Чтение онлайн

Но это — комнаты боссов, а не основное подземелье, которое ведёт к ним. Так что приятно видеть что-то новенькое!

Троица, «любезно» доставленная в разлом, валялась неподалеку, не приходя в себя. Оставить их здесь? Хм…

Мне в этой проходке не нравилось только одно: придётся возвращаться. И когда я вернусь, там будет много посторонних людей. К сожалению, система не оставила мне выбора, и я не представляю, что делать дальше. Зачистить место-то я зачищу, но вот как потом объяснить это людям, которые придут? Или которые будут ждать меня снаружи?

Решив, что все проблемы нужно решать по мере их поступления, я ещё раз посмотрел в сторону охотников и решил их оттащить к выходу. Очнутся — уйдут. Не очнутся? Хотя бы не сдохнут от случайного моба.

А насчёт моих проблем… Пофиг. Сначала мобы, затем босс, а после уже разберёмся.

Выругавшись про себя, я направился вглубь болота, осторожно ступая по кочкам.

Вскоре я столкнулся с группой болотных тварей размером с крупную собаку, похожих на помесь жабы и слизня. Они двигались медленно, оставляя за собой слизистый след, и изрыгали ядовитую слюну. Уклониться от их атак не составило труда, а пара ударов без усиления отправляла каждую тварь в мир иной, разбрызгивая ошмётки зелёной плоти.

Вязкая жижа чавкала под ногами, когда я углублялся в сердце болота. Чем дальше я продвигался, тем гуще становилась дымка и тем отчётливее слышалось бульканье, доносившееся из самой чащи. А не комната босса ли булькает?!

Вонь гнили и разложения, казалось, пропитала всё вокруг, оседая на языке терпким привкусом. Я настороженно оглядывался, стараясь не упустить ни единой детали, хотя в этом грязном унылом месте сложно было разглядеть что-то интересное. Разве что возможность изучить мутировавшую флору со следами воздействия магии разлома.

Болотные жабо-слизни оказались лишь прелюдией. Вскоре трясина забурлила, и из неё начали вылезать твари повеселее. Первыми появились «костяные рыбы»: полуразложившиеся скелеты рыб с гнилой плотью, свисающей клочьями. Они нелепо дёргались на суше, стараясь напасть с помощью оставшихся зубов.

И хотя «рыбками» их можно было назвать лишь с очень большой натяжкой, именно они вызвали у меня первые неудобства. Их было много. Очень много. Десятки, сотни. Они выползали из воды и шли на меня, клацая челюстями и пытаясь укусить. А стоило уничтожить одну, как она взрывалась, нанося две единицы урона.

Да ладно бы только уничтожить — они сами взрывались, как только оказывались возле меня!

Казалось бы, что такое две единицы? А нет… Их, чёрт возьми, было много. Бахнут все — сдохну, как бы смешно ни было. Ну и, собственно говоря, обойти их тоже не было возможности.

Инстинктивно отпрыгнув назад, я избежал следующего взрыва, но тут же понял, что отступать некуда. Сзади — вязкая трясина, впереди — орда зубастых скелетов, готовых устроить фейерверк.

Мне нужно было что-то придумать. В лоб идти на эту армию самоубийц было бессмысленно…

Каждый взрыв наносил хоть и небольшой, но ощутимый урон, а их количество грозило превратить меня в решето.

Нужно было использовать местность…

Я начал отступать, заманивая костяных рыб за собой в трясину, стараясь держаться ближе к кочкам и небольшим возвышениям. Удача улыбнулась: одна из рыб, пытаясь меня достать, провалилась в трясину, и её взрыв не задел меня. Это была идея!

Продолжая отступать, я высматривал наиболее топкие места. Заманивая рыб поближе, я резким движением отталкивал их в трясину. Взрывы, раздававшиеся из глубины, не причиняли мне вреда, зато значительно сокращали численность врагов. Это был медленный и мучительный процесс, но другого выхода я не видел.

Рыбы, словно зомби, продолжали напирать, не обращая внимания на гибель сородичей. Их тупые инстинкты толкали их вперёд, к неминуемой смерти.

Разобравшись с первой волной, я облегчённо вздохнул. Я потратил пятнадцать минут на эти «бомбы»…

Переведя дух, я окинул взглядом остатки вражеской армии. Жидкая грязь бурлила, выпуская всё новых и новых костяных рыб. Вздохнув, я приготовился к новой атаке, выискивая взглядом очередную топь, чтобы использовать её как оружие.

Вторая волна оказалась не менее многочисленной, чем первая, но теперь я знал, что делать. Снова и снова я отступал, заманивая рыб в трясину, и с наслаждением слушал приглушённые взрывы. Но, к моему сожалению, болото начало уступать место более твёрдой почве.

Вскоре болото начало редеть, а под ногами появились плотные кочки, поросшие склизкими водорослями. Остатки рыб устремились вперёд, не давая мне времени на передышку.

— Ой, да ну вас, — не стал использовать ускорение. Бил прям так, пытаясь укрыться от урона, но не удалось.

В конечном счёте я получил восемьдесят единиц урона, зачистив мобов до конца.

На зачистку подземелья я потратил двадцать пять минут. Болото, наконец, расступилось, открыв передо мной вход в пещеру, зияющую чёрным провалом в скале. Внутри мерцал тусклый зеленоватый свет, а из глубины доносилось мерное хлюпанье. Комната босса.

Зеленоватое свечение усиливалось, освещая своды пещеры, покрытые наростами слизи и мха. Запах гнили и сырости здесь был ещё более концентрированным, нежели на болоте.

Пещера оказалась просторной, хоть и невысокой. В центре её находилось небольшое озерцо с мутной зеленоватой водой, окружённое частоколом из острых камней и костей, торчащих из земли. Над водой витал густой туман, скрывая то, что находится на дне. А на дне, судя по доносящимся звукам, было нечто весьма внушительное.

Сверившись со временем системы, прикинул: времени у меня вагон. Но оттягивать драку не имело никакого смысла. Здоровье восстановилось на две третьих части, так что не стоило откладывать босса на потом.

«Блин, ещё и выбираться обратно, придумывать чудесную историю о том, как я справился…»

Что-то мне подсказывало: разобраться с людьми во внешнем мире будет тяжело. Не в том плане, чтобы перебить их, а в том, чтобы они, как минимум, не стали меня долго мучить расспросами.

Внезапно вода в озерце забурлила, и из него медленно поднялась огромная жаба, покрытая бородавками и слизью. Её кожа переливалась всеми оттенками гнили: от блекло-зелёного до тёмно-коричневого. Местами виднелись кровавые подтёки. Глаза — мутные и жёлтые.

Тварь была огромной, размером с небольшой автомобиль. Её лапы заканчивались перепончатыми пальцами с когтями, которыми она цеплялась за скользкие камни у края озера. Из пасти, усеянной острыми зубами, торчал длинный и явно липкий язык, которым жаба лениво шевелила. От неё исходил невыносимый смрад, от которого першило в горле и слезились глаза. На спине чудовища виднелись костяные наросты, похожие на обломки позвоночника какого-то крупного существа, вросшие в плоть.

Жаболорд, похоже, не торопился нападать. Он медленно вылез из озерца, оставив за собой след из слизи, и глухо квакнул, словно приветствуя меня.