Чтение онлайн

– Если какой-то цели можно достичь двумя одинаково эффективными способами, тролли выбирают тот, который нам кажется более жестоким. Известны случаи, когда они в какой-то степени жертвовали эффективностью, чтобы удовлетворить присущий им садизм.

Эстон затянулся и выпустил совершенно ровное колечко дыма. Ветер тут же унес его, радостно разрывая в клочки. Кажется, в этом скрывается что-то вроде метафоры, неуверенно подумал Эстон и, не задерживаясь на этой мысли, продолжал прежним тоном:

– Подумаем еще вот о чем: мы знаем, что тролль опасен. Но насколько он опасен? – Леонова уставилась на него неподвижным взглядом. – Я хочу сказать, что, возможно, он просто не в состоянии немедленно начать осуществлять свои замыслы, каковы бы они ни были.

– Знаешь, – задумчиво ответила она, – может, ты и прав. Он сам себе хозяин. Разумом я это понимаю, но мне трудно вникнуть в его проблемы. Пока мне хватало наших.

– Вот именно. – Эстон снова затянулся. – А теперь представь себе самый худший вариант развития событий и посмотри, что ты можешь предпринять, чтобы его предотвратить. Анализ ситуации должен проводиться с учетом того, что возможности тролля, как и любого существа, имеют какие-то ограничения.

Он выразительно посмотрел на Людмилу, и она кивнула.

– Так вот, в положении тролля есть сильные и слабые стороны. Рассмотрим для начала слабые. Он один, без всякой поддержки, окружен миллионами дикарей, которые уже доказали, что могут его уничтожить, если обстоятельства сложатся определенным образом. Ты уверена, что у него нет биологического оружия, а если и остаюсь ядерные заряды, то это ракеты тактического действия с мощностью около килотонны. Этого недостаточно, чтобы уничтожить население целой планеты. Наконец, он, вероятно, не лучше разбирается в человеческой психологии, чем мы в его собственной.

Теперь перейдем к сильным сторонам. В его распоряжении инициатива и всевозможные устройства, опережающие нашу технику на пятьсот лет. Никто не знает о его планах. Его враги – сегодняшнее человечество – расколоты на группы, относящиеся друг к другу подозрительно и даже враждебно. Место его нахождения неизвестно. Он может читать мысли примерно трети людей, с которыми сталкивается. И, наконец, он способен влиять на мысли людей, с которыми ему удается войти в контакт.

– Есть еще два соображения, – задумчиво сказала Леонова. – Во-первых, он не должен обнаружить свое присутствие и вынужден будет действовать тайком. Во-вторых, он хорошо вооружен и защищен. Его органический компонент – это, в сущности, съемный блок, и у него, несомненно, есть бронемашина внутри истребителя, не считая небольшого набора боевых роботов.

– И какую силу все это ему обеспечивает?

– Чертовски большую! – откровенно ответила Леонова. – Я пыталась припомнить все, что мне известно о вооружении вашего периода. Ваше ядерное оружие может его уничтожить. Некоторые тяжелые ракеты, возможно, тоже. Но я сомневаюсь, что какое бы то ни было портативное оружие окажется опасным для тролля. Пока у меня не будет возможности осмотреть и оценить ваши танки, я не смогу выбрать точку отсчета. Да и в любом случае я не знаю, какой бронемашиной он располагает.

Она принялась задумчиво покусывать палец и через некоторое время продолжила:

– У тролля наверняка есть энергетические пушки, ракеты ближнего радиуса действия и силовой щит. Кроме того, его мозг органический. По сравнению с компьютером у органического мозга есть как преимущества, так и недостатки. Он способен на творческий подход к задачам, способен к интуитивным решениям, однако его возможность одновременно проводить несколько действий ограничена и при тактическом столкновении может привести его в состояние растерянности, перегрузив его сенсоры. С другой стороны, вооружение тролля – часть его самого. Ему не нужно доставать оружие, скажем, из кобуры, а электронные системы автоматически обеспечивают наведение на цель и ведение огня, едва мозг принимает решение стрелять. Не забывай об этом никогда, Дик, – тролль не способен выстрелить мимо цели.

– Постараюсь. В общем, получается, что он силен, но не всемогущ.

– Правильная оценка, – согласилась Людмила. – Кроме того, его боевые роботы значительно слабее, чем он сам, а их автономные системы управления уступают человеческому мозгу. Тролль может управлять ими, но, я опять подчеркну, он не способен решать одновременно несколько задач, в отличие от любого искусственного интеллекта. И чем большим числом боевых роботов он пытается управлять одновременно, тем хуже справляется с тактическими задачами.

– Хорошо, – сказал Эстон. – Учитывая все это, может ли он – в одиночку и без поддержки – уничтожить человечество?

– Нет, – решительно ответила Людмила и глубоко вдохнула. Огромное напряжение – еще более ужасное из-за того, что она не позволяла себе его выказывать, – ушло из ее души. – Тролль может натворить много бед, но этого сделать не в состоянии.

– Прекрасно. Рискнет ли он обнаружить свое присутствие или даже подставить себя под удар, если не будет уверен, что способен нас всех истребить?

– Нет, – снова ответила Людмила.

– Достаточно ли у него знаний о нашем мире, чтобы понять, где и как раздобыть средство уничтожить человечество?

– Ни в коей мере! – Она энергично замотала головой. – Ему придется потратить немало времени на самообразование.

– Замечательно. Таким образом, у нас, вероятно, есть некоторый запас времени до того момента, когда он приступит к действиям. Тогда остался последний вопрос. Возможно, он тебя шокирует, но… какое самое жестокое мучение способен тролль выдумать для человечества?

– Уничтожить его, – быстро ответила Людмила и замолчала – в глазах ее что-то дрогнуло. – Погоди-ка, – сказала она негромко, – погоди…

Ее голос прервался, а брови сошлись в одну линию. Затем морщины на лбу разгладились.

– Ты знаешь, я никогда не задумывалась над этим вопросом, – спокойным голосом призналась она.

– Я знаю. Я внимательно слушал твои рассказы, и мне кажется, вы так давно воюете друг с другом, что тебе трудно представить отношения с троллями, отличающиеся от взаимного стремления к полному истреблению врага. Но если учесть, что тролль не в силах немедленно уничтожить человечество и ненавидит кангов не меньше, чем нас, разве нельзя предположить, что он откажется от исполнения их замыслов и придумает что-нибудь другое?

Он взглянул в ее глаза – и встретил понимающий взгляд.

– Не забывай о том, что тролли оказались в рабстве с того самого момента, как их сотворили. Почему бы ему не решить, что человечество лучше поработить, чем уничтожить?

– Возможно, – тихо ответила Людмила. – Особенно если он вообразит, что сможет использовать людей для уничтожения кангов, когда они в конце концов появятся здесь.

– Мы не можем позволить себе считать, что тролль именно это и задумает, но обязаны рассматривать такую возможность.