Чтение онлайн

– Двести тысяч – наконец решившись, объявил он.

– Договорились – моментально согласился Одли старший – Деньги сегодня же поступят на Ваш счёт. А теперь примите вот это.

Директор достал из ящика стола небольшую пластиковую коробочку и протянул Александру. Открыв её, Рудаков увидел с десяток ярко-жёлтых капсул.

– Подавитель эмоций. Контрабандный товар – пояснил Одли – Незаменимая вещь на переговорах. Одна капсула действует часов двенадцать. Проглотите её, и никакая полицейская аппаратура не распознает лож. Да и сами будете уверенно чувствовать себя на допросе. Дождавшись, когда Александр примет пилюлю, директор повернулся к дисплею и ткнул пальцем в значок вызова полиции.

Капсула действительно помогла. На допросе у следователя, Рудаков держался уверено и слегка игриво. Даже когда выяснилось, что потерпевший – сотрудник охранной фирмы, Александр оставался спокойным, как удав. А чего ему волноваться. Ну, штраф получится немного крупнее. Платить-то всё равно директору. На вопрос следака – признаёт ли он вину, Рудаков смело ответил, что признаёт и что готов выплатить любой, даже самый крупный штраф.

– Штраф?! Вот за это?! – удивился следователь и нажал какую-то кнопку.

Над его столом моментально возник голографический экран и Александр увидел, как по загородной трассе мчится гроундкар с логотипом их фирмы. Даже на глаз было заметно, что скорость транспортного средства намного выше допустимой. Причём настолько, что он даже сумел настичь спортивный чоппер, на котором ехал тот самый бедняга-охранник. А вот дальше, произошло нечто странное. Вместо того, чтобы просто обогнать, гроундкар зачем-то начал прижимать чоппер к обочине. Видимо пацан захотел напугать дядю. Однако, случилось то, что случилось. На повороте гроундкар зацепил-таки крылом злополучный чоппер и тот, кувыркнувшись в воздухе, улетел в кювет. Выброшенный из седла охранник крепко приложился о дорожное покрытие и покатился по инерции вслед за удаляющимся гроундкаром. Всё это ещё можно было списать на несчастный случай. Например, машину повело или стало плохо за рулём. Тем более, что потерпевший шевелился. Видимо его спасли шлем и толстая кожаная куртка. Охранник лежал на спине и ворочал конечностями, как огромный майский жук. Тем временем, электромобиль остановился и замер на месте, словно его водитель решал, что же ему предпринять. И тут произошло то, что никак не вписывалось в несчастный случай. Гроункар развернулся и, переехав охранника, помчался в обратном направлении. Видимо, глупый пацан не догадывался, что трасса находится под наблюдением и ничего лучшего не придумал, как избавится от единственного свидетеля ДТП. Ведь если папаша узнает, то может лишиться «карманных» денег. А ему это надо?!

Странное ощущение, когда умом ты понимаешь весь ужас своего положения, но при этом не испытываешь никаких эмоций. Похоже, следователь тоже заметил его неадекватную реакцию.

– Сэр, Вы что-нибудь принимали перед допросом? – поинтересовался он, внимательно разглядывая Рудакова.

Следак взял маленький фонарик и зачем-то стал светить им Александру в глаза.

– Понятно! – выключив дисплей, констатировал он – Я вынужден прервать допрос. А Вы, сэр Рудаков, задерживаетесь до выяснения всех обстоятельств дела.

Однако, Александра на допросы больше не вызывали. Хотя это было очень странно. Вообще, следствие по его делу велось странно. Рудакова сразу поместили в изолятор для особо опасных, где заключённых держали в одиночных камерах. Правда, эти камеры скорее напоминали номер люкс пятизвёздочных отелей. Со всеми удобствами и отличной кормёжкой. Но арестанты в них были полностью отрезаны от внешнего мира и не могли послать весточку родным. На Земле правосудие уже давно вершили компьютерные программы – объективные и беспристрастные. Подсудимому надевался специальный шлем, который считывал информацию непосредственно из его башки. Обмануть такого судью практически невозможно. И в этом была последняя надежда Александра на справедливость. Но и она рухнула. Рудакову зачитали приговор без всякого суда. Наконец, Александр всё понял. Ганс Одли просто купил следователя с потрохами и тот, каким-то образом, сфабриковал его дело без допросов, суда и лишних формальностей. Кстати, никаких денег на свой счёт Рудаков так и не получил. Значит директор сразу готовил подставу, в которую Александр попался, как последний дурак. Почему Одли выбрал именно его, тоже понятно. Рудаков полукровка, а значит не совсем человек. Типа говорящей собаки, которой можно пожертвовать.

После вынесения приговора, Александр прожил в следственном изоляторе почти шесть месяцев. Пока Марс и Земля не сблизятся на минимальное расстояние. И это недолго. Некоторые осуждённые дожидались дня отправки почти два года. Наконец, Рудакова с ещё тремя зэками, приговорёнными к ссылке, погрузили в тюремный флайер и отвезли на космодром Мадагаскара. Познакомится с собратьями по несчастью во время перелёта Александру не удалось. Так как разговаривать узникам категорически запрещалось. А на Мадагаскаре их опять распихали по отдельным камерам. Уже не таким комфортабельным, как в следственном изоляторе. Ведь всего на одну ночь.

