Одержимый
Шрифт:
Глянула на моего похитителя и закашлялась. Его взгляд был прикован к моим губам, которые я постоянно облизывала. А ещё я поняла, что мычала от наслаждения. Как-то неудобно стало сразу, ведь его взгляд пылал черными всполохами, среди красной радужки. Он нахмурил брови и сжал челюсти.
Это что, гнев? Или, может, он сдерживается, что бы не набросится на меня и не съесть.
Зартан моргнул и перевел взгляд, откашлялся и спросил:
– Ты подумала?
– Ага, - кивнула я, закидывая новый кусочек, - И не передумала. Я не стану помогать тебе.
– А как же тест-драйв? Поживаешь здесь и подумаешь ещё. Дам недельку тебе, - он махнул рукой, обводя комнату, и остановился на самом важном аргументе – ванная и нормальный туалет.
Ведь, если я соглашусь пожить здесь, это не будет значить, что я согласна ему помогать? Нет, не будет.
– Давай попробуем, может, у тебя настолько шикарные условия, что я решу передумать, - и погублю своих сестер? Он ведь не настолько глуп, что бы в это поверить?
Он прищурил свои красные глаза, внимательно вглядываясь в мое лицо и медленно кивнул.
– Только это не все, - я решила обнаглеть.
– Говори, - вампир сложил пальцы домиком под подбородком, а локти поставил на подлокотники. Прям какой-то Крестный отец.
– Естественно, еда. Где я могу ее найти? Кухня или общая злодейская столовая?
– Она будет появляться прямо в комнате.
– Свежий воздух, хочу гулять на улице.
– Я проделаю тебе окно и дыши сколько влезет, - он снова щелкает пальцами и камни в стене просто начинают растворяться.
Я подбегаю к только что сделанному окну, выглядываю и разочарованно выдыхаю. Там просто голая пустыня снега, хоть гору бы нарисовали. Точно, мы сами на горе. Хотя даже ни одного склона не видно и наклона нет. Прямая и ровная пустыня.
– Мы на горе?
– На самой вершине.
Наверное, это что-то из магии. Какая-то иллюзия.
Я опираюсь на подоконник руками и поддаюсь вперёд, что бы разглядеть то, что по сторонам, может, не все видно просто? И сразу слышу сзади шипение.
Резко оборачиваюсь на звук, но вампир сидит, как сидел, с каменным лицом и устремлённым взором на стену.
– Здесь есть змеи? – с нотками паники в голосе спрашиваю я.
Не люблю я всех этих холоднокровных, вызывают жуткую панику. Противные, скользкие, мерзкие, как мой бывший муж. Он ещё с моего детства был таким, просто я, наивная восемнадцатилетняя девочка, поверила в то, что чудовище может изменится ради любви. Но сказок не бывает, есть только реальности, где мой муж хоть и любил меня, и секс у нас был каждый раз, как в первый, но расставаться, даже ради меня, он со своей криминальной жизнью не захотел.
– Нет, - шипит в ответ Зартан и оскаливается, показывая свои удлинившиеся клыки.
Похоже, я таки скоро нарвусь на хорошую взбучку.
– Ладно, - выдыхая я, успокаивая небольшую панику. Не съест же он меня в конце концов, я ему нужна, - Прогулок не будет? – в ответ получаю лишь тяжёлый взгляд, - Поняла. Не будет. Одежда, мне нужна одежда, - говорю, садясь на кровати и осматривая все ту же черную рубашку, только уже сухую. Сколько я провела в холодной темнице? Здесь хоть теплее, хотя стены из того же камня и никакого камина я не вижу.
– Пожалуйста, - улыбается одним уголком губ и снова щелкает пальцами. Дверцы шкафа открываются и показывают содержимое. Множество черных рубашек и брюк Зартана.
– Ты мне предлагаешь носить твое?
– А где я возьму женскую одежду? Хотя… У меня здесь есть гарем, могу взять у девушек…
– Нет, - вскидываю руки. Только одежды с его личных проституток мне ещё не хватало. Я ж ее испепелю без огня сразу же.
Гарем? Серьезно? У него есть гарем?
