Чтение онлайн

– Азмун, ты посиди с ним немного, а мы пока Вомбату поможем.
– Стармех с Леней ушли. Цукоша шумно уселся рядом:

– Ничего, браток, ничего. Сейчас машину наладим и... с ветерком!
– Саша видел только кусок Цукошиной коленки да иногда еще жестикулирующую руку. Азмун бухтел что-то доброе, успокаивающее, но смысл Саша улавливал с трудом. Куда-куда они пошли? Помогать Вомбату? Какую машину они собираются налаживать? И куда это мы собираемся... с ветерком?
– ... Нет, ты подумай, какие твари-то мерзкие...
– продолжал сокрушаться Азмун.
– Еще бы немного, и...
– безнадежный взмах рукой, - все бы там остались. Жаль, конечно, - тяжелый вздох, - жаль...

Кого жаль? Значит, спаслись не все? Ну же, Азмун, продолжай, не тяни ты кота за хвост! Господи, какая, оказывается, мука быть безъязыким! Света? Если бы я чувствовал свои внутренности, там сейчас наверняка все похолодело.

– Да только зачем он пополз? Лежал бы смирно, мы б его успели подобрать...

Он. Значит, не Света. Он. Кто?

– В общем, Сань, ты только не расстраивайся...

Я понял. ВД. И даже порадовался, что не могу нигде найти Саню.

Тяжелый рев внезапно раздался где-то рядом. Раненое сознание чуть было не помутилось, решив, что это снова Термиты.

– Кажись, завели...
– удовлетворенно заметил Цукоша, вставая.
– Ну, что там?
– крикнул он.

– Нормуль!
– перекрывая грохот, донесся голос Стар-меха.
– Сейчас поедем.

Изображение поехало из стороны в сторону, Саша понял, что его подняли и несут. Несмотря на то что все кувыркалось у него перед глазами, он все же смог понять, куда именно его несут. Да и грохот сразу стал понятен. Сашу грузили в танк. Он еще не успел как следует удивиться этому факту, как увидел нечто, заставившее забыть обо всем. Света. Она лежала внутри, судя по всему, уже освобожденная от прозрачных пут, с закрытыми глазами.

Сашу положили рядом с ней. Заботливый Цукоша специально повернул Сашину голову, чтобы тот мог видеть Свету. Танк коротко и сильно взревел и тронулся с места.

Меня здорово мотало из стороны в сторону, поэтому ее лицо постоянно прыгало перед глазами. Лишь однажды мы зачем-то остановились, и я мог не меньше минуты смотреть на эти самые красивые в мире, хоть и закрытые глаза вблизи. Кажется, последний раз такое фантастически маленькое расстояние между нашими головами было классе в пятом, когда мы со Светилом две недели сидели за одной партой и я списывал у нее математику... Или она у меня? Дурак я, дурак, и почему я прямо тогда в нее не влюбился? Может, сейчас все было бы по-другому?.. Если бы я хоть немного чувствовал свое лицо, я бы, наверное, сейчас глупо улыбался... Очень необычное ощущение. Вернее, интересно именно отсутствие ощущений. В реальной жизни, даже при всех идеальных условиях, все-таки никогда не добиться такого освобождения от собственного тела. Сейчас же наличествовали только зрение и слух. И все. Интересно, где-то там должно биться мое сердце? Ведь должно же? И легкие работают, и грудь поднимается и опускается, и в животе, может быть, бурчит, и палец на ноге, может, в этот момент зачесался... А мне - совершенно по фигу. Я лежу, стараясь не потерять из поля зрения лицо Светы, и прислушиваюсь сквозь рев двигателя, о чем переговариваются между собой Цукоша и Пурген.

– Чего говоришь?
– Леня наклонился через меня.
– Не понял!

– Место, говорю, очень опасное!

– Какое место?

– Дурья башка!
– Несмотря на крик, у Азмуна эта "дурья башка" получается все равно очень ласково. Саня, помнится, много рассказывал о дружбе Цукоши и Лени. А вопрос о местонахождении Двоечника по-прежнему остается открытым. Я его не могу нигде найти.
– Мы же к ТЭЦ едем!

– Зачем?

– Квадрат искать!

– Как же мы его найдем, если Двоечник...
– Наверное, Леня кивнул на меня достаточно красноречиво. Тут нас, наверное, сильно подбросило, потому что вместо ответа Азмун огорченно крякнул и изображение перед моими глазами резко поменялось: теперь я видел чью-то ногу и кусок пола.

– Поднимай, поднимай!
– заорали слева.
– И так душа в нем еле-еле держится, а тут еще по полу валять вздумали! Девушку держи! Видишь, сползает!

На этот раз Цукоша не позаботился о Сашином удовольствии. И голову ему никуда не поворачивал. Да, как оказалось, и смысла-то в этом уже не было. Буквально через минуту танк остановился. И опять все мелькало и кружилось. Что означало, по-видимому, что мы приехали и меня выгружают. ТЭЦ? Что-то я не припомню... Саня, ну где же ты? Срочно требуется твоя консультация! Почему ТЭЦ - опасное место? Зачем мы сюда приехали? На танке, прошу заметить, хотя Саня, помнится, категорически был против присутствия военизированного транспорта в этих местах. И главное, Вомбат. Откуда он здесь взялся? Что у него на уме? Я просто ни секунды не сомневаюсь, что все эти прогулки - его инициатива. Но смысл, смысл?..

