Чтение онлайн

'...- Да?

– Семен Аркадиевич! Это я, Антон. У нас проблемы...

– Антон, я в аэропорту! Говори быстро, меня уже объявили на посадку!

– У меня в приемной сидит Шмидт. Он только что был у меня, дал пачку заявлений на увольнение, своё и всех его людей...

– Как всех?

– Да, Семен Аркадиевич, всех своих парней, я о них вам говорил...

– Ну, так какие проблемы? Уволь их...

– Семен Аркадиевич! Шмидт принес вместе с заявлением планшет с информацией... Да, Семен Аркадиевич, той самой! Он ещё пару распечаток к ней приложил...

– Антон! Не тяни резину!..

– Шмидт хочет, чтобы я устроил ему и его людям быстрое увольнение. Ещё он хочет для себя и своих людей по десять тысяч за молчание. Семен Аркадиевич! Шмидт пригрозил, что если кто-то из его людей пострадает, он сольет всю информацию по теме с оффшором...

– Заткнись! Ты...! Ты...! Где Шмидт? В приёмной сидит? И ты мне звонишь? Нет, ну, ты дебил, Антон Леонидович! С большой буквы дебил! Теперь я понимаю, почему тебя из органов поперли!..

– Семен Аркадиевич! Зачем вы так? Не волнуйтесь, я обо всем позаботился. Я Шмидта и его вымогательства четко так записал! Можно будет использовать, хотя бы по тому же варианту 'Зона'...

– А ну, прослушай запись...

– Сейчас... Сейчас... Ну! Странно, Семен Аркадиевич, но диктофон выдает только помехи...

– Нет, ты всё же дебил, Антон! Они же тебя... Да... Шмидт, ребятам привет! Антон, рассчитайся с ним! Распечатки в БУМ. Планшет и сам завтра ко мне. Сам знаешь, где и когда! Всё, базар закончен! Нет, ну какой...'

В приемнике послышался щелчок и голоса пропали. Я усмехнулся и утвердительно кивнул в ответ на взгляд Гольдмана, который всё-таки соизволил оторваться от айпада. Да, мы предполагали, что Рыба и Козлов так или иначе догадаются, что мы прослушиваем их переговоры. Но это тоже было частью плана.

Я освободил ухо от оперативной гарнитуры, бережно спрятал приемник в карман, потом откинулся на спинку стула и расслабился. Даже прикрыл глаза. Как минимум, у меня есть несколько минут, пока Козлов остывает от разговора с авторитетом, идет к сейфу, достает кейс, тяжело вздыхает и начинает отсчитывать деньги для нас...

– Леночка, пригласи Игоря Алексеевича ко мне, - несколько по-механически искаженным голосом Козлова выдал минут через пять аппарат связи на столе секретаря.

Я встрепенулся, встал и вновь зашел в кабинет начальника СБ.

– Вот деньги, - сухо сказал Козлов, подтолкнув ко мне два пухлых конверта, - надеюсь, вы сдержите своё обещание по той информации. С сегодняшнего дня можете быть свободны, все вопросы я улажу...

– Конечно, Антон Леонидович, можете поверить, информация от нас не уйдет, - подтвердил я, перекладывая пакеты в свою папку и нисколько не сомневаясь, что Рыба и Козлов в ближайшее время действительно будут решать вопрос... Вопрос, связанный с нашим физическим устранением..., - а я, со своей стороны, надеюсь, что мы больше никогда, Антон Леонидович, никогда с вами не пересечемся. И хотя говорят, что Одесса - большая деревня, держитесь от меня и моих людей, господин Козлов, как можно дальше. Это в ваших же интересах.

После такой патетики я развернулся и навсегда покинул кабинет начальника СБ, почти физически чувствуя исходящую от него волну ненависти. Что же, первый этап нашего плана выполнен. Механизм запущен. Надо только ещё немного подождать...

– Ну что, Шмидт?
– первым спросил Паша, как только мы вышли из приемной в коридор и направились к лифту.

– Рыбу мы зацепили, - ответил я, вновь определяя гарнитуру на своё место в ухо, - в Одессе он будет завтра. Козлов приглашен к нему вместе с нашим айпадом. Уверен, что Рыба в первую очередь захочет лично убедиться в полноте и достоверности переданной нами информации. Так сказать, лично оценить нашу угрозу. Дальше дело за Ильей...

Гольдман расплылся в довольной улыбке.

– Игорь! Ну, не переживай ты так..., - протянул он чисто с одесским акцентом, - Ти не веришь старому Гольдману? Зря... Изя обещал, что бабушка приедет? Значит, бабушка приедет...

Гоблин не выдержал и прыснул от смеха в кулак.

– Илья, - перебил я Гольдмана и повел плечом, всё же испытывая некое неудобство от давно не носимой кобуры, - сейчас не самое лучшее время для шуток. Ты уверен, что достанешь айпад?

– У тебя всегда не самое лучшее время для шуток, Шмидт, - поморщился Изя и продолжил, поравнявшись со мной, - а смех, кстати, продлевает жизнь. Ладно. Я его достану. Да при нынешнем развитии сетей я этот планшет хоть из Иерусалима достану. Сами увидите. Этот ваш Рыба будет смотреть на экран айпада, а мы через камеру планшета на него. Наивные люди... Почему-то никому в голову не приходит, что если с планшета можно выйти в интернет, то почему на него нельзя зайти из интернета? А?...

Дилинькнул остановившийся лифт, раскрывая своё хромированное нутро и принимая нас внутрь. Паша, внимательно прислушивающийся к словам Гольдмана, нажал кнопку первого этажа.

– И зачем эти сложности с активацией через сотовую связь, как вы хотели, - продолжил тем временем Изя, - а так, красота. Сигнал пройдет через пару десятков анонимных серверов и разовых коннектов, и всё. Бум! Если Дум не напортачил.

– Дум никогда не портачит, - ворчливо произнес Гоблин и уточнил, - так что, Козлов приезжает к Рыбе, они включают айпад, начинают смотреть инфу. А мы нажимаем виртуальную красную кнопку на твоём, Изя, планшете и переходим ко второму этапу, - Пашка ухмыльнулся и напел, - позишн намбер ту, я тебя...

– Кстати, - вспомнил я о том, чем занимался Гольдман в приёмной, - Изя, ты что за фотки там разглядывал?

– А, так. Мимоходом телефон вашей Леночки посмотрел, - ответил Илья, - неумно, должен сказать, хранить такие фото.

– Что? Что за фото? Леночка? Я тоже хочу посмотреть!
– встрепенулся Гоблин.

Потом посмотрел на наши злорадные ухмылки и обиженно протянул:

– Нет, ну так не честно... А если с меня вискарь?

– Замётано, - тут же согласился Изя и добавил, глядя, как Паша так и потянулся к его планшету, - эй, товарищ, только виски вперед, да?

– Узнаю репатриантов, - пробурчал Пашка.

– Шучу я, шучу, - усмехнулся Гольдман, - от банка отъедим и фото твои.

Лифт плавно замедлился и остановился. Первый этаж.

Мы вышли в вестибюль и, не торопясь, направились к выходу.

– Лера, - произнес я, поднеся правый кулак ко рту, - как воздух?