Чтение онлайн

— Это всего лишь тряпка… — Отворачивается и отходит в сторону. — Переодевайся, стиль спортивный, я смотреть не собираюсь, — произносит отрешённым голосом, вновь сжимая руки в кулаки. Злится, значит.

Я медлить не стала, быстро скинула то, что осталось от юбки, чулки, и, достав джинсы, принялась натягивать их.

— Такую юбку порвал… — ворчала я, застёгивая пуговицу на джинсах.

— Я не рвал её специально, просто ухватился за ткань, ты дёрнулась, результат знаешь… — я нервно хохотнула, беря футболку из сумки.

— У меня чуть сердце не остановилось, когда поняла, что произошло…

— А я-то как был удивлён… — тихо рассмеялся он.

Тут меня основательно накрыло, представив, как он прифигел, увидев мой голый зад. Долгие годы мне не было так спокойно и весело.

— Вань, как в старые добрые времена вернулась, на лет двенадцать назад… — посмеиваясь, высказала свои мысли вслух, Иван резко повернулся и полоснул меня таким… взглядом, что я невольно отшатнулась, прекратив ржать.

— Я бы не назвал их добрыми, по крайней мере, последние двенадцать лет. Не было там ничего весёлого, уж точно не для меня. Знаешь почему? — Подходит ко мне плавной походкой, с болью смотря мне в глаза. — Знаешь?! — прорычал мне в лицо, я лишь махнула головой, слова в горле застряли. — Двенадцать лет назад я стал одержим тобой и познал, что такое ад! — Вот это поворот. — Что, нечего сказать?

— Отчего же, есть. Когда один человек одержим другим, он ему мужей не подыскивает. — Теперь уже я разозлилась на его ложь, вспомнив слова Сашки про то, как Ваня мне женихов поставлял.

— Да было-то всего один раз! Я же о тебе заботился! — Не менее эмоционально парировал Ваня. — Ты думаешь, что мне то решение легко далось? Да я… — он замолчал, пытаясь справиться с эмоциями, или сказать ему нечего.

— Я уж не знаю, какую ты игру затеял, но я в эту сказочку — не верю.

— И это мне говорит женщина, которая клялась в любви, а потом кинула мне в руки эту шмару, крикнув напутствие напоследок: «Совет да любовь!» — передразнил он меня.

— Счёт: один-один. — Не стала оспаривать и свою вину. И на то, что я не клялась в любви, тоже не стала указывать. Сказала только один раз, в тот день, когда он меня безжалостно отверг.

— Она ещё и счёт начала вести…Уму непостижимо! В общем, так, рыба моя, о нас поговорим, когда ты будешь готова услышать меня. Твоя обида… — только я вновь решила возмутиться. — Я не говорю, что не обоснована. На меня есть за что злиться, признаю. Но я готов объяснить причину своих поступков, уверен, ты поймёшь. А сейчас о работе. Одежду носи, чтобы в любой момент легко отбиться, а не как сегодня. Поверь, противника голым задом обезвредить невозможно, только шокировать или распалить. Так что про юбки, кроме выхода в свет, забудь на несколько месяцев. Далее, технику рукопашного боя нужно подтянуть, ты куда прёшь напролом, а? Ты женщина, тебе нужно более точно наносить удары, не возбраняются и подлые методы.

— Вань, я же не могу с тобой так…

— Не может она, а если бы я насиловать тебя собрался? — Молчу, так как реально не знаю, как бы я в том случае поступила. Как ни крути, он дорог мне, тут уж ничего не попишешь. — Понятно, дала бы сама. — Усмехнулся он и направился к машине, попутно прихватив мою сумку с нашими вещами. Я быстро обулась и последовала за ним.

— Ничего подобного, не дала… — пробурчала я, пристёгиваясь ремнём безопасности.

— Но так и я, насиловать не стал бы. А вот уговаривать буду, основательно так… Готовься.

Вновь многозначительный взгляд, я лишь фыркнула, скрестив руки на груди, Ванька как-то нервно сглотнул и резко отвернулся, заводя мотор. Когда мы выехали на трассу, смотрю, Малиновский зол, на скулах играют желваки, и руль с такой силой держит, что костяшки побелели. Села в позу скромной школьницы, нечего мужика нервировать.

— Твои родители вернутся домой только завтра, они на море отдыхали перед тем, как я их оповестил насчёт нашего приезда. Жить будешь в нашем доме, который на берегу озера, там, где ты обычно устраивала ночные купания. — Есть у меня такое место, туда вход всем воспрещён. Любила там уединяться, это своего рода для меня было местом силы.