Мое нелюбимое хладнокровное шевельнулось в груди. Значит, всех их он хочет, моих сестер хочет, а меня нет? Да, я немного побольше их, грудь, бедра и даже небольшой животик. Я сочнее, но уж точно не некрасива. Даже с небольшим весом мужики всегда сворачивали шеи, провожая меня взглядом. Тем более, я не толстая и даже не пышка, просто объемнее в некоторых места. И у меня даже не то что бы животик, так, просто нет пресса.
– Твоя, значит твоя. А что на счёт гигиенических средств? Мне нужен шампунь и мыло, - это только потому что он кривится. После гарема захотелось хотя бы пахнуть приятнее для него. Но это только для поднятия собственной самооценки.
– Нет, - в этот раз воскликнул он, при чем как-то слишком резко, и сам это понял, потупив взгляд, - Нет, не буду я искать тебе то, что уже есть, - спокойнее ответил, втянул воздух и снова скривился, - Что-то ещё?
– Конечно, - он думал, это все? – А как же развлечения? Книжки или хоть что-нибудь. Чем мне заниматься?
– Думай, - бросает он, поднимаясь, - Думай над моим предложением, - и в его руке оказывается мой мячик, который он бросает мне и растворяется в темных всполохах.
В переводе на мой язык, он оставил меня ничего не делать. Не буду я думать, я все решила.
Сразу вспоминаю как меня дома запирал Стасик-обалдевший-пид*расик, когда я сбегала от него. Я не знала, чем он занимается, ему достался бизнес отца и я была уверена, что он просто хорошо расширил его. Я даже гордилась своим мужем. Из небольшого бизнеса, он сделал, видимо, целую империю, раз вместо обычного дома, как у родителей, он перевез меня в самый настоящий замок. Только потом оказалось, что это не для жизни, а для безопасности. Замок охранялся, как будто в нем жил сам президент.
И сидела я в этом замке. Сначала хоть на учебу ездила, с охраной, которая ждала меня под дверью. Как-то раз от скуки я пробралась в главную серверную и оставить там малюсенькую флешку. Тогда-то я и узнала, кто на самом деле мой муж.
Он не задерживался на работе, точнее редко задерживался, всегда заботился обо мне и стремился прикоснутся. Сначала я думала, что это привычка, оставшаяся у него с того, как он взял меня под опеку, потом оказалось, что он ждал, когда я вырасту. Полгода после моего совершеннолетия он добивался моего внимания, а я бегала от него, не до конца понимая, что он хочет. В итоге растаяла под его напором. Не было ни единого шанса устоять. Высоченный, до двух метров не хватает каких-то жалких сантиметров, широченный, что обнять его не получалось и с бешеной мужской энергетикой. Он просто взял и присвоил меня себе, повторяя, как он меня любит. И он любил, нежно, страстно, горячо и очень жёстко. Не было ни разу, что бы я не кончила. Только деток так и не получилось зачать, но оно и к лучшему.
Потом начались побеги, а он меня ловил. Говорил, что его дико это возбуждает. Извращенец.
Я сначала воевала, а когда он заметил, что я хожу, как в воду опущенная и в постели просто не шевелюсь, смотрю в потолок и мне совсем никак от его ласк, он предложил психолога. Он мне не помог. Даже боюсь представить, что с ним, психологом, в итоге случилось.
Через три месяца он сдался и отпустил меня, там я снова расправила крылья и ушла во все тяжкие. Но он всегда был рядом и пытался меня вернуть, только в тот раз без насилия.
Почему-то я уверена, что он действительно любит меня, хоть и своей извращённой любовью.
А ещё уверена, что я бы ни за что не оказалась в тюрьме. Скорее, что он меня просто спрятал. Водимо, появился кто-то, кто претендует на его место и выбирает не менее жесткие методы завоевания власти, как и сам Стасик-что б его черти драли-пид*расик.
В комнате ничего интересно я не нашла, помимо каких-то рисунков сундука и текста на непонятном языке.
А ещё огромный черный алмаз. Боже, какой он красивый. Я аккуратно взяла в его руки и поднесла к окну, что бы восхититься тем, как он переливается.