Одиночка
Шрифт:
Я пристально посмотрел ей вслед, недоумевая, с какой стати Тайра вдруг стала со мной такой приторно-любезной. Причем исключительно внешне. Нацепив фальшивую улыбку, она никак не озаботилась тем, чтобы хоть как-то попытаться скрыть жгучую ненависть в потемневших глазах. И зачем она все таки приезжала? Ну не для того же, чтобы пригласить на милую прогулку. И умчалась слишком быстро. Пожав плечами, я решил пока что выбросить это из головы. Потом поделюсь с привратниками… как только это станет возможным.
Осторожный взгляд в сторону башни еще раз убедил меня, что там тихо как на кладбище. То ли привратники отсыпались, то ли и впрямь последовали на совет. Проверять я не стал, чтобы лишний раз не попадаться им на глаза, а просто начал как обычно разминаться недалеко от Врат, зорко следя за тем, чтобы вокруг не ошивался никто из Единых. В нынешней ситуации только магия еще как-то успокаивала меня, но эта гармония с самим собой и Силой длилась ровно час. Вкупе с обостренной чувствительностью к опасности, моя связь с Убежищем настолько возросла, что я мигом заметил, как заколебалась Арка, а спустя короткое мгновение из нее выметнулась сгорбленная фигурка. Хромая, чужак устремился через лужайку прямо к башне привратников. От неожиданности я даже на миг опешил, а затем резво побежал на перехват. Гость на мое приближение никак не отреагировал, попросту не различая никого и ничего вокруг, кроме спасительной башни. Легко нагнав незнакомца, я ухватил его за плечо и резко развернул к себе лицом. На меня тут же уставились бессмысленные голубые глаза привратника. Его роскошный плащ был разодран в клочья, правая рука болталась как плеть, а лицо уродовали глубокие кровоточащие порезы и ожоги. Вздрогнув, я отпустил его. Тут же здоровая рука привратника поднялась – и воздух с силой толкнул меня в грудь, отшвырнув на несколько шагов назад. От этого усилия хранителя зашатало, и я подскочил, чтобы поддержать его. Тот же в благодарность едва не пырнул меня вытащенным из рукава ножом.
– Эй! – крикнул я, чудом увернувшись. – Ты чего, я же свой! Я Арлин, маг-одиночка, которого взял к себе Хонир.
Мутный взгляд привратника прояснился и в нем отразились недавно пережитый ужас и облегчение одновременно. Он вдруг заговорил быстро и сбивчиво:
– Хонир. Где он? Опасность. Привратников убивают… – И посмотрев мне за спину, обреченно прошептал: – Поздно. Хенигас уже здесь…
Я обернулся. На вопросы и ответы времени не оставалось – наемники как раз выбирались из Врат. Заметив беглеца, они победоносно закричали. И тогда я не раздумывая, на миг приложил руку к его груди и зажурился, передавая изрядную долю своей Силы. Боясь, что привратник может попросту не дойти до башни, я выкачал из себя практически все без остатка, но результат оказался плохим. Он тверже стоял на ногах, но выглядел все равно бледновато. Раны не затянулись на глазах, как должны были, магические Силы не восстановились, но больше я ничего сделать уже не мог. Лишь подтолкнул его, горячо зашептав:
– Беги, ты должен их предупредить, а я попробую задержать Хенигаса.
Он кивнул и заспешил к башне, а я преградил наемникам дорогу.
Хенигас в ответ замедлил шаг и вместо того, чтобы попытаться обойти меня, остановился напротив. Глядя прямо в глаза, негромко произнес, поигрывая мечом:
– Вот ты, маг, и попался.
– Что происходит? – резко спросил я, надеясь выиграть время. – Почему вы преследуете его, хотя он привратник?
– А сам ты не догадываешься? – с нескрываемым сарказмом спросил он. – Единые избавились от одиночек. Теперь пришел черед привратников. И тебе бы лучше не стоять у нас на пути.
– Хочешь убить меня? – спокойно осведомился я. – Ну давай, попробуй, потому что пока ты этого не сделаешь, я не дам вам пройти.
Меч Хенигаса размытой стальной полосой мелькнул перед газами, но не смог захватить меня врасплох. К этому времени я уже успел оценить остаток своих Сил и понять, как мало могу противопоставить ему. Оставалось всего лишь несколько приемов, способных при имеющемся резерве не сделать меня совершенно беспомощным.
Я поднял руки и молниеносно сплотил вокруг них воздух. Уворачиваться было поздно, так что я просто поймал несущееся на меня лезвие, зажав его между ладоней, и не дал полоснуть себя по горлу. Остальным наемникам, рванувшим за беглецом, преградили дорогу зависшие в воздухе смертоносные искры, позаимствованные у Тайры. И на этот счет я не испытывал никаких угрызений совести, справедливо полагая чужой опыт очень даже полезным в определенных случаях. Почти мгновенно раздался истошный крик боли. Похоже. кто-то из воинов Хенигаса, самоуверенно сунувшись сквозь ряды пламенных звезд, тут же поплатился за это. И я точно знал, что сейчас происходило там, за моей спиной. Трепещущий огонь торопливо оборачивает жертву в смертельный кокон, вгрызаясь в тело все больней и глубже. И остановить его практически невозможно. Я уже видел это пару дней назад, с безопасного расстояния наблюдая, как от дерева, которое я избрал своей мишенью, буквально за несколько секунд не осталось даже золы. И в этот момент я как никогда радовался, что воины – не Хенигас, которого достать куда труднее.
