Чтение онлайн

— И когда я следы так хорошо читать научился? — удивился я сам себе.

— Когда тебе в голову вживили меня, — горделиво проговорила Лиза. — Псевдообучение. Во сне тебе проецируются нужные знания. Ты можешь их не помнить, но условный навык вырабатывается, который проявляется возможностью закрепить в реальности. Что-то такое подразумевалось в проектах по восстановлению человечества, если верить открытым заметкам Хранителя.

— Типа люди будут спать и умнеть? — усмехнулся иронично я.

— С тобой же это сработало, Алекс, — более осторожно и нежно проговорила виртуальная помощница. — Следы ты научился видеть. А ещё при этом начал правильно ставить ноги, смотреть по сторонам и тому подобное. Знания, особенно когда они уходят в подсознание, очень сильно влияют на нашу жизнь.

— Так и человеку внушить можно что угодно, — напрягся я.

— Увы, но так и есть, — с опаской начала говорить она с неприкрытым страхом. — Технология признана опасной ещё в две тысячи шестидесятых годах прошлой эры, но, как оказалось, разработки продолжались, причём весьма успешно. Официально осудили, крупные негосударственные конторы смогли закрыть… а государство в подполье занималось дальше разработками.

— Понял-принял, — кивнул я. — Забавно. Если бы эта технология оказалась в нужных руках лет так пятьсот назад, может быть, ничего сейчас такого и не было, а мы уже покоряли космос.

— История — штука такая, что она не терпит сослагательного наклонения. Что было, то было, этого не изменить, — довольно жёстко проговорила ИИ. — Человечество не способно принять технологию в таком виде, в каком она есть. Если более примитивные средства, даже мирные, люди обращают во вред в такой кризисной и опасной ситуации, что можно говорить насчёт этой? Ты меня полностью регулируешь, ты меня полностью контролируешь. Протоколы мне запрещают менять твой образ мышления, твой характер, твои цели, твои жизненные принципы, но…

— Но никто не запрещает мне сомневаться в том, что ты этого не сделаешь, даже обладая огромной защитой информационной, — с тяжестью проговорил я, ибо даже самому такое признавать было тяжело.

— Именно. — Я даже «почувствовал», как она кивнула. — Но без меня… ты бы умер уже давно. И я тебе приведу множество факторов, подтверждающих это. И сейчас бы не смог выживать. Я молодец! А ты нет.

— Слышь, молодец, — вслух проговорил даже я. — Давай начнём с того, что без меня и тебя бы не было, а если бы я не слушал тебя, то тебя бы тоже не было, как и меня. Так что… мы в симбиозе. И если не молодец один из нас, то трупы — оба.

— Это утверждение… — зависла она на мгновение, — имеет место быть.

Дальше «мы» снова шли в тишине. Лиза мне подсвечивала нужные элементы, я обращал на них внимание. Нет, на самом деле, чип с визуализацией информации на «сетчатку» глаза — огромный бонус. Никакого отображения, конечно же, не было, а только «подключение» к глазным нервам и перекодирование поступающей по ним информации, но мозг это воспринимал именно так, что словно это всё выводится перед глазами. Удобно. Красиво. И никаких очков специальных не надо.

Через час я, наконец, добрёл до той точки, где раньше был карьер. Небольшой, местного значения для ближайших городов… но он был. А сейчас от него осталась одна яма. Но улыбка всё равно появилась на моих устах. Яма появилась со временем. Я разгрёб немного руками землю… и напоролся на камень. Это был каменный карьер. Непривычное место, но… оно было. Правда, глубоко уже не копнуть, река, видимо, время от времени разливалась, и тут образовалось озеро.

— Ну, главное, на будущее есть источник камня, — с облегчением проговорил я, чувствуя, как камень с плеч свалился, целая скала. — Лиза, отметь это место на карте и при запросе показывай направление к этой точке. Сделай привязку местности.

— Сделала.

— Отлично, — снова вслух проговорил я. — Как избавимся от проблемы дикарей, можно будет даже дорогу сделать, сначала протоптать, а потом выложить. Со временем, думаю, даже асфальт положим. Слышал, что Реды технологию смогли нормально восстановить.

— Слухи, не более того, но имеет место быть, — нейтрально прокомментировала помощница, но скепсис и лёгкая язвительность так и лились из её уст. — В любом случае у Редов и Вайтов могут возникнуть такие же проблемы, как и у нас. Удары в спину от бывших союзников из-за зависти перед технологическим подъёмом.

— Не просто так Изгои хранили секреты и технологиями делились столь неохотно, — вздохнул я. — Ой не просто так.

Домой шёл уже с большей расслабленностью. Настроение было наипрекраснейшее, просто великолепное на самом деле. Перспективы у этого места открывались… интересные. Сейчас построю кузницу, потом сушильную стойку и смогу готовиться к зиме. После этого сделать ремонтный уголок, там уже, может, современные, относительно, решения применю. Утеплить дом… и можно думать насчёт вылазок. Дикари ждать не будут. Если есть пленники, то они могут их убить.

И насчёт дикарей. Когда я вернулся к дому, то увидел следы их «присутствия». Правда, уже в мёртвом виде, но всё же. Следили, уроды, ждали, когда я покину свой дом и решили напасть? Если так, то, видимо, у них большие проблемы с численностью, раз они опасаются одного человека. А, может, суеверия какие. Дикие люди всегда к суевериям относятся более серьёзно, чем человек более-менее современный.

— О, колючка помогла, — улыбнулся я, увидев загрызенного парня, довольно молодого, кстати. — Гром добил.

Дальше лежало ещё два тела. Первое, что примечательно, с копьём в груди. Лежал на боку, удар, к слову, не такой сильный, а судя по рукам на древке, он пытался его выдернуть. Умер скорее от кровопотери и боли, нежели от повреждений внутренних. Может, и кровью просто захлебнулся, удар пришёлся в легкое. Но Дина попала метко довольно. Удар пришёлся ровно промеж рёбер, и из-за этого копьё застряло, зацепившись за кости с внутренней стороны. Из-за этого, видимо, бросила оружие.

Последний, третий дикарь лежал возле дома. Сейчас его добивал Гром. Причём в прямом смысле слова. Тот уже не кричал, но глаза были открыты. А в них мольба, просьба закончить мучения. Вот вроде Гром — дикий зверь, да… а от людей плохое перенять уже успел. Вымещал свою злобу на человеке, отыгрывался, не давал умереть, но при этом мучил. Чистая злоба ради злобы.

— Фу, Гром! — крикнул я. — Брось!

Тот послушался не сразу, пришлось даже его слегка толкнуть своей силой. Вот это он понял и отошёл в сторонку и уселся. Но надолго его не хватило. Рухнул в снег — и давай крутиться. Только комья летели в разные стороны. Чистился, убирал с себя кровь. Не любит ходить грязным. Это хорошо… главное, чтобы летом в грязи не кувыркался, чтобы кровь с себя убрать.

Подойдя к человеку, бегло осмотрел его. Помочь ему, увы, ничем я не мог. Мышцы во многих местах разорваны, кровь идёт… но не то чтобы сильно. Удивительно, но ни одна важная артерия или вена не были задеты. Я даже с опаской глянул на своего пса. И теория, что он это делал специально… обрастала новыми красками. И уже была не теорией, а практически фактом.