Чтение онлайн

Слова «мои» и «странного» она выделила голосом. В аудитории наступила настороженная тишина. Все молча глядели на нас, ожидая, чем кончится наш разговор.

– У меня были причины, госпожа магесса.

Ктото отчетливо хихикнул.

– Неужели? И что же это были за причины, позвольте узнать?

– Аудитория для темных была на втором этаже, а ваша на третьем… Туда было ближе…

Я постарался улыбнуться как можно лучезарнее.

– Острите? – Взгляд магессы был как кончик клинка кинжала, направленный в лицо. – Что ж, приятно, что у нас есть остроумный человек…

Если взгляд у нее был как лезвие, то голос был зловещ, как скрип двери склепа.

Не стоило тетю дразнить… Да ну их! Задрали уже! Я собирался изображать студента, а не учиться! Ну может, самую малость, чутьчуть… Но это уже ни в какие рамки не лезет! Що я вам, студент действительно, что ли?

– Ну что ж, проходите, садитесь, – многозначительным тоном сказала Элеона.

– Благодарю вас, – кивнул я и, повернувшись к аудитории, окинул ее взглядом.

Не очень большое помещение с рядами деревянных столов светлого дерева, уходящих амфитеатром к потолку. Изза них на меня настороженно таращатся десять… двенадцать пар глаз. Два ряда по пять и еще двое. Десять девок, двое парней. Я тринадцатый. Чертова дюжина, значит… Мило. Тут на глаза мне попалось знакомое лицо. Красавица, которая хихикала и аистом называла.

Так ты у нас второгодница, подумал я, направляясь к приглянувшемуся месту, с краешку. Или третьегодница… Значокто у тебя был, когда ты хихикала! А если учесть, что присягали императору всего пять целителей, то, выходит, что половина тут – второгодники…

Университет хоть и смахивал на земные, но все же отличался. Всетаки не математиков готовили или врачей, а магов. А магия, она штука такая, расписания и сроки у нее свои. Ну вот должен ты на первом курсе овладеть силой, а у нее на это другие планы. Через год или через два решит, что пора ей в руки хозяинамага даться. Да и потом с развитием тоже у всех поразному может быть. У кого сразу, а кто бьется, бьется – все равно ничего не выходит. А потом раз – и скачок. И все получается. Короче говоря, магия – это непросто. Новичков сразу всех предупредили, что, если что не так – не паникуйте. Терпеливо и трудолюбиво ползем вперед… пусть на бровях, но ползем… А там стрельнет. Обязательно стрельнет!

Побочный результат такой необязательности магии – отсутствие четкого разделения по возрастам. Запросто можно встретить на одном курсе людей разного возраста с разбегом между ними эдак от двух до пяти лет. Но чтобы у ленивцев не возникало желания списать свою лень на неисповедимые пути магии, в университете существовала экономическая бодрилка.

Обучение тут – условно бесплатное, с оплатой по завершении обучения. Поступил – император за первый год твоей учебы платит. Год проучился, экзамены сдал – перевели на следующий курс. Не сдал – сиди по новой, жди озарения. Император опять платит, но к сумме годового обучения плюсуется еще четверть от годовой стоимости. Опять не сдал – император платит, но ты уже должен снова за год плюс плату за полгода плюс предыдущий долг. И так, пока годовая плата с добавкой за тупость не сравняется. Ну а там как в университете решат. Или долги все возвращаешь и продолжаешь грызть гранит науки уже за свой счет, либо, коли денег нет, выходишь из стен альмаматер каким есть – балбесом и дуешь отрабатывать долг в какойнибудь гарнизон или еще куданибудь руками махать, насколько ты научился это делать за время учебы. Впрочем, если ты умникразумник и нигде больше года не сидел, то ты все равно должен. Император ведь за тебя платил! Так что будь готов должок вернуть… Причем весь и сразу. Правда, сумма долга будет меньше, чем у балбеса, да и отличникам бонусы по выплатам полагаются. Но все равно – должник. Очень мне этот момент не понравился. Не люблю быть комуто должным… Однако порядки тут такие. Ничего не поделаешь…

Под трудолюбивый скрип перьев я рассеянно наблюдал за магессой, вещавшей с кафедры. Я был единственным, кто не записывал ее лекции.

Элеона это сразу заметила.

