Чтение онлайн

— Извини, Кевин.

— Только когда ты перестанешь кудахтать у меня под ухом «А если появятся дети».

Вернон сделал жест рукой, словно замкнул рот на замок и выбросил ключ в сторону.

Итак, повзрослевший Вернон стоял перед домом старого друга и не решался ничего предпринять, как будто боялся что-то нарушить. Ему казалось, что, войдя без предупреждения в дом, он уничтожит магию детских лет, что его постигнет ужасное разочарование. Он не мог сказать точно, откуда именно у него возникло подобное ощущение, но оно преследовало его с того момента, как мужчина приоткрыл калитку и ступил ногой на территорию двора Кевина.

Вернон вплотную приблизился к двери и возложил на неё ладонь, словно обладал способностью тактильного видения. В своём воображении он предпринял попытку нарисовать внутренний интерьер дома, отвечающий требованиям взрослого Кевина Уринсона, но ничего не получилось. Белая дверь, а за нею — пустота. На всякий случай, гость три раза постучал в окно. Ответа не получил.

Прежде чем врываться внутрь силой, Вернон повернул ручку. К его удивлению, дверь оказалась незапертой, и он беспрепятственно переступил через порог незнакомого дома. Судя по всему, здесь жил одинокий мужчина, потому что даже в мелочах проглядывало отсутствие женских рук. Возможно ли, чтобы Кевин, с детства пользовавшийся вниманием со стороны девочек, а потом и девушек, до сих пор оставался холостяком? Или он недавно развёлся и от отчаяния пустил жизнь под откос?

В комнатах царил беспорядок. Вернее, в них никогда не было порядка, потому что вещи распределились таким образом, чтобы всё оставалось под рукой. Вернон без труда поверил бы, если бы ему сказали, что здесь живёт весёлая компания студентов, но никак не человек его возраста. Он остановился перед старым телевизором и обратил внимание на диски с фильмами. Сплошная порнография из видеопроката.

«Кевин, ты всегда обманывал нас… — мысленно обратился к хозяину дома гость. — Все твои истории о том, как девчонки ухлёстывали за тобой, были сплошной выдумкой. Потому что до самого момента всеобщего исчезновения людей из этого города ты оставался старым девственником, который боялся общаться с женщинами. Но, в первую очередь, ты обманывал самого себя. Ты сидел в этой комнате и душил своё отчаяние, которое раз за разом выплёскивалось очередным придуманным оргазмом, вызванным дешёвым видео из соседнего проката».

Наверное, Кевин был самым одиноким человеком. По крайней мере, так показалось Вернону. Он ещё раз с грустью окинул взглядом пустующую комнату давнего друга и поспешил покинуть дом, чтобы попытаться что-нибудь разузнать о двух других мужчинах, некогда бывших теми весёлыми мальчишками, с которыми прошло его детство.

Вторым в списке шёл Рейли Мауф. Согласно адресу, найденному в компьютере справочного бюро, его дом располагался всего в четырёх милях отсюда. Вернон вернулся к машине, отложил записи на пассажирское сиденье и повернул ключ зажигания. В памяти зашевелились новые воспоминания, связанные с рыжеволосым проказником Рейли, чьи проделки всегда отличались особой дерзостью. Перед внутренним взором Вернона Левитта возникло веснушчатое улыбающееся лицо.

Но в тот день на этом лице, помимо привычной улыбки, блуждало новое выражение, и оно не слишком понравилось Вернону. Оно могло выражать как лёгкое недовольство, так и желание беспощадно выпотрошить обидчика.

— Что случилось? — осторожно поинтересовался у друга Вернон, когда они вдвоём пришли к так называемому лесному «штабу», чтобы дождаться запаздывающих Кевина и Орсона.

Рейли Мауф держал в руке нож и увлечённо вырезал им какие-то иероглифы на бревне, где друзья устраивались всякий раз, когда отдыхали после очередной игры. Рейли пробормотал в ответ что-то несвязное, хотя Вернон Левитт и так понял, что тот не хочет ни о чём рассказывать. Рейли был из числа тех, кто способен молчать до последнего, даже если его жизни станет угрожать смертельная опасность. Но эмоций он сдержать не мог, и они отражались на лице так же красноречиво, как и пузырьки воздуха из-под воды, свидетельствующие о неловкой проделке задницы.

