Чтение онлайн

— Что ты делаешь, пап? — возмутился Олег, отвлекая на себя внимание отца. — Разве не лучше разобраться со всем здесь и сейчас? Ты опять пляшешь под дудку у этого наглого котяры?

Остальные возразить Пламеневу боялись, а вот у Олега был многолетний иммунитет на его тяжёлый взгляд.

— Олег, не сейчас. — коротко бросил отец.

Но того мгновения, на которое Александр отвлёкся на сына двум охранникам хватило, чтобы сделать выстрел.

— Папа! — крикнула Дарина.

Александр вовремя обернулся и выставил магический щит, с усмешкой ожидая, что арбалетный болт просто сломается о его магию, но что-то пошло не так.

Сломался щит Александра.

Магическая печать разлетелась на осколки за долю секунды, легко преодолела тёмный огонь Олега и защитный полог, который возвёл над Пламеневыми Барс, и угодила прямо в живот Александру. Мужчина пошатнулся, но не упал. Олег тут же подставил ему плечо и с изумлением оглядел накрахмаленную белую рубашку, на которой расплывалось красное пятно.

Толпа магов в панике устремилась к выходам, поскольку белый зал был защищён он портальной магии. Дарина быстро схватила заклинатель, спрятала под пиджаком и рванула к отцу. Бежать против общего движения было сложно, но маги словно чувствовали, что огненную ведьму сейчас лучше не трогать и огибали по широкой дуге.

— Пап, ты как? — она села рядом с ним и приложила руку к ране.

— Нет, ты ещё слаба. — он легко отпихнул руку в сторону. — А со мной всё нормально. Переживу. Царапина.

Рядом с ним уже появились Барс и Влад. Маг крови ничего никому не объясняя выдернул арбалетный болт, одним движением остановил кровотечение, что-то там сделал, и рана покрылась толстой корочкой.

— Я только поверхностно залечил. — спокойно пояснил он, уже отдёрнув руки. — Ещё есть над чем работать. Но кровотечение остановлено, инфекции нет.

Дарина как-то странно напряглась, она почувствовала странное беспокойство, иррациональный страх. Она сама прекрасно понимала, что бояться и беспокоиться не о чем, но все чувства словно взбунтовались внутри и выходили из-пол контроля. Она злилась, боялась и ненавидела одновременно.

— Где они? — вскочив на ноги спросила у Барса Дарина. — Я же тебе сказал, за ними присмотреть!

Видимо вся буря эмоций отразилась у неё на лице, потому что Барс слегка удивился и отступил назад от такого напора.

— Двое моих парней, которые за ними следили мертвы. — ответил Барс, положив руку ей на плечо.

Олег и Влад помогли Пламеневу подняться, а Барс обхватил Дарину руками. Девушку затрясло, она побелела и покрылась испариной, попыталась оттолкнуть Барса в сторону, но тот держал крепко. Он держал её, а она пыталась удержать саму себя. Было больно, до невозможности обидно и она вся разрывалась на части.

— Тихо-тихо… — прошептал он ей в макушку. — Чего ты перепугалась? Все живы, относительно здоровы…

Тут и Пламенев напрягся. Тихо позвал дочь по имени, но та не откликнулась. Никто не понимал причину такого страха у Дарины, но Бара предположил в чём дело, хотя и не понимал на что она так остро отреагировала.

— Ты же не оракул. — спокойно произнёс он, прижав её к своей груди, медленно и ласково поглаживая спину. — Даже они не всегда понимают смысл своих наваждений, а ты тем более. Я же уже говорил тебе, что ты не всесильная, да? Просто прими как данность.

Она попыталась его снова отпихнуть и возразить, но Барс был непреклонен.

— Это всё из-за магии. Твой естественный барьер спал и не восстанавливается, поэтому ты не можешь с собой совладать.

Но чем больше Барс говорил, тем сильнее в ней зарождалась злость. Тем сложнее было всё это удержать в себе.

— Ты говорил, что всё получится. Ты говорил, что так надо и что смертей не будет! — зашипела она, всё-таки отталкивая его. — Ты правда считаешь, что это лучший исход? Мы с тобой могли это предотвратить! Нужно было перестать, давно перестать! Мы могли, ты понимаешь? Надо было идти в лобовую. Несмотря ни на что…

Барс чуть изменился в лице, внимательно оглянулся, но на трибунах кроме Пламеневых, Присмыкаева и его самого больше никого не было, кое-кто ещё плёлся у выхода, но вряд ли её услышали. Он спокойно притянул её обратно к себе.

— Ты и сама знаешь, что нельзя было. — спокойно произнёс он, обернулся к Пламеневу и молча кивнул на выход.

Но Дарина встала, как вкопанная.

— Это был знак, понимаешь ты или нет? А я опять… опять проигнорировала. И мы снова за всё поплатились. Это замкнутый круг и мы сами… сами всё начали с начала, словно прошлого раза было мало. — она отдёрнула руку и отшатнулась. — Не трогай! Ты знаешь, как это прекратить. Просто не трогай.

Думов не понимал причину истерики. А ведь лучше чем он, Дарину не знал никто. Он не понимал, что конкретно заставляет её так ругаться и кричать.

Ничего ведь толком не случилось. Да выстрел, да рана, но ничего серьёзного. Но тут его резко осенило. Ведь тогда, во время боя со Змеем его тоже обуяли самый сильные и низменные чувства. Он решил, что не сдержался тогда сам, но теперь видел, что с ними обоими что-то нечисто.

Волосы Дарины загорелись алым пламенем, на лице вспыхнула «дьявольская» маска, радужки глаз заволокло огнём.

— Дарина, успокойся. — спокойно, с предостережением произнёс отец. — Дарина, что на тебя нашло?

— Отойди в сторону. — Олег хлопнул Барса по плечу и перехватил горящие руки сестры. — Тише, Дар, ну чего ты разошлась? Папа ещё нас с тобой переживёт, ничего с ним не будет. Мама подлатает и снова будет внушать страх магическому сообществу.

Но успокаивающий тон не действовал на Дарину и её огонь он усмирить не мог, как ни пытался.

Думов посмотрел на спину Олега, потом на лицо Дарины и понял, что он ей не поможет.

— Пусть будет по-твоему. — вдруг сказал он, протягивая руку. — Слышишь?

Дарина резко дёрнула головой и внимательно на него посмотрела красными глазами.

— Ну, согласна? Хочешь по-другому? Будет. — он сделал шаг назад, а Дарина шаг вслед за ним.

— Правда?

— Правда. — кивнул он. — Иди ко мне.

И она подошла, он и слова ни сказал, когда её огонь больно лизнул его руки, он не морщился, когда её волосы подпалили его одежду, он не возмутился и когда она прижалась горячей щекой к его щеке, оставляя ожёг. Но с облегчением выдохнул, когда огонь исчез, а она удивлённо заозиралась по сторонам.