Чтение онлайн

Как вдруг издали, из города, послышалась необычная трескотня. Стрижев прислушался.

...Для новогодних петард как бы уже давно поздно, а на свадебный салют не похоже...

Буквально через секунду где-то завыла сирена, а следом уже совершенно отчётливо простучала автоматная очередь. И сразу же вторая!

...Песец! Если на улицах уже из автоматов постреливают, значит всё реально хреново! А мы здесь торчим, курятник охраняем! Где комбат, где задача для 'Беркута'? Где вменяемое доведение обстановки, наконец!..

Новицкий, видимо, ничего не услышал, так как продолжал увлеченно травить байки бойцам.

Андрея прямо злость взяла на прапорщика. Ведь ясно уже, что в городе большие проблемы! А он себе экскурсию ведёт. Прирождённый пофигизм Новицкого иногда действительно выводил Стрижева из себя. Но, в целом, Михаил был надежным и верным товарищем... Да и ругать его при подчиненных старлей не хотел...

Стрижев достал телефон и снова набрал Ник Ника. Гудки шли, но абонент не ответил. Андрей попробовал связаться с дежуркой. И поразился! Первый раз в его жизни оперативный дежурный не ответил на вызов!

...Да что за...!

– Так, Миша!
– прервал прапорщика Андрей, - заканчивай лясы точить! В городе стреляют! Если бы вы уши не шлифовали и открытыми их держали, услышали бы. Только что где-то рядом из калаша палили! Комбат до сих пор вне связи. И дежурка из эфира пропала! Всё, парни, выходим на Думскую, так, чтобы вокруг побольше открытого пространства было. Ты, товарищ прапорщик, свяжись с водилой командира, узнай, где комбат и какие новости. Вы двое, - Стрижев в упор глянул на молодых омоновцев, - занимаете позиции вокруг меня и прапорщика. И внимательно наблюдаете по сторонам. Так, чтобы ни одна мышь, ни одна собака тенью со склонов внезапно не напала! По всем животным, которые в нашу сторону направятся, разрешаю открывать огонь на поражение. Под мою ответственность. Я пока с командирами рот свяжусь, может у них есть информация. Двинулись!

И Стрижев, не дожидаясь бойцов, решительно зашагал к мэрии. Позади затопали берцами бойцы.

Когда приблизились к памятнику Пушкину, Андрей расслышал почти шепот неугомонного прапорщика, который говорил братьям:

– Командир зря волну поднимать не будет, но, уверен, всё обойдется. Раз нас не дёргают, значит справляются... Кстати, считается, шо этот памятник Пушкину имеет самое сильное портретное сходство! Знаете, шо Володя Высоцкий за Пушкина и Одессу написал? '...Пушкин, величайший на земле поэт, бросил все и начал жить в Одессе. Проживи он здесь еще хоть пару лет, кто б тогда услышал о Дантесе?...' А знаете, как...

– Новицкий!
– рыкнул старлей, оглядываясь назад.

– Всё, всё..., командир, - прапорщик активно защелкал кнопками мобильника, - я уже телефон Пети ищу... О, вот! Набираю...

Патруль вышел на площадь. Стрижев сумел дозвониться до одного из командиров рот и коротко с ним переговорить. Прапорщик в это время пытался связаться с водителем Ник Ника, но, в конце концов, развел руками:

– Васильевич! Шо я могу сделать? У него занято всё время. А шо у тебя?

– Вторую роту к администрации стянули, третью к областной управе на Осипова. Сначала в автобусах сидели, теперь их в оцепление выгнали... И те, и другие уже несколько бешенных приняли. Говорят, что полный капец, мозгов вообще нет. Только на людей бросаются. Одного даже пристрелили по недоразумению, скрутить никак не могли...

– О! Щас, Васильевич, водила комбата меня набирает..., - перебил Новицкий и ответил на входящий звонок.

Не далее, чем в трёх кварталах, кто-то несколько раз выстрелил из пистолета. Судя по тому, как переглянулись омоновцы, эту стрельбу уже услышали все...

– Да, Петя!
– произнес Новицкий в трубку, - що?.. Не, мои и так у сеструхи. Да предупредил я их, предупредил... Шо комбат?.. Как в морду лица?.. Ясно... Да... Да... Хорошо..., - сказал прапорщик и нажал отбой.