Некоторые объяснения Саша получил немедленно, после того как его вынесли и положили на землю. Глядя в ясное небо, он прекрасно слышал короткий разговор, состоявшийся между Вомбатом и Стармехом. Азмун и Леня, видимо, тоже стояли рядом, но в беседе не участвовали.

– Ты уверен, что это здесь?
– спросил Дима каким-то странным, прыгающе-ломающимся голосом.

– Абсолютно.
– Голос Вомбата был, наоборот, тверд и спокоен.

– Но здесь же нельзя долго оставаться.
– Теперь голос Стармеха и вовсе стал искажаться, словно дефектная магнитофонная запись.

– Вот поэтому я и приказываю вам - оставить Двоечника и девушку здесь, а самим отъехать на безопасное расстояние.

– А ты?

– Сейчас разговор не обо мне.

– Мы не можем...

– Я приказываю всем немедленно сесть в танк и отъехать минимум на километр. Здесь я буду разбираться сам. Как только закончим, я дам сигнал.

– Какой?
– Если бы я услышал такой звук у своего магнитофона, я бы сразу понял, что "зажевало" пленку.

– У меня есть ракетница.
– Голос Вомбата совершенно не менялся. Немедленно всем в машину!

Они, наверное, послушались. Потому что грохот танка стал удаляться. А потом тот же спокойный голос задумчиво произнес:

– Живые солдатики все-таки гораздо интересней оловянных...

Шорохи, неясный шум. Саша смотрел в небо, не понимая, что происходит.

Внезапно прямо перед ним появилось лицо Вомбата.

– Надеюсь, ты меня слышишь...
– не меняя тона, задумчиво произнес он. Судя по моим сведениям, укусы Гремучих Термитов в конечности парализуют человека полностью, оставляя лишь слух и зрение... А знаешь...
– тут его голос немного оживился, - я ведь даже не знаю, как тебя зовут. Ну, то есть, по-настоящему, у нас... Знаю только, что ты вроде ее одноклассник.
– Он ненадолго замолчал, потом продолжал с изрядной долей издевки: - Не могу отказать себе в удовольствии доиграть мой маленький спектакль до конца. Мне дико приятно смотреть на вас, таких двух бесчувственных голубков, лежащих рядом... К сожалению, твое обожаемое Светило не может меня сейчас слышать бедной девушке досталась слишком большая доза термитного яда. И на самом деле нам надо поспешить - она может и умереть... А меня это вовсе не устраивает. Лицо Вомбата исчезло, но он продолжал говорить: - Нет, милый мой, глупый Двоечник, мне совершенно неинтересно, где твой Квадрат и чего ты сегодня у него попросишь... В данный момент это уже не важно. Аб-со-лют-но.

Небо в Сашиных глазах дернулось и опрокинулось. Он увидел кусок плеча и ноги Вомбата, землю. Затем все это задвигалось, и Саша понял, что Вомбат взвалил его на плечи и куда-то несет.

– ... Хотя, конечно, никто не запрещает тебе немного помечтать и осчастливить человечество какой-нибудь особо полезной благодатью...
– Антонов продолжал юродствовать, несмотря на сбившееся дыхание.
– А можешь, в порядке исключения, попросить что-нибудь специально для себя... Уф, ну и тяжеленный ты... Оп-па!
– Наверное, Вомбат перенес и положил его на какой-то пригорок, потому что теперь Саша видел многое: земля вокруг была неестественного синевато-лилового цвета. Растительности практически не было, за исключением нескольких чахлых деревьев, то ли засохших, то ли обгоревших, с безжизненно повисшими ветками. Но самым странным было то, что Саша вначале принял за туман. Нет, это не было туманом: прямо от земли шло слабое, но вполне различимое свечение. Если прислушаться, можно было различить тихое зловещее потрескивание, также идущее от земли. Все это выглядело странно и жутко. Несмотря на ясную погоду, весь пригорок был погружен в тень. Саша сообразил, что рядом, наверное, находится какое-то большое сооружение. И действительно, сильно скосив глаза, он даже умудрился увидеть часть стены. Это, наверное, и есть ТЭЦ? Какая-то смутная мысль назойливо вертелась в голове... Саня, кажется, упоминал ТЭЦ... Но к чему?

Оставив Сашу лежать на пригорке, Вомбат легко сбежал вниз и поднял на руки девушку. Теперь Саша отчетливо видел и торжество на лице оборотня-Антонова, и мертвенную бледность лица Светы. Вспомнил! Где-то рядом с ТЭЦ, говорил, ну то есть думал, Саня, как раз и находится то самое место, как его обозвал однажды Двоечник, питомник Квадратов. Теперь я могу поклясться - я сейчас именно в нем и лежу!

От ощущения собственной беспомощности Саше хотелось заорать во всю глотку. Да только ни голос, ни глотка ему сейчас не повиновались. Черт побери, даже зубами в бессилии не скрипнуть!