Чтение онлайн

– Тихо, Васильевич! Тихо!
– громкий шепот Новицкого ворвался в уши Андрея, - я же говорил, шо ты выдюжишь! Лёня! Васильевич в себя пришёл! Быстро воды командиру!.. Ваня! Борменталя зови!

Стрижев почувствовал, как его голову осторожно приподняли, и в рот полилась живительная влага. И боль, пронзающая до этого всё тело Андрея, странным образом стала утихать.

После того, как старлей напился, чьи-то руки так же осторожно опустили голову Стрижева обратно на подушку.

Сил у Андрея, похоже, прибавилось, и он смог приоткрыть глаза, обозреть склонившегося над ним Новицкого, а затем, едва шевеля губами, выговорить:

– Миша, где я? Что случилось?..

– Командир! Ты шо, ничего не помнишь?
– обеспокоенно спросил прапорщик.

– Совещание у комбата... На нашей базе... Дальше - провал..., - с трудом прошептал Стрижев.

– Ясно..., - протянул Новицкий, - да, дела... Короче, Васильевич, ранило тебя. В двух словах, мы после совещания в тот день опять на патрулирование вышли. Сперва улицы от мертвяков чистили, Ник Ник говорил, шо тогда шанс эпидемию локализовать ещё был. Живых по домам загоняли. А потом... Потом самолет на город в районе улицы Осипова упал, нашей главной управы на Еврейской как ни бывало... Там два квартала разнесло, погибших очень много было...

Откуда-то донеслась ожесточенная стрельба. Прапорщик запнулся, подождал, пока она стихла и продолжил:

– Мертвяки волнами по городу разошлись... Больницы ещё раньше зазомбировались со всеми врачами и пациентами. Васильевич, ты помнишь рекламный плакат водки на скоростной дороге напротив тюрьмы? Шо-то типа 'Посидим, как боги!'... Да это я так, навеяло... Никогда не мог понять, нафига почти в центре города находится полноценная колония с особо опасными преступниками... Так вот, зэки в тюрьме, как будто им кто-то помог, в то же время взбунтовались, охрану разоружили и на улицы вырвались. Танкистов у вокзала покрошили, тяжелую технику у них захватили. Тогда в городе хаос и начался... Беженцы, мародеры, зомби, отморозки, наркоманы, да и просто у многих крышу сорвало... Кое-где самые настоящие уличные бои начались. Комбат эвакуационные пункты определил. Нам торговый центр 'Афина' достался. Мы живых с ближайших улиц, кто сам из города уехать не мог, до 'Афины' и сопровождали. Немного мотострелков к нам прибилось, коллеги из Приморского райотдела, кто выжил, тоже к нам вышли... А потом какие-то нарки малолетние машину у нас увели. Пришлось пешком к 'Афине' пробиваться. И дошли бы, тут рукой подать было. Так нас прямо перед торговым центром из БТРа обстреляли... Оказалось, шо зэки его у вэвэшников захватили. Тебя, Васильевич, сразу в плечо конкретно приложило, и тут же из крупняка рикошетом по голове дало... Крови ты много потерял. Борменталь так и говорил, шо у тебя контузия сильная, от этого, видно, ты, командир, и не помнишь ничего... Наши этот долбанный БТР, конечно, спалили, РПГ в 'Афине' уже были. А потом застряли мы здесь. Помощь и транспорты так и не пришли, мертвяков сдерживаем, но тут ещё и мутанты появились... Такие твари, как мы в гостинице видели, помнишь?.. Комбат тоже с нами. Гражданских много. Мы сами, конечно, пробились бы, но не бросать же людей... Так пока и ждём чего-то... Комбат говорит, шо так не только в Одессе. Везде мертвяки атакуют, по всему миру паника и хаос... За границей, вроде, даже ядерной бомбой пытались один из городов выжечь. Людей спалили почём зря, а зараза дальше разошлась... Такие дела, командир... А ты то как, Васильевич?

– Хреново мне, Миша, - еле выговорил Андрей и почувствовал, что вот-вот опять потеряет сознание, - никогда так плохо не было...

– Держись, командир!
– обеспокоенно сказал Новицкий, - щас Борменталь тебе шо-то вколет, полегчает..., - и прапорщик добавил куда-то в сторону, - давай, эскулап, быстрее!

– Ша, Миша, не шуми..., - послышался голос Борменталя и его приближающиеся шаги.

Стрижев прикрыл глаза. Боль опять охватила его тело и стремительно усиливалась. И, несмотря на это, Андрею очень хотелось задать ещё один вопрос. После того кошмара с вороном и зомби на Дерибасовской, старлею очень надо было знать. Где?.. Вернее, как сложилась судьба Чернова! Но через минуту бормотание медика сменилось уколом в руку, и Андрей уплыл в спасительное небытиё. В этот раз без кошмаров.

Последующие возвращения в сознание давались Стрижеву нелегко. Казалось, он балансирует где-то на грани между жизнью и смертью, настолько Андрею было плохо. Тело совершенно не повиновалось, и только пульсирующая в груди и голове боль то и дело напоминала старлею, что он всё ещё жив.