– Не радуйся, – мрачно сказал мне наемник. – Мой воин жив. Искры опалили ему лицо, но не убили.
Я слегка побледнел. Мы стояли слишком близко друг к другу, и я ясно видел его темные глаза. Он не лгал, все его люди действительно были живы и сейчас наверняка пытались обойти преграду. Этого я им позволить не мог и мысленно привязал к ним раскинутые искры. Теперь как бы воины не пытались, они все время будут маячить прямо перед ними.
Только вот это никак не помогало мне в схватке с Хенигасом. Воздушные рукавицы пока еще позволяли безболезненно удерживать его меч, но никак не прибавляли сил, и наемник понемногу брал верх, миллиметр за миллиметром приближая лезвие к моим глазам. Своеобразный доспех, в который я облачился вдобавок к рукавицам, оберегал меня от его выпадов, но вплоть до тех пор, пока остальные наемники не повернули обратно, бросившись на помощь своему командиру. Я пошатнулся от усилия, но таки отгородился от них огневой паутиной. Толстенные нити вспыхнули, вырвавшись из-под земли и ушли куда-то в небо, едва вконец меня не иссушив. Я напрягся и накрепко сплел паутину с искрами. Теперь воины были в окружении, западне, из которой не сбежать. Конечно, я не знал предела их возможностей, но раз они не смогли справиться с первой преградой, то вряд ли совладают и с этой. Зато теперь мне можно не опасаться удара в спину. Вот уж к чему я был совершенно не готов да и вообще прекрасно понимал, что если бы они не разделились, а насели на меня все разом, вряд ли я протянул бы хоть минуту.
– Думаешь, тебе это поможет? – прорычал Хенигас, делая безуспешные попытки высвободить меч. – Веланд с целой сворой уже на подходе, так что не спасут тебя твои штучки. Они тебя на части раздерут, маг. А со мной тебе тоже не справиться, сам знаешь. Старший обо всем позаботился. Жаль, одного не предусмотрел – что трое твоих защитников пропустят совет своих же братьев.
И словно услышав его слова, из башни выбежали привратники. Хонир, взъерошенный, без плаща, тащил на себе раненого беглеца, Горм и Нарви не отставали ни на шаг. Обогнув их, вперед вприпрыжку неслись гулоны. Почуяв опасность, они не стали оставаться в Убежище и присоединились к своим спасителям.
– Арлин, держись! – еще издалека крикнул мне Хонир. – Мы тебе поможем.
Я радостно вскинул голову, но тут же моя улыбка погасла. Внутри все сжалось в тугой холодный комок. Мне было достаточно одного-единственного взгляда, чтобы понять – не в том они состоянии, чтобы поддержать меня и еще успеть покинуть мир.
Поэтому я отчаянно замотал головой.
– Хонир, нет! Сюда идут Единые. Вы с ними не справитесь. Уходите, я догоню. – Последние слова я произнес с такой уверенностью, что даже на миг сам в это поверил. Но, увы, лишь на миг.
– Мы тебя не бросим! – хрипло рявкнул он в ответ.
Хенигас, почуяв слабину, принялся давить на меня с удвоенной силой. Я раздваивался, следя краем глаза и за его маневрами, и за привратниками.
– Хонир, это правда и ты это знаешь, – снова крикнул я. – Уходите. Вы нужны остальным братьям, которые еще, возможно, живы. Это важнее, чем я.
Пусть я знал, что братьев-то как раз и нет, но надеялся, что раненый хранитель не успел рассказать им все. Так и оказалось. Они мне поверили.
Главный привратник, покачиваясь под тяжестью раненого, как-то сразу посерел, но кивнул и заспешил к Арке. Нарви, крепко сжавший челюсти, до последнего момента держал меня взглядом. Черная гладь Врат поглотила их одного за другим и замерла. Я убрал с лица показную бодрость. Больше некого было убеждать в том, что у меня полно Сил и я смогу вырваться из Убежища сам. Главное, что ушли они. Теперь Единые не смогут их нагнать.
Чувствуя, что силы вот-вот мне изменят, я постарался в последний удар вложить все, что у меня еще осталось. Я резко оттолкнул от себя Хенигаса и заставил круг из паутины и искр сжаться. Это далось мне не сразу, ощущение было такое, словно я поднимаю непосильный груз. И тем не менее я справился. Круг поддался мне, начал сжиматься рывками. Не знаю, что предприняли воины Хенигаса, но чтобы спалить их, я угробил все Силы без остатка. Крики взметнулись в небо и резко стихли. Наступила тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием наемника. Он стоял, облокотившись на меч, и ломал меня тяжелым взглядом.
– Ты убил моих людей, – неверяще выдохнул он. – Как тебе это удалось? Как ты смог удержать меня, ведь ты слабый маг, я помню. Ты не смог справиться со мной тогда, в своем доме, так откуда у тебя взялись для этого Силы сейчас?
– Много времени прошло, Хенигас, – прерывисто дыша, ответил я, ощущая внутри полную пустоту. – Привратники меня многому научили.
– Нет, дело не в этом, – уверенно опроверг он мои слова. – Ты стал намного сильнее и только что использовал заклинание Тайры, а ведь она великая чародейка, хоть и слабее своего дяди, Веланда. Что-то тут не так. Нескладно врешь, маг. Ну да ладно, через меня тебе не пройти, а Веланд уже на подходе. Попробуешь прорваться?