Чтение онлайн

Никто из руководства не рискнул прекратить это. Они не осмелились. Несколько наиболее серьезных стихийных шахтерских забастовок в истории Мира Компсона вспыхнули после отравления шахтных крыс. Шахтеры любили своих крыс. Относились к ним как к друзьям. Верили им. Крысы чуяли ядовитый газ задолго до людей и постантропов. И они ощущали колебания перекрытий, предшествующие обвалу. Когда крысы покидали шахту, это предвещало опасность. Если крысы были на месте, это значило, что в шахте не более опасно, чем обычно.

– Как они так могут? – прошептал Маккуин, когда они вошли в основной штрек.

Ли проследила его взгляд, направленный на шахтера, который сидел на куче отработанной породы. Он отламывал кусочки от своего бутерброда и бросал их крысиному трио. Это была странная картина: чернота покрытого угольной пылью человека, черный крысиный мех, круглые черные крысиные глазки, прикованные к грязным шахтерским пальцам, постоянно нырявшим в поблескивающую коробочку для завтрака.

– Они довольно чистые, – сказала она. – От них ничем уж особенно не заразишься, разве только чумой. И даже этим, скорее всего, сегодня легче заразиться от людей.

Маккуин только покачал головой и поперхнулся слюной.

– Вы еще размышляете о Гоулд? – спросил он. Ли пожала плечами.

– Ну, зачем ей было отправляться в медленном времени? Вот что я не могу понять.

Теперь они шли по главному штреку. Он был все еще достаточно широк, чтобы два человека могли идти по нему бок о бок, но потолок нависал уже над самой головой, заставляя Маккуина наклоняться и идти, согнувшись по-шахтерски.

– Похоже, что у тебя есть теория? – решилась спросить Ли.

– Ну, не совсем… хотя…

– Хотя что?

– Мне представилось, что, может быть, смысл был не в том, чтобы отправить… как бы это выразиться… саму Гоулд во Фритаун, а в том, чтобы не дать никому схватить ее, пока она туда не попадет.

Ли замерла, задумавшись над пришедшей ей в голову идеей.

– То есть ты говоришь, что для нее этот полет – вроде места для передачи информации.

– Ну, я не совсем, чтобы именно так думал, но… да. Получается, как только этот корабль попал в медленное время, он пропал. Никакого радиоконтакта. Невозможно остановить его, или зайти на его борт, или даже найти его. По отношению к нам, можно сказать, он как бы не существует вообще.

– Пока не прибудет во Фритаун.

– Совершенно верно.

– Ты считаешь, что для нее все равно, если мы узнаем, что это такое, до того, как она попадет туда?

– Правильно.

– Потому что?

– Потому что как только она доберется туда, будет уже слишком поздно для нас останавливать ее.

Ли остановилась и уперлась взглядом в пол, в угольную пыль, уже покрывшую ее ботинки. У нее в голове крутились мысли.

– Я просто так подумал, – сказал Маккуин. – Думаю, в действительности в этом нет никакого смысла, если взглянуть таким образом.

– Нет, – медленно произнесла Ли. – Смысл есть. Большой смысл.

Он посмотрел на нее, и его лицо, освещенное лампой, казалось белым в темноте.

– Что мы должны делать теперь? – спросил он.

– Идти по другим следам и молить Бога, чтобы недели через три распутать это дело.

Маккуин улыбнулся.

– Другие следы – это Луи?

– Да, другие следы – это Луи.

В шести километрах от ствола шахты, по подсчетам Ли, штрек сделал резкий поворот, и они оказались в длинном зале с высоким потолком, служившим временным домом для забоя восьмой «Южный». Поисковые группы, должно быть, уже побывали здесь и не нашли стоивших внимания залежей кристалла; шахтеры взрывом откололи большой пласт угля и теперь выбирали его с помощью циркулярной врубовой машины, установленной на транспортной платформе. Большая машина выбрасывала клубы вонючего черного дизельного выхлопа и издавала такой шум, что потолок осыпался. Не было никакого смысла разговаривать с кем-либо во время работы. Поэтому Ли и Маккуин устроились в укромном уголке и оттуда наблюдали за происходившим.

Видимо, их заметили. Когда бригада остановилась, чтобы дать передохнуть машине и поднять направляющие устройства, штейгер поднял свои защитные очки на лоб и подошел к ним.

– Луи, – представил его Маккуин, улыбаясь.

Луи легко можно было сравнить с Хаасом, но его большое тело не несло следов ожирения от сидячей работы. Везде виднелись узловатые шахтерские мышцы. Казалось, что этот человек мог двигать горы. Он вытащил грязную тряпку из комбинезона и протер ею руки. Ли показалось, что он просто перенес угольную пыль и дизельную смазку с одного огромного пальца на другой.

Закончив размазывать грязь, он достал из потайного кармана жестяную коробку с табаком и предложил всем угоститься. Ли и Маккуин отказались. Луи взял щепотку и засунул ее за щеку.

– Ну, – сказал он, оглядывая Маккуина сверху донизу. – Хозяин в большом доме не обижает тебя?

– Очень смешно, – ответил Маккуин и пояснил для Ли: – Мы с Луи вместе ходили в школу.

Луи рассмеялся.

– Но только в начальную. Для каждого из нас она была и последней.

– Майор Ли хотела бы задать тебе несколько вопросов.

– Вопрошай и обрящешь! – ответил Луи, распахнув свои сильные, блестящие от угля руки. – Давать ответы – это пустяки. Это не с билетами на мировой чемпионат расставаться.

Один из забойщиков отошел от машины и с любопытством смотрел в их сторону. Луи взглянул на него, а затем посмотрел на Ли и Маккуина.

– Ну, так вы считаете, что «Метс» вылетит из чемпионата?

Ли громко рассмеялась.

– Это она от сожаления, – пояснил Маккуин. Забойщик прошел мимо и свернул в боковой туннель.

– 9 Правильно, – сказал Луи. – Он пошел отлить. Это займет около двадцати секунд, после чего он еще минуту-другую побродит, чтобы не возвращаться к рабочему месту. Это значит, что у вас осталось полторы минуты до того, как он вернется, чтобы послушать, о чем это мы тут разговариваем. Здесь, внизу, и у стен есть уши.

Он слушал, пока Ли объясняла ему, что она ищет, потом посмотрел на Маккуина.

– Ты можешь доверять ей, – сказал Маккуин спустя мгновение.

– Ага, но могу ли я доверять тебе?

– Ты знаешь, что можешь.

Луи пристально взглянул на Маккуина. Затем обратился к Ли.

– У Шарифи не было постоянной команды. Поэтому тех, кто был с ней, нельзя найти в журналах регистрации. Хаас разрешил ей выбирать шахтеров из забоев, где работа шла медленно. Большинство из них – опять на «Тринидаде», бедняги.

– Вы сможете достать нам полный список? Он пожал плечами.

– Наверное, проще будет дать им знать, что вы ищете их.

– Вы ведь сами не работали с ней?