим, высвечивая символ потери связи. Теперь мне недоступно целеуказание от других бойцов и разведчиков. Что-то неуловимо меняется — пытаюсь понять, что именно. Одиночные щелчки далеких выстрелов замолкают, а я слышу легкий шум в голове. Через несколько секунд все становится на свои места — привычные звуки возвращаются. С опаской осматриваюсь — без помощи крошечных шпионов и командной сети чувствую себя слепым. Я вспоминаю, что у меня есть свой разведкомплекс, но задействовать его не получается — значок синхронизации с нейросетью засвечен серым.

Слышу хруст — из зарослей выскакивает фигурка в скафе. Вскидываю оружие, но тактический комп поспешно обводит силуэт зеленым. Через прозрачный пузырь забрала вижу обеспокоенное лицо Литы.

— Гарт, с тобой все в порядке?

— Уже да, поцарапали немножко. Наверху спрятались, гады! — отвечаю я.

— Двигай! Роботы всех покрошили! — усмехается женщина, призывно махнув рукой.

На корабле мы отрабатывали такие ситуации и автономные действия, в том числе и зачистку скоплений живой силы противника. Тут рулили дроиды — тяжелое оружие нашей группы. Ну а основной задачей людей в этом случае было не дать врагам вывести тех из строя. Боевые роботы двигались вперед, по пути уничтожая обнаруженные цели — их скорострельные импульсники обстреливали все подозрительные места, быстро достигая огневого превосходства. Эта нехитрая тактика отлично сработала и на этот раз — дикари ничего не смогли противопоставить продвинутому оружию.

Я уважительно покачал головой, выбравшись на выжженную поляну: под авиаудар не попали только несколько землянок и груды плоских контейнеров, посеченных осколками. Дроид крутил плоским корпусом, выцеливая новых противников, но живых здесь больше не было — повсюду лежали изуродованные тела вперемешку с обугленными древесными стволами. Со вторым боевым роботом возился оператор — у этого железного бойца не хватало двух лап, а блестящий корпус имел вмятины.

Двое желтокожих наемников ковыряли ящик, пытаясь его открыть. Командир осматривал то, что осталось от транспорта противника. Вероятно, раньше эта штука летала — по сторонам расплющенного корпуса торчали выступы с переломанными турбинами.

Через фильтры скафа проникала вонь от едкой химии и пожарища, а в воздухе носились тучи насекомых, спешивших облепить мертвые тела. Тактический комп выделил синими отметками несработавшие боеприпасы — пупырчатые мячики размером с футбольные.

— Тут везде бомбы… Это безопасно? — Я подошел к Хассу, который в компании подружки разгребал обвалившуюся землянку.

— Расслабься. Это обманки, — пробурчал наемник, хлопнув меня по плечу. — Их выкидывают на случай, если у врага будут скорострельные лазерные установки. Если бы тут были такие, они бы успели сбить половину бомб…

Лита рассматривала связки корешков и емкости с разноцветными камешками, которые отложил наемник. Дэба тащил за ноги тело в легком скафе коричневого цвета — в разбитом пузыре шлема безвольно моталась голова женщины с бледной кожей.

— Ничего себе, дамочка в компании обезьян! — удивился я.

— Обидно, железяки ее пристрелили, — рассмеялся Дэба. — В следующий раз скажу Шате, пусть стреляют по ногам. Я бы развлекся с такой напоследок!

— Наш главный противник, — ответил Хасс. — За каждого уничтоженного бойца корпорации «Нунза» отряду причитается маленькая премия. За транспорт — побольше.