Кто-то периодически смачивал Стрижеву губы, менял холодную тряпку на его лбу, и тогда Андрей на короткий миг вырывался из жгучей и черной пустыни, и даже улавливал обрывки разговоров товарищей, которые, видимо, продолжали дежурить возле своего командира. Но сам старлей ничего сделать не мог. Ни говорить, ни даже открыть глаза. В те моменты, когда он возвращался, ему оставалось только слушать...

– ... 'Афина', парни, была построена в две тысячи четвёртом году..., - рядом говорил, несомненно, Новицкий, - строили её греки. А шо, как временная база выбрана грамотно... Одно из самых высоких зданий в центре города, на нулевом этаже гипермаркет и ресторанный комплекс, окна первых этажей мы мешкам заложили и какая-никакая крепость готова... Внутри достаточно места для размещения людей, магазины, бутики всякие как-то сейчас без надобности... Хотя одежда и пригодилась. Автономное отопление и резервный генератор, да и форма здания в виде колодца, Колизея, очень удобна для обороны...

– Михаил Сергеевич!
– похоже, это Ваня Чёткий расспрашивал Новицкого, - а что это за памятники внутри? Дерево железное, что оно означает?

– Стальное дерево с птицами, - ответил прапорщик, - это символ генеалогического дерева и источника жизни. Сама жизнь защищена коконом стен. Знаково для нас в нынешней ситуации, не находите?...

Андрей опять выпал из действительности, а когда вернулся, речь шла уже о другом.

– ...Странные дела, ребята, - говорил прапорщик, - странные и непонятные. Казалось бы, мы знаем, шо мёртвые изменяются. Мутанты эти, больно уж хищников напоминают и поумнели они, шо ли... Вы обратили внимание, шо их намного больше стало за эти дни? Страшные твари и непредсказуемые... Опасно здесь становится! С третьего этажа внешний фасад 'Афины' целиком из стекла, пулями уже кое-где побит... Да и крыша стеклянная. Если твари по стенам на верхние этажи заберутся, мало нам здесь не покажется. А сделать ничего нельзя. Так шо бдите парни в оба, оружия из рук не выпускайте...

– Михаил Сергеевич, - прозвучал голос Лёни Чёткого, - а что это за слух среди людей ходит о Праведнике?

– А, вы тоже баек наслушались..., - хмыкнул Новицкий, - это семья из последней группы, которая к нам прибилась. Они тему запустили, шо в городе среди мертвяков по улицам монах бродит. Замечает выживших, в домах укрывающихся, останавливается и проповедует. Рассказывает, шо пришёл страшный суд, и все грешники должны понести кару за деяния свои. Шо противиться воле Вернувшегося, а он, типа, так и говорит, именно Вернувшегося, а не Бога или как-то иначе, не надо... Шо восставшие мертвые - это орудия в руках Вернувшегося, и только истинно покаявшиеся получат искупление и останутся живыми... Ещё они говорили, шо зомби никак на этого монаха не реагировали. Наоборот, мертвяки старались держаться от него на расстоянии. И шо пару помощников в монашеских одеяниях за ним ходят и на них тоже не нападают! Представляете?

– Чудеса какие-то..., - недоверчиво произнёс Иван.

– А если правда?
– тихо спросил Леонид.

– Шо правда?
– уточнил Новицкий, - то шо страшный суд? Так никто не спорит. А в Праведника я лично не верю! Выдумки это всё! Люди с ума сходят, им и не такое привидится. Так легенды и рождаются. Наслушаются таких историй, отправятся монаха этого искать и сгинут в зубах мутантов...

Прапорщик замолчал на несколько секунд, затем явно обеспокоенно продолжил:

– Ребята, вы слышите? Что-то не так! Тихо очень, не стреляет никто... Шо-то стремает меня, предчувствие плохое... Вы слышали это, парни? Шо это за звуки...

Голос Новицкого прервался звоном разбивающегося стекла.

Стрижев ещё успел услышать, как сдавленно выругался прапорщик, как оглушающе ударили выстрелы, затем он почувствовал сильный удар по телу и голова старлея, казалось, взорвалась от яростной и всеобъемлющей вспышки боли.

Наверное, Андрей, наконец, умер. По крайней мере, именно такими были последние мысли старшего лейтенанта Стрижева в тот момент.

Глава 8. Легионеры по-одесски.

'...Большинство женщин и девушек на улицах Одессы очень красивы. Особенно привлекательны 'оdessitki' ночью летом в Аркадии, где сосредоточено несколько десятков ночных клубов. На них минимум одежды, но она очень дорогая, как будто вы встретились где-то на фешенебельном курорте для очень богатой молодёжи. Обычно 'оdessitki' приходят в ночной клуб вдвоем или втроём, это надо учитывать. Если вы будете один, познакомиться с ними будет намного сложнее. Они скептически оценивают мужскую половину, присутствующую в заведении, выпивают по нескольку коктейлей. Только после этого с ними рекомендуется знакомиться! Когда 'оdessitki' узнают, что вы иностранец, они преображаются, становятся ещё прекрасней, и необыкновенный вечер вам обеспечен. Но знайте, утром девять из десяти 'оdessitоk' окажется приезжими...'.