Чтение онлайн

— Ну что, — он оборачивается в сторону входной двери, где уже около минуты не раздается ни звука. — Парни вроде все перетаскали. Я пойду.

— Конечно, — с готовностью киваю я. — Иди. Если что-то вспомню — я тебя наберу… — неловко похлопываю себя по карману джинсов в подтверждение. — И если что-то из твоих вещей найду, тоже. Номер же не собираешься менять?

— Да нет, не собираюсь.

Мы вместе идем в прихожую. К моим губам намертво прилипла легкая полулыбка. Почему-то без нее я не мыслю эти проводы. Наверное, не хочется, чтобы они выглядели грустно.

— Я там машину бросил прямо возле подъезда, — бормочет себе под нос Дима, завязывая шнурки. — Надеюсь, никого там не закрыл.

Выпрямившись, смотрит мне в глаза.

— Пока, — тихо выговариваю я, удерживая на лице выражение Джоконды. — Еще увидимся.

— Мне кажется, что ты со временем будешь жалеть, Даш. Счастливой он тебя вряд ли сделает.

Полуулыбка никуда не делась, не дрогнула даже. Опровергать эти слова — делать Диме только больнее, так что пусть думает как хочет. Они совсем ничего о нем не знают, как и о том, что счастливой с ним я уже была совсем недавно.

Дав себе несколько минут, чтобы осмыслить официально состоявшийся разрыв, я принимаюсь за коробки. Физический труд помогает отвлечься — это я давно заметила.

Одежду отправляю в стирку. Кажется правильным входить в новую жизнь, предварительно стерев следы прошлого. С украшениями выходит немного хуже. Начав раскладывать их на комоде, я против воли окунаюсь в воспоминания. Эти серьги с каплевидными бриллиантами дарил мне Дима на окончание ординатуры. Помню, Ксюша ими очень восхищалась — она у нас главный ювелирный ценитель. Потом он повез нас в ресторан и кучу тостов наговорил в мою честь. И все сам, без намеком и подсказок. По-настоящему за меня радовался.

Защелкнув бархатную коробочку, я в нерешительности смотрю на следующую. Кто знает, как много воспоминаний она в себе хранит?

Спасает звонок в дверь, от которого сердце волнительно екает. Кто это? Доставку я не заказывала, если только…

— Привет, — от неожиданности я розовею, ощущая, как пульс радостно разгоняется. — А я думала, ты у мамы задержишься.

Адиль переступает порог, на ходу стягивая со лба бейсболку с каплями подтаявшего снега на ней.

— Она уснула быстро. Ты вроде сказала, что дома будешь, поэтому я не стал звонить.

И потом, будто спохватившись, смотрит. Ничего? Нормально?

А я улыбаюсь как дура, что по моему лицу и без того становится понятно: нормально конечно. Очень тебе рада.

Дима всегда предупреждал о визите, даже если мы о встрече заранее договаривались. Но так мне будто бы нравится гораздо больше. Когда сюрприз.

— Кофе будешь? Или кушать?

— Давай кофе. Может, поедем куда-нибудь перекусить? «Раджа» вроде нормальное место, Робсон говорил.

Я кусаю губы от растекающегося по телу предвкушения. Хорошими заведениями меня давно не удивить, а вот походами туда с Адилем — да. «Радж» действительно отличное место. Там в кабинках удобные диваны и полумрак, и можно беспрепятственно обниматься.

— Я быстро соберусь, — обещаю я и спохватываюсь. — А ты точно туда хочешь? Может быть, лучше в чайхану?

— Я все ем, — отмахивается Адиль, идя за мной. — Давай в «Радж», раз решили.

В спальне мы оба останавливаемся: Адиль — от увиденных коробок, я — оттого, что о них вспомнила.

— Зая, что ли приезжал? — глухо и с запинкой выговаривает он, оглядывая разбросанные вещи.

Я специально подгадала время для Диминого приезда, когда Адиль будет занят. Нам было необходимо попрощаться наедине. Но поймет ли он? Даже если нет, хотя бы на этот раз ему придется.

— Да. Вернул остатки вещей и попрощался.

— Благословил на дальнейшую жизнь? — с вызовом.

Возможно из-за того, что мы открыли друг другу все свои карты, совсем не хочется ругаться и спорить. К нам, ненормальным, нужен особый подход: постепенно растворять наши страхи терпением, теплом и любовью. Тогда мы излечимся.

— Ревнуешь? — я подхожу к Адилю вплотную, закидываю руки ему на плечи.

— Нет, — буркает он, глядя мимо. — Бешусь, что он тут наверняка очередным пафосным нытьем разразился.

— Это и называется ревность, Сеитов, — со смехом заключаю я, тыкаясь носом ему в губы. И уже шепотом добавляю: — Так непривычно, что ты сигаретами не пахнешь.

С поцелуем тяжесть прощания с Димой вместе с воспоминаниями о серьгах безвозвратно растворяются. Я смеюсь про себя: мы, люди, все же эгоисты до мозга костей. Когда нам хорошо, все остальное перестает играть такое уж большое значение. А мне даже не просто хорошо. Сейчас я счастлива оттого, что имею возможность стоять в его объятиях.

— Ну ты к нам-то заедешь или как? — голос мамы в трубке звучит обеспокоено. — Сегодня Новый год наступит, а ты все молчишь почему-то. Олег с утра на кухне возится. Уже и гуся замариновал. Спрашивает, топить ли баню.

Я оборачиваюсь назад, к дивану, где сосредоточенно глядя в телефон, сидит Адиль. И это он не дурацкие видео из тик-тока смотрит, а работает: выполняет какие-то операции, связанные с криптовалютой. В течение дня такое происходит по несколько раз и в этот момент его бесполезно трогать — все равно не услышит.

— Да, заеду, — обещаю я, отвернувшись. — Только буду не одна.

— А, ну ладно, — с запинкой отвечает мама и тут же меняет тон на суетливый. — Игорь с девчонками своими еще будет. Баню тогда видно топить не нужно… Вы поедете потом куда еще, наверное, да? Или с ночевой не останетесь? И ты, кстати, с кем?

В этот момент я очень благодарна ей за то, что не упомянула имя Димы. Это был бы слишком жирный намек на то, что она больше одержима идеей заполучить хорошего зятя, чем видеть меня счастливой.

— Я буду с Адилем, — улыбаюсь я и прикрываю трубку рукой, словно в нее может просочиться мое удовольствие.

— А, ну ладно, — все с той же неловкой заминкой повторяет мама. — Хорошо. Так во сколько вы приедете?

— Нам нужно к его маме и отцу сначала заехать, а потом уже в вам. Наверное, часов в девять будем.

— Ну все тогда. Ждем.

Я вешаю трубку с облегчением. Один квест пройден. Оказывается подсознательно я переживала из-за реакции мамы: в праздник совсем не хочется слышать разочарование в ее голосе. Но она как обычно не подвела.