– Эриадор, почему вы не пишете? – поинтересовалась она, опуская в обращении ко мне все уважительные слова. В университете правило – обращаться на «ты». И еще никаких своих слуг. Только местные. Мол, на «ты» – это значит, мы все – большая дружная семья, а отсутствие слуг – привыкайте к трудностям походной жизни. Мне это тоже не понравилось. Если в обществе нет цветовой дифференциации штанов, то что же такое будет? В средневековье без разноцветныхто штанов совсем нельзя! Это ведь даже не Земля, хотя дифференциация и там есть. И потом… Я же собирался тайлиш себе присмотреть! Полученные деньги от продажи найденных в пустыне древностей позволяли соблюсти традиции моего мира. Традиции нужно чтить… В данном случае они то единственное, что удерживает меня от сползания на одну ступень с низшими…

Так вот, почему вы не пишете, поинтересовалась она у меня, показывая этим «вы» свое недовольство.

– Потому что тетрадь можно потерять, а голова у меня всегда с собой, – вежливо ответил я.

– Да, но вы можете чтото забыть, а вот конспект – нет! Открыли, посмотрели – вспомнили!

– Я и так все прекрасно помню…

После того как у меня несколько прибавилось сил в плане магии, я наконец смог немного позаниматься со своими мозгами. Точнее, с мозгами Эри… Короче, неважно, чьи это сейчас мозги. Важно то, что память моя оказалась на месте. Весь архив, собранный на Земле, был при мне. И еще. Я снова мог искать в нем. Не вспоминать, морща лоб, чего там и как было, а задавать поиск и находить то, что нужно. То, что ничего не пропало, было весьма приятно. Кроме того, вместе с памятью вернулись способности к точному запоминанию информации.

– Неужели? – не поверила магесса. – Тогда, может быть, вы перечислите мне основные органы человека и системы, в которые они входят?

– Пожалуйста, – сказал я и принялся дословно цитировать материал вчерашнего занятия. Голосу ее я подражать не стал, это было бы уже чересчур, и так она была неприятно поражена.

– Мда, – с некоторым разочарованием подвела итог магесса, после того как я замолчал, – вижу, что с памятью у тебя действительно все в порядке.

В качестве поощрения за правильный ответ она перешла на «ты».

– Но все же я бы тебе рекомендовала не полагаться целиком только на нее и хоть чтото, но записывать.

– Конспект тоже может быть внезапно съеден мышами.

– Какими мышами? – не поняла она.

– Голодными до знаний…

Элеона только губы чуть плотнее сжала.

– Что ж. Как хотите. Отсутствие конспекта или небрежное ведение его – это дополнительные вопросы на экзамене. Вы меня понимаете?

– Я согласен на дополнительные вопросы.

– Хорошо. Продолжим нашу лекцию… Записываем…

В аудитории раздался легкий шорох поворачиваемых сподручнее тетрадей и звук от поудобнее устраиваемых на скамейках задниц будущих целителей, готовящихся продолжить конспектирование. Не нужно было быть великим эмпатом, чтобы ощутить недружелюбие и зависть, разлившиеся в воздухе и направленные на меня. Конечно. Они пишут, дымясь от усердия, а я – слушаю, полулежа на столе. Если еще учесть, что многие пишут уже по второму разу, а некоторые, возможно, даже и не по второму… Понимаю. Но, как говорится: пишите, Шура, пишите. Вы мне неровня…

Отношения с сокурсниками у меня были прохладные. Я ходил с высокомерным видом, в разговоры не лез, отвечал односложно. Плюс еще моя черная мантия, в которой я пару раз появился у них на глазах. Короче, ко мне не приставали.

Честно говоря, они меня чемто раздражали… Чтото хотелось им сделать… такое. Хотя вроде поводов особо они мне не давали. Так, девчонки шушукались между собой, поглядывая на меня, и все. Парни вообще помалкивали. Но вот хотелось!

Это все от нервов, подумал я, меняя позу – затекла рука. Если кому что и устраивать, так это варгушам…

Левый рукав мантии как раз съехал к локтю, открывая шрам…

Хоррроший такой, краснофиолетовый отпечаток зубов, по краям которого четко были видны следы от клыков. Похоже, что эта красота осталась мне от Дины на вечную память. По крайней мере, до тех пор пока я в этом теле. Когда я пошел к целителям, намереваясь вернуть руке нормальный вид, все только головой мотали, к кому бы я ни обращался.

– Это же кожа, – говорят и разводят руками. – Нужно было сразу делать, в течение трех дней. А сейчас уже все, время ушло. Теперь необходимо сдирать весь поврежденный участок, кусок мяса под ним и отращивать все заново. И то не факт, что не будет по цвету отличаться. Вполне возможно, что это место будет более розовым и гладким, чем вся рука. Кожа – это очень сложно. Отрастить – да, но вот создать новый участок, не отличимый по структуре от старого, – это уже высочайшее целительское искусство, стоящее немалых денег и большой траты времени.