Чтение онлайн

— Начнем с самого начала. Назови имя и звание.

— Дан Райт. Рядовой запаса с 18 ноября 973 года.

— Рядовой? Странно. Возраст?

— Двадцать семь.

— Когда и как попал в Нарланд?

— Двадцать второго августа 974 года, — я нарочно называю дату на два дня раньше предполагаемого подписания мирного договора, — через портал в междумирье.

— С какой целью?

— Хотел оказать посильную помощь мятежникам в борьбе с нарголльской наемнической армией.

— Какая благородная цель!

Я поджимаю губы.

— Чего молчишь?

— Не могу знать, что говорить. Вы не задали никакого вопроса.

— Аэродром обнаружил ты?

— Да, господин капитан.

— На твоем шлеме были камера и микрофон. Свидетели утверждают, что на какой-то момент связь с тобой пропала. Что случилось?

— Меня захватили нарьяги.

— Как же ты сумел выбраться?

— Усыпил внимание и вырубил конвой.

— Конвой? Это были нарьяги?

— Мне кажется, люди.

— Что значит, тебе кажется?

— На них были шлемы с защитным забралом, я не видел лиц.

— Что было дальше?

— Я добрался до скутера и постарался увеличить расстояние до аэродрома.

— Ты везунчик!

Молчу. Лампа палит, как солнце в пустыне, по лицу стекают струйки пота. Я держусь из последних сил.

— Но, полагаю, все было иначе. Недаром Ромари Алвано увел с аэродрома эскадрилью за полчаса до ракетного удара. Как думаешь, почему?

— Не могу знать, господин капитан.

— Ты имел связи с нелюдями?

— Нет, господин капитан.

— Райт, ты осведомлен о том, что тебя ждет за дачу ложных показаний?

— Да, господин капитан.

— Свидетели утверждают, что ты имел связь с недружественными лицами нечеловеческой расы.

— Это был ребенок. Мальчик. Я спас его от локхи.

— Очень порядочно со стороны человека, брата которого растерзали нелюди.

Сжимаю и разжимаю кулаки под столом. Спокойно, Дан!

— По словам свидетелей, ребенок находился с тобой в лагере мятежников больше месяца. А потом ушел. Куда и почему?

— Я полагаю, к своим сородичам.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что он был в числе тех, кто устроил засаду на нашу колонну.

— Капитан Веньяр рассказал, что вы сражались. Это правда?

— Да.

— Тогда почему он тебя не убил?

— Не могу знать, господин капитан.

— Не прикидывайся, Райт. Вы не дрались, а разговаривали. Нарьяг не убивать тебя шел, а спасти. Почему?

Молчу.

— Отвечай!

— Мне нечего ответить, господин капитан.

— А я могу ответить за тебя, Райт, — ехидно говорит Рэндел, — ты нужен им зачем-то. Скажешь, зачем?

— Не могу знать.

— Для чего ты пробрался в Нарланд?

Разговор закольцевался.

— Оказать помощь мятежникам.

— А может, ты сговорился с нарьягами еще в междумирье? Знаешь, что грозит тебе за измену?

— У меня гражданство Штормзвейга. Между Нарголлой и междумирьем подписан договор о прекращении военных действий.

Договор не подписан и не будет. Наверняка, кто-то из мятежников проболтался о бойне в «Грандкарине». Тогда я точно смертник.

— Откуда тебе известно о мировом соглашении? Все держалось под секретом. Ты покинул междумирье за два дня до подписания договора, — голову морочит, проверяет.

— От моей девушки, Аделины Умано.

— Дочери Ринарио Умано?

— Да, господин капитан.

— Где ты сговорился с нарьягами?

— Я не сговаривался с нарьягами.

— С какой целью 15 ноября 973 года Корд Райт прибыл в Штормзвейг?

— Какое это имеет отношение к делу?

— Отвечай!

— Он прибыл… прибыл, чтобы убедить меня вернуться в расположение части, — впервые мой голос дрогнул.

— Как он оказался в Нарланде?

— Его захватили в плен нарьяги.

— Вот как? А у нас другие сведения. Тебе известно, что 5 июня того же года подполковник Райт был в Нарголле?

— Нет, не известно! Какое это имеет значение?

— Тогда ничего не смогли доказать, но есть данные, что Райт имел отношение к поставкам оружия нарголльской армии.

Какая мразь! Этого я не могу стерпеть:

— Сукин сын! Не позволю чернить память моего брата!

Вскакиваю и, сбив локтем настольную лампу, перепрыгиваю через стол. Капитан Рэндел шарахается от меня, маленький и сухопарый, но он вовсе не испуган. Напротив, кажется очень довольным, что удалось пробить стену моего самообладания, хитро и насмешливо щурится, дергает верхней губой, обнажая ровные желтые зубы.

Сержант и стенографист оттаскивают меня от следователя. Выворачивают плечи так, что скрипят кости, а я чуть не вою от боли. На запястьях защелкиваются тугие наручники.

— Сядь. Отвечай на вопрос.

С трудом перевожу дыхание.

— Я не помню, какой вопрос вы задали, господин капитан.

Прихожу в себя, понимая, что моя дурацкая вспышка может очень навредить. С особистом лучше не ссориться.

— Светлова Татьяна рассказала, что ты был в близких, дружественных отношениях с нарьягом. Он обучал тебя языку. С какой целью?

Урод! Пока мы с Жаном устраивали раненных мятежников, успел допросить измученную, подавленную горем Таню.

— Я хотел лучше его понимать.

— Повторяю вопрос, с какой целью?

— Мне нечего ответить. Никакой определенной цели не было.

— Тебе лучше ничего не скрывать, Райт, — с угрозой произносит Рэндел, — Слишком уж многое говорит против тебя.

— Я не военнослужащий и нахожусь не под вашей юрисдикцией.

— К сожалению, порталы перекрыты, и мы не может запросить данных о тебе, а идентификационный номер ты предусмотрительно потерял. Но это не поможет тебе нас обмануть.

— Я не обманываю, господин капитан.

Он улыбается бледной, ничего не значащей улыбкой.

— Нам еще предстоит разобраться в этом. Сержант, уведите его.

Оставшиеся в нарских землях военные части империи заняли городок под названием Крикха в ста милях от Нарголлы. За основательными, сложенными из неотесанного камня стенами скрывалась ошеломляющая нищета. Убогие голодранцы, странные, округлой формы здания, барханы песка прямо на улицах. Худые облезлые псы. Звенящие бубенчики на единственном двухэтажном здании. Когда-то здесь было что-то вроде духовной семинарии на нарьягский лад, но сейчас его занял начальник гарнизона и военная комендатура. Меня поместили в подвал пристроя, где кельи похожи на камеры в военной тюрьме.