Чтение онлайн

Больше не могу сдерживаться, открываю глаза. Действительно, Светлана, моя подружка, как же так? Наверное, со стороной выглядел полным идиотом. Лежащий на реанимационной койке, закутанный в спутавшееся одеяло, на двух подушках, улыбающийся, словно Буратино. Ещё бы не улыбаться до ушей. Это она, Светлана, моя возлюбленная, в больничной палате, в коротком зелёном халатике, буквально, «на босу ногу». Буквально настолько, что на ярком солнце чётко просвечивается то немногое, что под ним. Это не смущает, может, и не к месту, но это ей так идет! Слабое подозрение, что болен не так страшно, начинало понемногу укрепляться.

Кроме халата разглядел у нее в руках поднос из нержавейки. Насколько вижу, там и тарелки, и кружка, и скляночки вдобавок. Странно, и лекарство, и еда вместе, обычно их разделяют. Но сейчас не до этой загадки. Передо мной моя девушка, почему-то вдруг сразу вспомнил то, приятное, что связывает. Внизу живота сладко заныло… Как сюда попала, не хочу думать. Раз так получилось, значит, так и надо!

Смущает то, что Светлана врач, а выполняет обязанности обычной медицинской сестры. Или здесь в реанимации по-другому?

— Привет, — продолжаю идиотски улыбаться — как здесь оказалась?

— Позвонила к тебе на работу, сказали, что в больницу угодил, но не сказали с чем. Узнала, что в «Пятёрке». Остальное «дело техники». Договорилась, разрешили дежурить здесь, в реанимации. У них персонала не хватает, рады любой помощи.

— Разве такое возможно? — искренне удивился.

— Конечно можно, ведь рассказывала, что заведующий отделением у меня хороший дядька. Вот и помог быстро организовать.

— Светик, как же основная работа, в «Девятке»?

— Шеф сказал, сделает перевод временно, сам утрясёт, не проблема. Не переживай, по крайне мере, за это.

Из-за этих слов пришла тревога. С чего это вдруг такой добрый, а не потому ли… Хотя нет, Светлана назвала не «мужик», а «дядька», и вроде бы говорила, что на неё никакого внимания, как и прочих женщин отделения, не обращает.

— Не думай ничего плохого, старенький, уже пятьдесят пять! Просто хороший дядечка, — Светлана словно читала мысли.

Успокоила, но в голове проскочило, в таком возрасте ещё о-го-го какие «дядечки» бывают! Но больше думать о подобном не хотелось.

— Ну, и свинюшник здесь, на тумбочке, — сказала Светлана.

Поставила поднос на соседнюю кровать, принялась наводить порядок. Вынесла ненужное в сёстринскую комнату. Потом взяла телефон, достала из сумочки «зарядку».

— Вот видишь, даже это догадалась сделать. Пусть заряжается, наверное, уже обзвонились. Переживают, волнуются, раз не отвечаешь.

— Светланка, знаешь же, кроме тебя, никто обо мне и не вспомнит, не считая работу, — произнес с замиранием сердца, глядя в глаза этой замечательной девушки. По ходу, и так доволен до невозможности. Но ожидал, что же будет дальше.

— Дел ещё невпроворот, — словно догадавшись, сказала Светлана — надо тебя накормить, умыть, вторую капельницу поставить, и еще сделать укол.

— Какой укол? — насколько помнил, уколы тоже через капельницу делали.

— Такой укол, — улыбнулась подружка.

— Куда же?

— Да, туда, именно туда, куда подумал, — по крайней мере, со мной снова на «ты», — или будешь стесняться?

Похоже, еще и покраснел. Казалось бы, чего смущаться, после того, что раньше начудили? А вот как маленький, прямо. Светлана, тем временем, продолжила наводить порядок, сам в это время не отрывал глаз от фигуры. Коротенький зеленый халатик не мог скрыть краешки черных кружев. Ай да Светик, ай да медработник, ай да умничка! Это чтобы меня подбодрить?

— Кушать сильно хочешь?

— Да тут еда такая, что и голодный не захочет. Сама видела, когда убирала тарелку, — грустно признался девушке.

— Значит, голодный, это хорошо! Не переживай, нормальный обед понесла. И пирожки тоже.

— Откуда пирожки, неужели сама испекла?

— Нет, врать не буду, у нас буфет хороший, пирожки, как домашние. Вот винегрет, курочка и рыбка в кляре.

— Ого, когда это успела? Эх, ещё бы винца, совсем красота! — не сдержался в предвкушении.

— Игорь, какое вино, это противопоказано, — Светлана сильно рассердилась. Хоть помнишь, с чем сюда привезли?

— Даже не представляю! — честно признался.

— Тогда сама посмотрю историю болезни. Но, подозреваю, что-то с сосудами или давление прыгнуло. Судя по лекарствам, что в «сестринской» лежат.

— Светлана, ты ведь детский врач, откуда знаешь?

— Мужчины большие дети, — резонно ответила девушка. — Всё тоже самое, только добавляются цирроз печени и венерические заболевания.

Пришлось основа покраснеть…

— Не переживай, это не намёк, обычная статистика.

— Ладно, не стану, — смилостивился над милым доктором.

— Слово «ладно» у тебя, похоже, самое любимое, — с легкой ехидцей сказала девушка.

— Ладно, постараюсь поменьше употреблять, — и сразу проштрафился.

Тем временем живот дал понять, что не против познакомиться с кулинарным искусством Светланы. Тем более, пахло так вкусно! И Бог с ним, с вином, и без него неплохо. Рядом подружка, а это гораздо приятнее. И голова так же кружится, как после бокала прохладного сухого…

Светлана тем временем придвинула к кровати стул, поставила на него поднос. Помогла осторожно подняться, придвинувшись в спинке кровати и подложив подушки под спину. На слабые возражения, что могу и так поесть, решительно сказала: «Нет! Раз больной, так больной, слушай тетю доктора». Поставила поднос мне на колени и начала с ложечки кормить винегретом, едва не рассмешив окончательно. Конечно, мог бы возмутиться, не такой уж беспомощный, но как же это приятно.

Потом погрыз куриную ножку, мясо мягкое, приправленное специями, в меру соленое, так как, люблю. И вкуснейшая рыбка в кляре, что за сорт, не понял. Тесто нежное, так и тает во рту, словно не рыба, а пирожное. Потом Светлана вытерла полотенцем мою испачканную жиром (куда без него!) физиономию, и не менее грязные руки. Обед закончился, не в чем упрекнуть милую подругу.

Разве что ни чая, ни кофе у Светланы не оказалось. Потому, как сказала, что «не положено таким больным, которые буквально на волоске висят». И не пояснила, от чего… Но не стал переживать, пара коробок с соком на тумбочке. Пока выбирал, какой налить, Светлана унесла посуду и, пошуршав в «сёстринской», вернулась со стойкой, на которой висел пластиковый пакет с трубкой капельницы.

— Света, может, позже? — робко попытался оттянуть неприятный момент.

— Нет, режим есть режим, распорядок нельзя нарушать, лечение должно идти планово, — милая девушка снова превратилась в строгого детского врача. — Обработаю руку, потом, пока лежишь под капельницей, стану читать сказку.