Чтение онлайн

Сквозь южные окна врывались золотые снопы теплых солнечных лучей, и сквозь проем в пологе он видел большую плиту Шеклтона, пылавшую алым пламенем ржавчины. День стоял погожий, а он только продирал глаза: было уже полдесятого. Но ведь на мысе Ройдс, когда живешь в одиночку, время не имеет значения. Оно имеет значение лишь для пингвинов, торопливо шагающих по припаю на юг, к нему. Он был уверен, что птицы скоро придут. Сегодня вторник, 18 октября, и первые пингвины каждый год появляются на мысе Ройдс именно в этот день или же день спустя.

Форбэш с трудом вылез из тесного мешка и опустил ноги на пол. Он стоял, растирая руки, обтянутые шерстяной рубахой, в длинном вязаном белье. Пошевелил бедрами, коленями, чтобы поразмяться, потом торопливо облачился в одежду, лежавшую у него в изголовье, протер глаза, пятерней причесался. Воды для мытья не было. В кастрюле на примусе лежала глыба льда. Сев на сундук, он начал обуваться; сперва натянул грубошерстные гольфы, потом сами сапоги из нейлона и резины, зашнуровав их до колен наподобие Bundschuhe. [Высокие шнурованные штиблеты (нем.). (Прим. перев.)]

– Сегодня, возможно, появятся пингвины. Целый день буду готовиться к их прибытию, а вечером свяжусь с базой. Потом буду читать Тургенева. Нет, не Тургенева - эта книга про любовь, значит, печальная. Что-нибудь почитаю, потом выпью какао и пораньше лягу спать: ведь, если пингвины не прибудут нынче, завтра придут наверняка.

Форбэш был удивлен этой длинной, официальной речью. Он довольно усмехнулся и принял важное решение - разговаривать вслух. Собственный голос застал его врасплох, словно это разговаривал кто-то другой.

– Мне нужен шум, - произнес он громко и категорически, и слова застучали по его барабанным перепонкам, отдаваясь в пересохшей глотке и легких. С непокрытой головой, без рукавиц, он вышел на двор, чтобы взглянуть на день, мирно занимавшийся своим делом.

Небо было голубое и чистое. Вдоль лощины позади хижины дул легкий ветерок. Казалось, это дышала на него гора, и он почувствовал ее мощь и близость. Дым поднимался сегодня прямо в небеса. Полоса сернистого желтого дыма тянулась по небу на высоте 13.000 футов и напоминала как бы подмостки, на которых плясало солнце. Начало щипать уши, в кончиках пальцев он ощутил острую боль. Ветер трепал его волосы и холодными руками касался скальпа юноши.

Форбэш вздрогнул и поглубже засунул руки в карманы. Он съежился, стиснул колени, прижал к бокам локти. Сморщив нос, он почувствовал, как холод покалывает ноздри; казалось, будто крохотные ледяные иголочки впиваются в плоть. Мыс дышал вечностью и покоем. Не слышно было ни единого звука. Такой полной тишины он не слышал никогда, даже у себя на родине, в горах, где летом в мураве всегда стрекочут кузнечики; в кочках, поросших травой, шепчет ветер, потрескивают ветки, когда олень ступит на них ночной порой, или же, чуя неминуемый обвал, стонут и скрипят горные склоны.

Окрестный мир был мертв, не считая теней, незаметно двигавшихся вокруг хижины, камней и обломков старого оборудования. Пингвинье стойбище казалось всего лишь желтым пятном позади замерзшего озера Пони, а горы на западе походили на фриз из бледно-серого камня, таявший в холодной антарктической мгле, стлавшейся за проливом Мак-Мёрдо, что в сорока милях отсюда.

Форбэш побрел назад, в хижину, зажигать грелки, печки и примус, чтобы согреться и подкрепиться кашей, беконом и кофе. Он отрезал от каравая лишь два ломтика хлеба. Повар с базы Скотт сунул ему три таких каравая.

Поставив еще одну кастрюлю снега - для мытья посуды, - он достал свои бумаги. Это были заметки о посещении пингвиньей колонии в прошлом сезоне, карты, на которые он будет наносить местоположение отдельных колоний, из которых состоит все пингвинье население, списки номеров колец для птиц, окольцованных биологами во время предыдущих кратких визитов; директива, врученная ему управляющим Антарктическим отделом департамента научных и промышленных исследований.

Директива Р.Дж. Форбэшу из Биологической экспедиции на мыс Ройдс.

"По прибытии на базу Скотт Вам надлежит подготовить продовольствие и оборудование для биологических работ, в количестве, достаточном для проведения исследований в течение пяти месяцев. Руководитель базы Скотт обеспечит вертолет, который доставит Вас на мыс Ройдс около 16 октября; посему Вам надлежит приложить все усилия к тому, чтобы подготовить нужное снаряжение к указанной дате. На мысе Ройдс Вы поселитесь в хижине Шеклтона, построенной для Британской антарктической экспедиции 1907-1909 гг. Вам надлежит следить за тем, чтобы во время Вашего проживания в хижине ей не было нанесено какого-либо ущерба, поскольку строение представляет собой значительный исторический памятник на Антарктическом континенте. В силу Вашего проживания в указанном здании Вам надлежит выполнять обязанности его хранителя и следить за тем, чтобы посетители какой бы то ни было нации не повреждали его и не уносили какие-либо предметы в качестве сувениров".

Форбэш положил бумагу, насыпал мыльного порошка в уже теплую воду. Он тщательно вымыл посуду, протер ее туалетной бумагой, тут же решив обязательно отстирать затасканные кухонные полотенца. "Хранитель строения... Черт побери, я живу в историческом памятнике. Подумать только!" Вытирая тиковый стол, он особенно тщательно тер засаленные места.

"Хотя значительную часть сезона Вам придется пребывать в одиночестве и летнюю программу осуществлять самостоятельно, время от времени, возможно, к вам будут посылать помощника".

– В одиночестве... А на кой черт мне нужна чья-то компания?
– произнес Форбэш, натянув пуховую фуфайку, и, опершись локтями о стол, сел на свою постель. Воздух все еще был холоден. "Хотя Биллу Старшоту будет невредно отлучиться с базы на рождество", - подумал он. Он с теплотой вспомнил Билла (он же Уильям Сэмюэл), напарника по прошлому сезону и земляка. Старшота топографа, картографа, с его страстью знать точно, где он находится, обвеховывать [так], чертить, записывать, - любознательного Старшота, который лишь недавно начал понимать, что в собственной голове компас у него не очень-то точен.

"Целью Вашей экспедиции является впервые проводимое подробное изучение состава колонии пингвинов Адели на мысе Ройдс с момента прибытия первых птиц (согласно наблюдениям Ваших предшественников - 18-19 октября); составление детальных карт колонии, а также отдельных ее участков; маркировка наиболее удобных для наблюдения гнездовий, с тем чтобы использовать их в качестве контрольных пунктов в последующие сезоны; кольцевание отобранной группы взрослых птиц и птенцов, а также проведение опытов маркирования птиц иными, по своему усмотрению, способами. Вам надлежит также произвести подсчет поморников Мак-Кормика, гнездящихся на мысе Ройдс, обращая особое внимание на поморников, поедающих яйца и нападающих на детенышей пингвинов в данном районе. По возможности Вам также следует отлавливать и кольцевать поморников - птенцов и взрослых птиц.