Чтение онлайн

Несколько минут мы сидели, глядя друг другу в глаза. Ах да, мне ведь нужно ей кое-что отдать, чуть не забыл!..

— У меня для тебя есть подарок, хотел в Порто-Франко отдать, но придется сейчас.

Вытащив из сумки сверток, отдаю ей. Эвелин разворачивает и ахает. Хотя что тут ахать, нож как нож, без вычурностей, универсальный работяга. Узкий, не очень большой клинок, полированные гарда и тыльник, рукоять из темного дерева. Ножны успел сделать только простые, и то ладно. Для фигурной работы не было ни времени, ни инструментов, ни практики…

— Спасибо, мне очень нравится! Только здесь его нельзя на ремне носить, наверное…

— А ты не носи открыто, придумай что-нибудь. Видишь, здесь крепление для подвески на шею? Ленточки у тебя должны быть.

— Да, это можно сделать, он небольшой… И рубашки-майки буду носить навыпуск. Ты мне сделал замечательный подарок, правда!

— Вообще-то, ножи просто так дарить нельзя, чтобы не поссориться — дай пять экю, что ли…

— А поменяться на что-нибудь можно? — спрашивает Эва.

— Конечно!

— Тогда у меня для тебя тоже кое-что есть. Закрой глаза и наклони голову.

(Надеюсь, щелбан мне в лоб не закатит, хе-хе?..)

Что-то зашуршало, она легко коснулась моей головы, я почувствовал на своей шее тяжесть металла, затем что-то скользнуло мне за отворот футболки, и я вздрогнул от холодного прикосновения. Хотел было вытащить за цепочку и посмотреть, что там висит, но девушка прижала мои пальцы своей рукой:

— Потом разглядывать будешь… А сейчас поцелуй меня… Мы же так долго не увидимся…

Мы стояли, обнявшись, пока не услышали, что рядом с домом остановилась машина.

— Это за тобой?..

— Да, пора ехать, небо зовет.

Эвелин очень неохотно убрала руку с моего плеча:

— Иди, только жди меня. И помни…

— Тебя разве забудешь…

Я перетаскал вещи в багажник весьма прилично выглядевшего «фордовского» вездехода, и когда садился в салон, не удержался и посмотрел в сторону дверей дома. Девушка стояла в дверях, прислонившись к косяку, и делала движение здоровой рукой, как будто вытирала слезы. Сев в машину, помахал ей рукой из приоткрытой двери, Эвелин вдруг резко развернулась и вошла в дом. Ну и ладно, долгие проводы — лишние слезы…

Когда провел осмотр перед полетом и уже сидел в кабине, перед запуском двигателя решил все-таки посмотреть, что она мне подарила. Я потянул за довольно толстую золотую цепочку, и на ладонь мне лег круглый медальон, диаметром около трех сантиметров. На золотой пластинке с помощью разноцветной эмали был изображен изрыгающий пламя дракон с расправленными крыльями. Надо же, какая тонкая работа… Два крохотных камешка изображали глаза дракона, я даже не смог сразу понять, какого они цвета. Зеленые, что ли?.. Ну все, полюбовался — и хватит, «добро» от диспетчера на вылет уже есть, пора и делами заняться…

— Порто-Франко — Контроль, я «Сессна» — «Редлайн», запрашиваю разрешение на посадку!

— «Сессна» — «Редлайн», я Порто-Франко — Контроль, заход по стандартной схеме курсом девяносто, ветер сто десять, скорость три, порывы до шести узлов.

— Контроль, я «Редлайн», принял, расчетное время посадки десять минут.

Порывистый ветер не смог помешать мне «притереть» самолет точно у начала разметки, и я сразу услышал в наушниках голос диспетчера:

— Отличная посадка, «Редлайн»!

— Спасибо, Вышка!

— Как гастроли прошли?

— Сейчас приду, расскажу…

За всем этим последовали обычные процедуры заправки, постановки на стоянку в ангар и прочая, прочая… Так, я обещал на вышку зайти… Ладно, только сначала остатки плакатов возьму, в пакете есть несколько штук.

Вкратце описав все произошедшее дежурившему на вышке парню, я отдал ему все плакаты, получил деньги и уже собрался уходить, как вдруг он сказал:

— Знаешь, тут пару дней назад в городе тоже какая-то заварушка была, машину на улице вечером обстреляли.

— Чью? Кто-нибудь пострадал? — Мое сердце ухнуло куда-то вниз.

— Не знаю, просто по новостям коротко сказали, типа «ведется следствие, виновные будут найдены…» — все как обычно, когда не знают, в чем дело.

Вот же… Звонить Игорю почему-то совсем не хотелось, и я спросил:

— Меня могут подбросить до города? А то знакомому пробовал дозвониться — не отвечает, выпил и спит теперь, наверное.

— Да, минут через двадцать-тридцать машина в город пойдет, с двумя техниками, с ними и доедете.

— Только у меня сумок много…

— Там фургон большой, поместятся.

— Ладно, пусть тогда к ангару подъезжают, договорились?

— Хорошо, сейчас по рации им передам.

Как и сказал диспетчер, к стоянке подъехал аэродромный микроавтобус, на котором меня обещали подвезти к дому. Дорога привычная, все такая же пыльная и ухабистая, водитель и техник молчат, мне тоже не хочется разговаривать, почему-то нет настроения. Возле въезда на дорожку, ведущую между кустов к дому, машина останавливается, выхожу и сгребаю свои сумки. Склонившись под этой раскачивающейся кучей, иду от высоких кустов зеленой изгороди дороги к дому, но меня никто не встречает, по лужайке не бегает неразлучная парочка друзей — кот и пес, машина под навесом стоит как-то странно, перекосившись набок…

Когда подошел к «Гелендвагену», стало видно, что лобовое стекло в нескольких местах помечено пулями, есть несколько отметин напротив водителя, и покрыто паутиной трещин почти до полной непрозрачности. Присмотрелся — сквозных пробоин вроде нет… Вроде… Одна дырка все-таки есть… Метнулся к водительской двери — заперто, а через тонированные стекла невозможно разглядеть ничего внутри, и непонятно, есть ли кровь на сиденьях. Колеса с водительской стороны спущены, поэтому джип стоит, наклонившись… Некому было заменить?.. Неубранный буксировочный трос валяется перед машиной, на решетке радиатора, капоте и двери — тоже несколько пулевых отметин. Забыв о сумках, я метнулся к дверям дома — заперто, в щели торчит записка. Незнакомый почерк, написанное прыгает перед глазами, вижу какой-то левый номер телефона, и все. Никаких указаний, кто это и что ему говорить. Стараясь делать все как можно медленнее, набираю номер, пошли гудки вызова…

— Слушаю… — услышал я в динамике смутно знакомый голос.

— Это Алекс, нашел бумажку в двери и звоню, только что приехал.

— Привет! Это Павел. Слушай внимательно: машину обстреляли, но с твоей женой все нормально, она в городской больнице…

— Она не ранена? — перебиваю я его.

— Нет, Петра зацепили, он был за рулем. Я сидел впереди, Джин — на заднем сиденье. Когда ты улетел, мы со следующего дня ее сопровождать начали, при поездках по городу. Ну так, чтобы это в глаза никому не бросалось, стекла ведь тонированные.