Одиночество души
Шрифт:
– Станислав Николаевич сегодня никого не принимает, можете записаться ни приём.
– Скажите, что это срочно, я его жена.
Эта фраза заставила секретаршу сразу мне улыбаться и вежливо предложила мне присесть. После очередного минутного ожидания, мне мило ответили:
– Извините, но Станислав Николаевич сейчас на совещании и ответил, что не знает, когда освободиться. Мне очень жаль.
Вот, значит как? Что ж, расстанемся и точка. Меня на улице догнал Максим, запыханно проговори:
– Наташа, постой же, что ты хотела?
– Это он тебя послал?
– Нет, просто услышал, что ты тут.
– Вот, передай ему эту папку, теперь мы в разводе. Я подписала всё.
– Скажи ему о ребенке, вот увидишь, сразу всё измениться!
– Не смей, Максим, слышишь! Никогда, если ты хоть кому- то скажешь, я что-нибудь с собой и ребенком сделаю! Честное слово!
Должно быть, мои строгие слова, сказанные прямо в глаза, заставили его кивнуть мне согласием в ответ.
– Наташа, ты хоть не избавишься от ребенка?
– Нет, но в своей жизни я больше не желаю видеть никого из вашей семейки, ясно? Прощай, Максим.
Как стало легко, просто после этих слов. Я иду в квартиру пешком, столько сил и энергии во мне сейчас бушует, столько мыслей о самостоятельном будущем и планов о моей маленькой семье. Не желаю больше впускать в свою жизнь никого, хватит. Одной проще, нет душевных мук и разочарований. Начинается новая страница моей жизни, в которой буду только я и мой ребенок. По пути захожу в церковь, сама не понимаю как, но вот я просто рыдаю, стоя на коленях у алтаря, прошу прощение за свой грех измены, за необдуманный поспешный брак и молю Бога дать мне сил начать новую жизнь по-другому. Ощущаю, как батюшка положил мне ладонь на плечо и проговорил:
– Встань, дочь моя, господь услышал тебя, теперь он с тобой.
Так легко на душе и радостно, проговариваю себе в отражение в зеркале:
– Начинаю новую жизнь, нет, мы начинаем, правда, малыш?
Конец