Одесский юмор. XXI век
Шрифт:
Шутка – как пароль: своих узнаешь по отзыву.
Мерзавец. Но способен на большее.
Над этой книгой вздремнуло не одно поколение читателей.
Нет дамы без огня.
Земля – это то, что все время вертится у нас под ногами.
Упрямей факта только сплетня.
Хорошим поэтом надо родиться. Плохим – не надо.
Взаимности легче всего добиться ненавистью.
Бывает, опыт приходит так поздно, что не застает человека.
Не спеши радоваться, если ты пошел в гору: может, это Голгофа.
А может, Земля – это пробный шар?
Прошлое – это будущее, прошедшее испытание временем.
Претворенная в жизнь глупость уже не глупость – а свершение.
Любовь не передается половым путем.
Не нужно бояться будущего – очень скоро оно станет прошлым.
Государство часто путает себя с Родиной.
Казнь через повышение.
Государству нельзя противостоять, но можно не брать с него пример.
Прогресс – это евроремонт в пещере.
Водкой обычно разбавляют жизнь.
Александр Бирштейн
Сюрприз
Из цикла «Жуковского, 13»
Тетя Аня обиделась на тетю Марусю за то, что та ее шваброй обозвала. Кстати, не в первый раз. Ничего особенного…
Но злая на Марусю тетя Аня повстречала во дворе мадам Берсон. А мадам уже три дня ни с кем не скандалила и очень боялась потерять квалификацию.
– Стой! – скомандовала она тете Ане.
– Спешу! – отмахнулась та.
– Куда? – рыкнула мадам Берсон.
И тут тетю Аню осенило, как досадить проклятой Марусе, а заодно и мадам Берсон.
– За подарком! – ответила она.
– Подарком кому? – уточнила мадам Берсон.
– Как кому? – поразилась тетя Аня. – Марусеньке, конечно, у нее сегодня день рождения!
Даты соседей по двору мадам Берсон в голове не держала. Зачем? Будет праздник – позовут. А не позовут, так она сама придет. Делов куча…
Узнав, что можно на шару погулять на дне рождения, мадам Берсон обрадовалась. Во-первых, вкусно поест, во-вторых, можно сегодня не готовить.
– Экономия! – обрадовалась она. Но тут же помрачнела: на именины следовало нести подарок!
«Что подарить этой Марусе? – задумалась мадам. И с каждой минутой таких раздумий Маруся становилась все менее и менее симпатичной. – Духи? – размышляла она. – Можно, конечно, а какие? «Красная Москва» стоит пять пятьдесят! Перебьется Маруся! Может, «Ландыш»? И стоит всего рубль сорок… Нет, нельзя. Маруся на днях этим «Ландышем» свою кошку Сильвию надушила. Говорила, что от блох помогает… Торт?»
Но и торт в смету мадам Берсон не укладывался.
Мимо проходил сосед Герцен. Мадам его остановила:
– Герцен! Что дарють на аманины?
– Цветы! – подсказал Герцен.
– Скольки цветов?
– Любое нечетное количество!
– И одну цветок можна?
– Конечно!
Мадам Берсон повеселела. И пошла домой переодеваться. Она надела крепдешиновое платье, взяла сумку, чтоб украдкой сбрасывать туда угощение, и пошла ломиться в Марусину дверь.
Маруся ни о чем плохом не подозревала, а просто отдыхала после работы. Через две недели в театре намечалась премьера грандиозной оперы про революцию под названием «Арсенал», и надо было одеть огромное количество «наших» и «ненаших»… Так что домой тетя Маруся приходила поздно и очень усталой. А тут еще тетя Аня с идиотским вопросом, почему она, Маруся, такая зеленая…
В общем, прилегла Маруся, даже задремала, а тут мадам Берсон в дверь ломится. Открыла Маруся…
– Маруся, – начала мадам, – у тебя сегодня день рождения…
Маруся хотела опровергнуть этот неочевидный факт, но решила выслушать до конца.
– На день рождения дарют цветы, даже розы, – продолжала мадам Берсон, – вот я и решила подарить тебе розу… – Тут мадам сделала паузу. – И вот я тут!
Затем, оттеснив оторопевшую Марусю, она проникла в комнату, спеша посмотреть, какие яства ожидают ее на праздничном столе.
Но стол был пуст.
На лице мадам появилось горькое изумление.
Тем временем Маруся пришла в себя.
– Роза, а откуда ты узнала про день рождения?
– Как откуда? – поразилась мадам. – Мне Аня сказала!
– Ах, Аня… – протянула Маруся. И продолжила: – Знаешь, Роза, сейчас довольно жарко…
– И не говори… – поддакнула мадам Берсон.
– А Анина квартира самая прохладная…
– Ну! – согласилась мадам Берсон.
– Вот мы и решили накрыть праздничный стол у Ани. Часиков в десять. Когда жара совсем спадет…
– Прекрасно! – обрадовалась мадам Берсон. – Значит, в десять?
– Да-да, приходи, – ободрила ее Маруся. И добавила: – Да, Роза, кстати, не в службу, а в дружбу: пригласи еще Симу, Риву с Петей, Межбижера и… – тут она назвала имена еще пяти соседей. – Скажи, что сюрприз намечается… И еще… – Тут тетя Маруся слегка замялась. – Знаешь, Розочка, Аня так старалась, так старалась! Надо бы ее как-то отблагодарить… Я знаю, что у нее есть заветная мечта…
– Какая? – стала выяснять мадам Берсон.
– Ты будешь сильно удивляться, но Аня мечтает о новой швабре…
– Что ты говоришь! – поразилась мадам Берсон.
– Швабра у меня есть, – тут Маруся достала из угла швабру, – но надо ее как-то Ане вручить… Может, ты возьмешься? Ты ж такая деликатная…
Мадам Берсон, узнав, что она такая, как его, деликатесная, сразу согласилась, захватила швабру и ушла.
А Маруся снова легла отдыхать, думая, что кому-кому, а Ане сюрприз гарантирован. Да и мадам Берсон, пожалуй, тоже.
Дальнейшее представить несложно. А вот перо мое немеет…
Мечты
Из цикла «Жуковского, 13»
Межбижер сидел на лавочке у ворот и мечтал о Ленинской премии. Он буквально видел, как выходит в белом парусиновом костюме и в галстуке – не забыть бы занять у Герцена! – в президиум, как сам Леонид Ильич Брежнев цепляет ему на грудь медаль с красной колодкой и выдает пятьдесят, нет, лучше сто тысяч рублей. А потом Леонид Ильич подходит к трибуне и торжественно говорит:
– Межбижер, ты на всю голову идиот!