– Васильевич!
– тут же обратился он к Стрижеву и эмоционально продолжил, - Петя говорит, что в городе, особенно в районах вокзала, больниц и ночных клубов в Акадии - кипишь полный! В областной управе собрали всё начальство. Они там типа антикризисного штаба организовали. Два часа думали, шо делать и ни фига толком не надумали. Киев и администрация в таком же глубоком ступоре. Губера вроде покусали, а зам его ничего решить не может... Петя говорит, шо комбат только шо из управы вылетел. Бешеный весь, аж трясётся. Петруха подумал было, шо он тоже заразился... Ник Ник только успел дверцу открыть и скомандовать 'в расположение батальона', как в него какой-то подпол из управы вцепился. Тянет за рукав, орёт типа 'вернитесь, полковник! Шо вы себе позволяете...'! А Ник Ник ему прямо без замаха, как дал в кумпол! Знай 'Беркут', ага! Комбат сейчас нашу третью роту с управы снимает, часть на улицы пойдёт, а один взвод Ник Ник с собой на базу поведёт. Там у нас какая-то непонятка приключилась. Вроде один экипаж с ранеными в расположение вернулся, а потом и патруль, и дежурка с эфира пропали... Команда Ник Ника - всех гражданских гнать с улиц по домам, все приказы, кроме его, - игнорировать! По бешенным, Петруха их почему-то мёртвыми назвал, - прапорщик недоверчиво тряхнул головой, - комбат приказал стрелять! Васильевич! У нас, шо путч на голом месте нарисовался?..

– Да какой переворот, Миша!
– отмахнулся Андрей, - путчем нас не испугать... Одесса - это живой организм, способный переварить любую власть и режим без особого для себя вреда... Сейчас похоже на полномасштабную эпидемию к которой власти и горожане оказались совсем не готовы... Если Ник Ник отдал такие приказы, значит, решил действовать самостоятельно. Заметь, как всё быстро происходит! А этот штаб и администрация до сих пор телятся! Ослу же понятно, карантин надо вводить, безотложно! Город на сегменты или зоны ответственности поделить, бешеных нейтрализовать! Посмотри, как быстро расползается зараза!

– А у нас тогда почему так тихо?
– спросил Иван.

– А людей потому что вовремя разогнали! И склоны с одной стороны..., - ответил Стрижев, - кстати, думаю, бешеных надо ожидать из города. На Дерибасовской, там наверняка, как всегда...

Договорить Андрей не успел. Хлопнула дверь Лондонской, и давешний швейцар, выбежавший из гостиницы вместе с какой-то немолодой женщиной, громким криком привлёк внимание омоновцев.

– Ребята! Помогите!
– перебивали они друг друга, - у нас там... Лужа... Двери... Не отвечает...

– Ну, вот, закончилось спокойствие..., - проворчал Новицкий, поправляя ремень автомата.

– Спокойно, граждане! По одному!
– прервал бессвязный поток слов нахмурившийся старлей, - мужчина, давайте вы, говорите!

– Ребята! У нас большая проблема!
– начал излагать швейцар, - в президентском люксе, там... Там смертоубийство, наверное! Леночка, горничная наша, сейчас поднималась к номеру, говорит, что из под двери в коридор целая лужа крови натекла... Ментам, пардоньте, вашим в милицию звонили, там автоответчик трубку снимает... Что творится ребята?.. Девочка чуть в обморок не хлопнулась!.. Вот, мы с охранником и администратором тоже поднимались посмотреть. Там по номеру кто-то шурует... А ковер перед номером аж хлюпает от крови...

– Внутрь заходили?
– уточнил Стрижев.

– Нет, та вы шо, мальчики?
– дородная женщина с бледным, как мел, лицом, бурно замотала головой, - там такие страхи, такие страхи! В президентский компания вчера въехала, три парня. Они часто у нас останавливаются. Из Москвы, бизнесмены. Они в Одессу как бы по делам, а вообще, отдыхать приезжают. Многие так делают... Номер обычно на трое-четверо суток снимают, так шобы и в Аркадии развеяться, и с дамами отдохнуть... Ой, шо я вам рассказываю... И сейчас, как всегда, под утро девочек привели и в номере закрылись. Днём шумели сильно, а потом тишина. Мы-то, конечно, их не беспокоили, это же президентский люкс как никак, да и клиенты постоянные... А сейчас... Такие страхи, такие страхи!.. Мальчики, посмотрите, мы вас так просим! Боимся, шобы не... Сердцем чую, беда там... Мальчики, я вас очень прошу... Так хорошо, шо Лёша вас видел!..