Чтение онлайн

Я тяжело сглатываю.

– Я просто...
– пытаюсь сделать вдох, потому что мне кажется, я задыхаюсь.
– Я просто не хочу тревожить своих... своих друзей, знаешь, будет странно, что я исчезла на неделю.

– У тебя нет никого, кто мог бы заметить твою пропажу.
– И мое сердце пропускает удар, а кровь в жилах застывает от внезапно нахлынувшего страха. – Будь осторожна...
– предупреждает он.
– Полное подчинение. Разумом, телом, душой... Не лги мне, - он отходит на один шаг. Он пристально смотрит своими темными глазами прямо в мои, и из-за этого снисходительного взгляда мне хочется провалиться сквозь землю.

– Я просто...
– Мое сердце в этот момент бьется так сильно, что тело охватывает нездоровый жар.
– Я...
– Лифт продолжает спускаться, оповещая о прохождении каждого этажа коротким мелодичным сигналом. Мои мышцы горят от напряжения, и чем дольше он смотрит на меня, тем сложнее мне дается держать себя в руках.

– Мы владеем тобой, Элла. На семь дней твоего независимого "я" больше не существует.

Вокруг меня начинаются кружиться и вертеться стены, цвета смешиваются и смазываются в хаотичные пятна. В ушах стоит звон, а затем… меня поглощает полная темнота.

Когда я прихожу в себя, то обнаруживаю, что мое тело покрыто потом, а волосы на голове спутались. Из-за вибрирующего гула несущихся шин подо мной, у меня создается впечатление, что я двигаюсь. Я в машине. Меня окутывает знакомый запах дорогого одеколона, и, разомкнув веки, я встречаюсь с зелеными глазами Тобиаса. Мелькающий за окном свет от фонарных столбов освещает его лицо в темном салоне, пока он смотрит на меня. Приложив руку к голове, я медленно сажусь, хотя меня все еще мучает головокружение.

– Ах, спящая красавица проснулась, - медленно произносит Престон, вытягивая сигарету изо рта и выкидывая ее в открытое окно. Я была зажата между ними на заднем сидении. Мой взгляд перемещается от него к Тобиасу и обратно, и после произошедшего в лифте я чувствую себя полной идиоткой из-за того, что подумала, будто Престон менее ужасающий из них двоих. Они оба опасны.

Мой взгляд скользит по поднятой перегородке между нами и водителем.

– Водитель в курсе ситуации, - отвечает Тобиас на мой невысказанный вопрос.
– Не волнуйся.

Я хочу уйти. Все мои инстинкты сходят с ума, приказывая мне бежать как можно дальше от всего этого, но иногда награда превышает степень риска. Эти двое представляют собой очень большой риск. Я их не знаю. Они хотят меня купить. Трахнуть. Возможно, убить... а я подписала контракт, как будто ничего страшного произойти не может. Отлично сработано, Элла. Они как будто завладели моим разумом на той крыше, а теперь… теперь я с ними. Грудь сжимает от осознания собственной глупости, но, опять же, я буквально оказалась на самом дне. У меня ничего нет. И ничего не будет, а это... это соглашение может обеспечить мне безопасность, которую я никогда не смогу получить. Определение шлюхи подразумевает унижение ради недостойных мотивов. Миллион долларов, спасение себя от банкротства - насколько это является недостойным? Но все же...

– Я не...
– запинаюсь я.
– Не уверена, что мне хочется...

Тобиас впивается в меня ледяным взглядом, и я вздрагиваю.

– Ты пугаешь ее, Тобиас, - вмешивается Престон, улыбаясь, и манит меня пальцем.
– Иди сюда, Элла.

Тобиас кивает. И Престон хватает меня за руки, перетаскивая к себе на колени и заставляя усесться на него, расположив ноги по обе стороны от его бедер. Он притягивает меня ближе к себе, пока мое платье не задирается по бедрам вверх, а тело не прижимается к нему в тесном контакте. Его темный взгляд опускается к моим губам, и он мягко убирает волосы с моей шеи. Смесь страха, наполняющего вены, и ощущения его легких, как перышко, ласк, вызывают дрожь в теле.

Он берет мою ладонь и кладет ее на свою теплую грудь.