— В смысле? А откуда там дом появился? — насторожилась я.

— Домой нужно чаще ездить. Я полтора года назад начал строительство его. — Как представила, что он женится, и всё, можно забыть про свой островок рая, чувство ярости охватило меня.

— Вань, вот ты специально, да? Это было моё место, понимаешь, моё!

— Оно и осталось твоим, только более безопасным, купайся там сколько влезет. — У меня на глаза слёзы навернулись, ведь он не понимает, что натворил. — А вот плакать не нужно, ничего я не менял там. А дом тебе понравится, только предупреждаю: там есть одно крыло, куда ходить запрещено, а в остальном здании ты хозяйка.

— На этом инструктаж закончен? Я могу наконец послушать музыку? — не скрывая злости интересуюсь.

— Мир, поверь, тебе понравится, что я для нас построил. — Подмигнул он. — Пар мы с тобой выпустили, так что уже не вспылим при посторонних. Слушай, котёнок, музыку, можешь даже поспать.

Так вот зачем он меня в лесок отвозил, пар выпустить! Как же я хотела его послать. Разумеется, не стала нарываться, вставила наушники в уши и включила музыку, нужно действительно успокоиться. Дом он нам построил… Так я и поверила! Как и в то, что двенадцать лет назад зациклился на мне. Я своими глазами, вернее, ушами слышала, как он страдал с Танюшей. А потом были и другие. Не нужен мне ни его дом, ни его признания. Ну а то, что лишил меня любимого места, ничего, переживу и это.

Добрались до места только к вечеру, всю дорогу я делала вид, что сплю, а Ваня изображал, что поверил в моё притворство. Пока мы ехали, я принялась анализировать ситуацию, хотелось разложить всё по полочкам, а то в голове полнейший бедлам. Про наши отношения даже ломать голову не стала. Потому что нет их и не будет, а значит, не стоит извилины напрягать на эту тему. А вот Иван… Чем больше я думала о нём, тем больше вопросов возникало. В итоге я остановилась на двух версиях, остальные уж слишком неправдоподобные получились. Первая: если он не хотел этим заниматься, чем-то его шантажировали. Они могут, я знаю несколько таких случаев. Но чем? Возможно, он по молодости взломал чужую базу данных и его засекли. Вторая: его приметили, когда он первый миллион заработал, ведь, насколько мне известно, это произошло именно в шестнадцать лет. Но он сильно изменился, во взгляде редко можно заметить проблеск былого тепла. Там либо затаённая боль, либо злость и арктический холод. Неужели его так изменила эта работа? Если так, то что произошло? Ну хоть немного понятно стало, почему он из добродушного парня превратился в холодный айсберг. А с другой стороны, чего я о нём размышляю? Выполним задание и разойдёмся, как в море корабли в поисках тихой гавани. Будем иногда встречаться на праздниках родных, близких, и то я попытаюсь по минимуму с ним общаться, фантомные боли ещё сильны.

Под размышление и музыку время пролетело практически незаметно. Мы въехали на территорию посёлка и свернули в сторону озера, Иван по-прежнему молчал, напряжённо смотря на дорогу. Но стоило нам подъехать к высокому забору, он неожиданно выдал:

— Не у тебя только с этим местом связаны воспоминания, разница лишь в том, что у тебя приятные, а у меня… — Звук открывающихся ворот прервал его.

Но, когда мы въехали на территорию, Ваня так и не сказал, что конкретно его связывает с этим местом. Заинтриговал. Но настаивать на продолжении разговора не стала. Вернее, не до этого мне было: я с открытым ртом смотрела на дом своей мечты. Вот именно о таком я грезила всегда: огромный деревянный дом, окна панорамные во всю стену с видом на озеро. Казалось, он соткан из света и природы. Вокруг дома зелёные насаждения и дорожки из камня. Истинная гармония человека и природы, нет этого бетона, от которого я задыхалась последние несколько лет. Вдохнула полной грудью и от блаженства прикрыла глаза: запах хвои, трав и озера, лучшего аромата для меня быть не может.

— Я же говорил, что понравится. Роме скажи спасибо за осуществление своей мечты. Пошли в дом… — выдернул меня из неги блаженства насмешливый голос Ивана.

— В смысле?

— Так проект его, и за строительством дома он тоже вместе с твоим отцом следил.

— Так это папа решил мне сделать подарок? — обрадовалась я, что это не Ваня. Попутно прикидывая, как вернуть средства за него, пусть я не участвовала в строительстве, но частями расплатиться попробую. Так правильно, нечего родителям мои мечты оплачивать.