Один-единственный день
Шрифт:
— Вы согласились?
Они смотрели друг на друга, и Грей понял, что Кэсси была не права. Они с сыном больше похожи друг на друга, чем она думала. Мальчик выглядел не только растерянным и испуганным, но и очень рассерженным; его упрямый подбородок был поднят.
— Я помогу тебе собраться.
— Мне кажется, с мамой не все в порядке. Иначе она бы не уехала домой, не заскочив сюда.
Грей закрыл глаза, потом открыл их и посмотрел на сына. Как мужчина на мужчину.
— Ты прав, приятель. Я тоже думаю об этом. Она бы так не поступила.
— Так вы соберете мои вещи? И мы поедем, да? Поедем домой вместе, верно? Ведь вам небезразлично, что с ней? Или вас это не волнует? Она же совсем одна.
Именно это и волновало его. Волновало так, что он не мог думать ни о чем другом. Он готов был отправиться к ней немедленно.
Грей повернулся к сыну.
— Я очень беспокоюсь за маму, Роб. Я люблю твою маму. Помнишь, мы говорили об этом. Как ты относишься к тому, что я люблю твою маму?
У Роба участилось дыхание, он стоял, переминаясь с ноги на ногу.
— Хорошо к этому отношусь. Правда, очень хорошо. Я очень волнуюсь за маму. Мне так хочется, чтобы вы скорее все уладили и мы бы стали жить все вместе.
Грей опустился на колени возле сына.
— Я тоже этого хочу, Роб. Наши с мамой отношения — долгая история. Не знаю, как лучше это сделать. У взрослых не все так просто.
Роб кивнул.
— Да. Вы, к примеру, даже не знали, что я ваш сын. Если не удастся договориться с мамой, мы с вами… мы с вами будем видеться?
Роб смотрел на Грея большими синими глазами, обрамленными длинными темными ресницами, и с трудом сдерживал слезы.
Грей нежно погладил сына по щеке.
— Если у нас с мамой ничего не получится, Роб, мы с тобой все равно будем встречаться, когда сможем. Я все равно буду любить вас обоих. Всегда буду любить тебя, Роб.
— Я тоже… буду любить тебя, папа, — сказал Роб, бросаясь в объятия к Грею. Его худенькое тельце содрогалось от плача, он крепко обхватил отца за шею и прижался к нему.
Грей крепко обнял сына.
— Собирайся, Роб, — прошептал он, гладя мягкие темные волосы. — Поехали домой. Посмотрим, как там мама.
Когда они подъехали к дому, там никого не было. Магазин был закрыт. Животных на время раздали друзьям. Грей припарковал машину и стал искать Кэсси. Но ее нигде не было.
Грей очень испугался, а Роб повернулся к отцу и по-взрослому, серьезно сказал:
— Когда мама хочет подумать, она обычно идет к небольшому пруду на участке мистера Мозера. Он туда никогда не ходит, и там тихо.
— Ты думаешь, она там? Ничего, если ты останешься здесь один?
— Я же дома, папа, — сказал Роб и кивнул отцу в сторону пруда.
Роб стал подниматься на крыльцо, а Грей отправился в указанном направлении.
— Желаю удачи, папа, — крикнул вдогонку Роб.
Грею показалось, что это самый длинный путь в его жизни. Он миновал сад, обошел дом Мозера и увидел пруд. Кэсси стояла на коленях, опустив руку в воду, и задумчиво смотрела вдаль. Когда Грей подошел, Кэсси подняла голову и поспешно встала на ноги.
— Грей, — еле слышно прошептала она и испуганно посмотрела в сторону дома.
— Он там.
— Я же сказала тебе, что приеду за ним завтра.
— Знаю. — Он подошел к ней и хотел взять ее за руку. Она отступила назад. — Кэсси, я догадался, что у тебя что-то не так. Не мог остаться в городе и ждать тебя. Скажи мне, что случилось? Что, черт побери, он тебе наговорил?
Она открыла было рот, но промолчала и покачала головой.
— Поезжай домой. Грей. Я позвоню, и мы договоримся насчет Роба. В другой раз. Не сегодня. Только не сегодня.
— Что он тебе наговорил? Скажи правду. Мне чертовски жаль. Прости меня за все. Я наделал много ошибок. Во всем виноват я.
— Все не так, Грей, — ответила она, когда он приблизился, и отошла в сторону. — Тебе не за что просить у меня прощения. В тот день я занималась с тобой любовью не по принуждению. У тебя нет передо мной никаких обязательств. Я уже большая девочка, Грей. Могу сама о себе позаботиться. У меня… все хорошо. Ты зря приехал. Пожалуйста, отправляйся домой. — Кэсси отвела от него взгляд, он успел заметить слезы в ее глазах.
— Не хочу оставлять тебя в таком состоянии. Мой отец…
— Ты ни в чем не виноват, Грей. Ты тут ни при чем. — Она мяла юбку и смотрела ему прямо в глаза. — Что же касается твоего отца, то не знаю, что тебе известно, но мне не нужны деньги.
— Он пытался купить тебя.
— Он полагал, что я не устою перед богатством Александеров, но мне не нужны твои деньги. Грей.
— Нисколько не сомневаюсь в этом, милая. Я слишком хорошо знаю тебя.
Кэсси слушала, обхватив руками плечи и покачивая головой.
— Никогда не вышла бы замуж из-за денег. Никогда не собиралась выходить замуж за тебя. Не думала об этом.
Грея как обухом по голове ударило. Она права. Он приехал сюда и сделал ей больно, но…
Он подошел к ней и взял ее лицо в руки.
— Знаю, что тебе не нужны мои деньги. Знаю, ты никогда не собиралась выйти за меня замуж. Ты не приняла моего предложения, но я снова прошу тебя стать моей женой, Кэсси. От всей души. Пожалуйста.
— Считаешь, что обязан так поступить? Да?
Он провел пальцем по ее губам и медленно покачал головой, продолжая смотреть ей в глаза.
— Нет. Потому что люблю тебя, дорогая.
Ее глаза округлились, подбородок задрожал.
— Не говори этого. Ты так не думаешь. Ты меня не любишь. — Кончиками пальцев она прикоснулась к его губам, как бы пытаясь заставить его замолчать. Он поцеловал ее руку.
— Я люблю тебя, Кэсси, — повторил он. — Не догадывался, что это любовь. Не хотел любви, потому что ты всегда отказывала мне. Очень страдал, когда ты так поступала. Ты прогоняла меня. Каждый раз. С самого начала. — (На губах Кэсси задрожала слабая улыбка. Она продолжала молчать.) — Верю, тебе не нужны мои деньги. Но хорошо, что они у меня есть. Я смогу лучше заботиться о тебе и Робе. Кэсси, пойми, мое состояние, моя фамилия не имеют никакого значения. Ответь мне любовью на любовь. Одиннадцать лет назад ты украла мое сердце. С тех пор я люблю тебя. Однажды ты назвала меня принцем Мисандерстуда. Для меня ты всегда была принцессой, принцессой моих грез. Верь мне, любимая.