— Тебя кто-то обидел? — снова обратился к другу Вернон.

Рейли принялся ещё усерднее ковырять ножом древесину, словно ответ находился именно там, под слоем толстой коры.

— Давай, парень, рассказывай, — положил руку на плечо Рейли Вернон.

— Только обещай, что никому не станешь трепаться, — оттаял на несколько градусов в своём нежелании говорить мальчик.

— Даже Кевину и Орсону?

Рейли кивнул, не отводя взгляда от той точки, куда вгрызалось лезвие его раскладного ножа.

— Хорошо, я никому ничего не скажу, — согласился Вернон.

— Всё из-за мистера Хэллмана, — тихо пояснил Рейли Мауф и шмыгнул носом, препятствуя появлению на свет скользкой сопли.

— Кто он?

— Мамин работодатель. Он постоянно притесняет её. А вчера мама вернулась вся в слезах и ещё долго не могла успокоиться. Наверное, он так ведёт себя, потому что у меня нет отца и некому вступиться за маму. Но если понадобится, я сам постою за неё! — теперь, когда Рейли всё-таки оторвал взгляд от ножа и поднял глаза на Вернона, собеседник заметил в них огонь ненависти — настоящее адское пламя, в котором мистер Хэллман с лёгкостью мог бы сгореть.

— Что ты задумал? — испугался Вернон. Он понял, что Рейли действительно может решиться на что-то плохое.

— Я хочу проучить его, — с этими словами мальчик крепко стиснул рукоятку ножа и с размаху воткнул его в бревно, прямо в середину нацарапанных иероглифов.

— Что именно ты собираешься делать?

— Ещё не знаю. Но я готов поклясться, что этот гад ответит мне за то, что обидел мою маму!

— У него есть машина? — спросил Вернон Левитт.

— Кажется, да.

— Отлично! Ты можешь хорошенько насолить ему.

— Каким образом?

В этот момент из-за дерева показались фигуры Кевина и Орсона.

— Ты по-прежнему не хочешь им говорить? — перешёл на шёпот Вернон.

Рейли отрицательно покачал головой и произнёс одними губами: «Обсудим это позже».

— Что за секреты? — первым приблизился к бревну Кевин Уринсон, а вслед за ним к ребятам присоединился и Орсон Брумер.

— Никаких секретов, — возразил Рейли.

— Ну, да, никаких, только видели бы вы свои физиономии, — усмехнулся Кевин. — Не иначе, как в ваших головах созрел план по захвату мира.

Друзья весело рассмеялись, но, несмотря на это, Рейли Мауф так и не поведал Кевину и Орсону о проблемах матери. Вернон сдержал слово и тоже не проронил ни единого слова о том, что их друг хочет отомстить мистеру Хэллману.

А позже, когда солнце склонилось на запад, и над лесом начали сползаться сумерки, Вернон и Рейли немного задержались, сделав вид, что им нужно зайти в магазин.

— Так что ты там говорил по поводу машины? — обратился к Вернону мальчик.

— Тебе понадобится сахарный сироп, который ты зальёшь в бензобак.

— Сахарный сироп? — удивился Рейли. — Для чего?

— Вместе с бензином он попадёт в двигатель, где очень высокая температура, и сахар начнёт пригорать, — пояснил Вернон Левитт. — Тогда мистеру Хэллману придётся выложить приличную сумму на ремонт автомобиля.

— Отлично! — обрадовался Рейли. — Если честно, я ожидал, что ты предложишь поцарапать ему дверцы или пробить колёса. Но это будет гораздо лучше!

— Рад, что тебе понравилась моя идея, — с облегчением улыбнулся Вернон, потому что опасался, что рыжий задира натворит каких-нибудь глупостей. Там, в лесу, он увидел в глазах Рейли готовность совершить самый отчаянный и необдуманный шаг. Возможно, даже покушение на убийство. Как говорится, из двух зол выбирают меньшее, поэтому Вернон был уверен, что испорченный двигатель — не такое уж страшное преступление по сравнению с тем, что могло бы произойти, если бы у Рейли не появился сравнительно безобидный способ мести.