Часов в одиннадцать утра, этапируемых зэков наконец собрали вместе и повезли на космодром. Рудаков с опаской разглядывал тех, с кем ему придётся болтаться в космосе больше двух недель. Из-за, встроенного в ракету, анти-ускорителя никаких перегрузок её пассажиры не чувствовали. Ракета могла стартовать с огромным ускорением и не снижать его практически половину всего пути. Это позволило уменьшить продолжительность перелёта к Марсу до, вполне приемлемых, двух с половиной недель.

Больше зэкам разговаривать не запрещалось, и некоторые этим активно пользовались. Впрочем, основная часть ссыльных ехала молча, угрюмо пялясь в зарешеченные окна тюремного вагона. Болтали между собой лишь две небольшие группы заключённых, которые по всей видимости являлись членами двух различных банд. Понять, кто главный в этих группировках, не составляло большого труда. В той, что была многолюднее, рулил бритый налысо мужик с полным ртом золотых зубов. Эта нелепость сразу бросалась в глаза. Ведь на Земле уже давно не ставили золотых коронок. Достаточно было просто покрыть зубы жидкой эмалью, и они сохранялись невредимыми и белоснежными на долгие годы. Видимо лысый, таким образом, демонстрировал свой статус перед другими бандюгами. Вторую группу, меньшей численности, возглавлял толстый курчавый бугай в, расстёгнутой до пупа, клетчатой рубахе. Его волосатую грудь украшал приличных размеров золотой крест на массивной цепи из того же материала. Тюремный вагон, то и дело оглашал, громкий хохот бандитов.

– Как на курорт едут – буркнул, стоявший рядом с Александром, мужик.

– Да уж, натерпимся мы от этих весельчаков – добавил ещё один заключённый, украдкой поглядывая на курчавого бугая с золотым крестом.

Это был паренёк чуть старше Рудакова, но очень щуплый и с, выкрашенными зачем-то в красный цвет, волосами.

– Тебя как зовут, приятель? – поинтересовался тот, что начал разговор.

– Дик я. Дик Финч – ответил красноволосый.

– А я Коннор Литтл. Осуждён к отправке на Марс за убийство тёщи – улыбнулся мужик и вдруг обратился с тем же вопросом к Александру.

Рудаков ответил.

– Так вот, братишки. Надо держаться вместе – сообщил Коннор, понизив голос почти до шёпота – А иначе нам хана. В лучшем случае будем шестёрками у этих гамадрил.

– А в худшем? – встревоженно спросил Дик.

– А в худшем! Станете вы оба КЖ – прошептал Литтл.

– Кем? – не понял Александр.

– Космическими жёнами – ответил тот и вдруг заржал, как сумасшедший.

По отвратительной харе Коннора, было сразу видно, чем этот урод так не приглянулся собственной тёще. Даже удивительно, что он вообще женился. Но рассуждать в слух на данную тему Рудаков естественно не стал. Тем более, что их электрозак уже подкатил к зданию космопорта.

Ссыльных выгрузили из тюремного вагона и построили в три шеренги. А справа и слева от них уже стаяла и равнодушно пялилась вооружённая мадагаскарская охрана. Когда в твою сторону направлен ствол «Квантум82-М», пуля которого разрывает человека на куски, мысль о побеге в голову даже не приходит. Впрочем, бежать никто и не собирался.

Как только зэки построились, сразу началась перекличка. Начальник конвоя объявлял имя и фамилию заключённого. Тот отзывался, выходил из строя и бегом отправлялся в спец отстойник – длинную одноэтажную пристройку космопорта. Пробежав через распахнутую настежь дверь, Александр очутился в большом, освещённом лампами, ангаре. Это прямоугольное помещение разделяло толстое, вероятно бронированное, стекло, за которым Рудаков увидел человек двадцать женщин разного возраста. Судя по всему, они тоже ожидали отправки на Марс, но только в другой ракете. Неожиданная встреча с представительницами иного пола, заметно оживила ссыльных. Разделявшее этапы, стекло обладало звукоизоляцией, но даже те неприличные жесты, которые зэки демонстрировали руками, сами по себе говорили о многом.

– Прекратить! – войдя в отстойник, рявкнул начальник конвоя.

Он подошёл к, расположенному на стене, пульту и нажал какую-то кнопку. Стекло вмиг стало матовым.

– Всем сидеть и ждать! – приказал начальник и вышел на свежий воздух.

Лишившись единственного развлечения, зэки устроились прямо на бетонном полу ангара. Ждать посадки в ракету пришлось ещё около получаса. Мужчин по всей видимости отправляли первыми. Даже через матовое стекло было видно, что женщины всё ещё находятся в ангаре. Опять вошёл начальник конвоя и объявил долгожданную посадку. Сперва на борт ракеты поднялись представители бандитских группировок. Они расселись на передних местах, справа и слева от прохода. Поближе к копировальному принтеру, который находился в головной части ракеты. Следом повалили и остальные ссыльные. Толкая друг друга, они стремились захватить места получше. Если уж не в самом носу, то хотя бы в центре пассажирского салона. Не привыкшему к подобным сценам, Александру такое поведение казалось дикостью. Поэтому он вошёл в салон одним из последних. Соответственно и место ему досталось на корме, рядом с ватерклозетом. Дик, из-за щуплого телосложения, так же не сумел отвоевать себе место получше. Он сидел рядом с Рудаковым и что-то недовольно бубнил. А вот Коннор Литтл, успел-таки захватить неплохое местечко в середине и, по всей видимости, уже налаживал отношения с новыми соседями.