Чтение онлайн

— Лайза, какой-то репортер шпионит за Оливией. Узнай, кто это, и замни историю.

Кэт стояла, как идиотка, не зная, как относиться к происходящему.

Слоан прошел мимо нее и направился в гостиную к камину. Он остановился у ряда экранов, установленных на стене, коснулся клавиатуры, и мониторы ожили.

Ей потребовалась всего секунда, чтобы понять, что она видит на экранах — полдюжины видов фасада дома Слоана, в том числе и за воротами. Камеры вели круглосуточно наблюдение.

— Блять. — Он вытащил свой телефон обратно к уху. — Итан, репортеры у входа. Убери их.

Она понятия не имела, что делать. Это бизнес? Личное? Плотнее запахнув халат, Кэт огляделась в поисках одежды.

— Кофе? — Слоан подошел к стойке в углу комнаты, которая была оборудована небольшим холодильником, кофеваркой и бог знает, чем еще.

— Что происходит? Тебе нужно уйти? — Кэт прошла между кроватью с балдахином и мраморным камином в гостиную.

После того, как кофе-машина заработала, Слоан достал сливки с сахаром и приготовил первую чашку кофе так, как ей нравилось.

— Лучше подождать и посмотреть, сможет ли Итан прогнать репортеров. Я не хочу, чтобы тебя заметили.

Кэт и не собиралась туда. Слоан был с ней на людях, он не прятал ее. Так что она была уверена, что сейчас Слоан имел в виду защиту ее личной жизни или что-то в этом роде. Она взяла чашку.

— В чем дело? — Любопытство взяло верх. Кэт поняла, что Лайза работает на него, по тому, как он говорил с ней по телефону. — Кто такая Оливия? — Она так мало знала о жизни Слоана.

Он сунул в кофе-машину еще одну чашку. Его плечи напряглись.

Слоан ответит или проигнорирует вопрос? Сейчас он совсем не похож на того, с кем она провела эту ночь. Нервничая, она пила горячий кофе.

— Оливия — моя мать. — Он ухватился за край стойки.

Кэт опустила кружку.

— Ты с ней разговаривал, на балконе? Ты называешь ее по имени?

— Да.

— «Денег не будет», — повторила Кэт его слова. — Ты платишь ей за молчание? О чем? Ты... Ты сделал что-то...?

— Репортеры. Если они заплатят Оливии, она расскажет им все. Я ей не доверяю. Поэтому плачу ей больше, чтобы она не открывала рот.

На фоне этого, проблемы Кэт с родителями казались ничтожными. Он платит матери за молчание?

— А ты не шутил, когда говорил, что вы не близки.

Слоан рассказал ей, что жил в приемных семьях, но на то могла быть веская причина. Почему это произошло? Возможно, его мать была больна? Но ребенок, должно быть, чувствовал абсолютное предательство.

Его большая рука обхватила кружку, делая ту похожей на игрушечную посуду. Слоан повернулся к ней.

— Даже физически. Она во Флориде, единственном штате, которого я избегаю.

Кэт не знала, как ему помочь. Слоан был холоден и расстроен.

— Мне очень жаль. Ты хотя бы видишься с ней?

— Раз в год. В День Рождения Сары.

Его мертвая сестра, чьи инициалы он вытатуировал на правом бицепсе.

— Чтобы вспоминать Сару?

Он сурово посмотрел в открытую дверь на балкон.

— Чтобы наказать друг друга.

— И ты не видишься с ней в свой День Рождения?

В этом просто не было смысла. Его мать потеряла ребенка. Разве она не будет больше держаться за Слоана?

— Я его не праздную. — Он поставил свой кофе на стол. — Я в душ. — И он исчез за дверью ванной.

Слоан отгородился от нее.

Боже, что случилось с его сестрой?

Глава 3

Кэт тихо спустилась по изогнутой лестнице в огромный холл. Западная сторона дома Слоана была застеклена от пола до потолка и окна выходили на Тихий океан. Пройдя через фойе в гостиную, она миновала потрясающий двусторонний камин, разделявший это место на кухню и гостиную.

О боже, от вида этой кухни у нее потекли слюнки. Огромный центральный стол, на котором спокойно могут спать двое взрослых. И еще глубокая двойная раковина, что делало его просто идеальным рабочим местом. Рядом стояли четыре высоких барных стула с мягкими сиденьями и спинками. А еще здесь много разного оборудования и крутых прибамбасов, и это не считая освещение. Кэт хватило одного взгляда, чтобы испытать невероятное желание здесь творить.

Не зная, что делать — ждать Слоана или ехать домой, Кэт начала дальше осматривать помещение. Над камином висел LED-телевизор. Для большего удобства Слоана и его друзей кожаный диван и несколько стульев были расставлены вокруг изысканного ковра, который, вероятно, соперничал по стоимости с ее квартирой. У всей комнаты было ощущение расслабленного богатства.

Кэт вернулась на кухню и обнаружила кладовку. Что ж, пока она здесь, то использует кухню по прямому назначению. Кэт нашла муку, сахар, разрыхлитель, корицу и растительное масло. Вот если бы она могла еще раздобыть молоко, сливочное масло и…

— Привет, красавица.

Девушка резко обернулась, и не ожидающее такого подвоха, правое колено предательски подогнулось. Кэт ухватилась за ближайшую полку, чтобы не упасть.

— О! — Тяжело вздохнув, она увидела высокого худого мужчину, устало прислонившегося к дверному косяку.

— Меня зовут Дрейк. А ты?

Ее сердце бешено колотилось, но она вспомнила, что у Слоана гостит друг.

— Кэт. Я, эм, Слоана… — Черт, как же ей представиться? — Подруга.

— Знаешь, Кэт, у тебя такой вид, словно тебя загнали в угол. Выходи уже из этой кладовки. — Он медленно отошел.

Кэт нахмурилась. Слоан говорил, что Дрейк не здоров.

— Просто Вы напугали меня. — Неужели Слоан рассказал Дрейку о ее приступах?

— Ты собиралась что-то испечь.

— Кексы с черникой. Вы не знаете, есть ли у Слоана свежие или замороженные ягоды? — Сколько же лет Дрейку? Он почти такой же высокий, как и Слоан, но старше и гораздо худее. А его желтоватый цвет лица говорил о том, что он не просто не здоров, а очень болен.

— В морозилке. — Его глаза загорелись. — Ты действительно собираешься делать кексы с черникой? Сейчас?

— А Вы любите кексы?

— Да, черт возьми. — Дрейк открыл огромный морозильник стального цвета и вытащил пакет черники. — Говори, что делать. За свою помощь хочу получить немного кексов.

— Конечно. — Впервые за это утро ее наполнила энергия. — Вы любите печь?

— Я люблю есть. По крайней мере, обожал до клятой химиотерапии и облучений. А потом Слоан нанял команду медсестер и диетологов, и, клянусь, они лишают меня этой радости. — Дрейк с раздражением дернул головой.