– Скажи, что ты чувствуешь?
– шепчет он всего в нескольких дюймах от моего рта.

Мои пальцы скользят по мягкому материалу рубашки, и я прижимаю ладонь к его груди. Его сердце бьется ровно даже напротив моей руки.

– Что ты чувствуешь, Элла?

– Тебя, - я задыхаюсь.
– И ты меня пугаешь.

Его губы кривятся в ухмылке, когда он проводит кончиками пальцев по моей щеке. Это прикосновение такое нежное, словно ласка любовника, и все же этот человек не тот, за кого себя выдает. Совсем не тот. Его лоб прижимается к моему, я чувствую его дыхание и запах сигарет.

– Страх заставляет нас чувствовать себя живыми, - и затем его теплые и твердые губы прижимаются к моим. Мягко, но требовательно. На несколько секунд я забываю о контракте. На несколько секунд я забываю, что нахожусь в машине с двумя мужчинами, которых не знаю, и забываю, что человек, целующий меня, хочет, чтобы я стала его шлюхой.

И почему?

Потому что он заставляет исчезнуть все. Вызывает во мне желание продать намного больше, чем просто тело, ради этих ощущений, острого напряжения и невероятной жажды. Его рука скользит вверх по моей спине, прижимая меня так крепко к его груди, что я выгибаюсь. Единственная преграда, разделяющая мою киску и его твердый член, - это ткань его брюк. И есть что-то очень возбуждающее в этом знании. Мои руки скользят по его груди в бесстыдной потребности и мольбе о большем. Я приоткрываю губы и осторожно прикасаюсь языком к его. Он рычит, и его хватка усиливается. А затем он обхватывает меня за челюсть и отводит лицо в сторону с самодовольной улыбкой. К моим щекам приливает кровь, и я пытаюсь смотреть куда угодно, но не на него. Он крепче стискивает мою челюсть, заставляя встретиться с ним взглядом.

– Ты чертовски прекрасна, - он наклоняется вперед.
– Чертовски идеальна. А я ведь все еще не был внутри тебя, ягненок, - рычит он мне в ухо.

С его уст срывается тихий смешок, когда он осторожно пересаживает меня со своих коленей на прежнее место - между ним и Тобиасом.

Их взгляды встречаются, и между ними что-то проскакивает.

– Она может стать проблемой, - говорит Престон, приводя себя в порядок.

Взгляд Тобиаса скользит по моим голым ногам.

– Согласен.

Водитель высаживает нас у дверей, и я направляюсь ко входу здания, мужчины расположились с обеих сторон от меня. Портье открывает перед нами дверь.

– Добрый вечер, мистер Бентон, мистер Лукас.

Они оба кивают, а я неотрывно смотрю вперед.

– Ты здесь по своему собственному желанию, - бормочет Тобиас на ухо, склонившись ко мне.
– Попытайся не выглядеть как заложница.

Я делаю глубокий вдох и стараюсь расслабиться, но ничего не могу с собой поделать. Женщины бесстыдно пялятся на них, когда они проходят мимо, некоторые бросают завистливые взгляды в мою сторону. Мы останавливаемся напротив лифта, и мужчина в костюме становится рядом с Тобиасом.

– Как долго вы задержитесь в городе на этот раз?
– спрашивает он.

– На семь дней.

– Дольше, чем обычно, - комментирует незнакомец.

– Хочу развлечься, - его взгляд опускается на меня, и он усмехается в тот момент, когда открываются двери. И мы заходим внутрь: я, Тобиас, Престон и этот мужчина.

Весь путь до пентхауса мужчины болтают о бизнесе, а я пытаюсь себя вести, как ни в чем не бывало. Когда передо мной, наконец, открываются двери, ведущие в пустой холл, мне становится тяжело двигаться. Престон нежно берет меня за руку, выводит из лифта и ведет коридору. Тобиас останавливается напротив последней двери и открывает ее, широко распахивая и пропуская нас в фойе, выложенное мрамором, которое плавно переходит в огромную гостиную. Над белым камином висит картина абстрактной живописи, а в огромном, от пола до потолка, окне перед нами разворачивается переливающийся огнями пейзаж Манхэттена.