Чтение онлайн

Левелин хотел уже было последовать за ними, но тут его прошиб пот. Из комнаты напротив вышли двое русских в гражданских костюмах. Один из них был высоким, худым и лысым. Второй – молодой парень лет двадцати, крепкого сложения.

Пемброук, Энн и Саттер притаились у двери. Они слышали приближающиеся шаги.

Первый русский заговорил.

Левелин знал по-русски только два слова: «да» и «нет». Высоко подняв голову и смотря прямо перед собой, он громко сказал:

– Да!

Русские недоуменно переглянулись. Энн шепнула Пемброуку и Саттеру:

– Они спрашивают, кто поставил его охранять эту комнату и зачем. Думаю, Левелин ответил несколько невпопад.

– Да, русский у него не блестящий, – кивнул Пемброук.

Лысый повторил вопрос, более настойчиво.

– К черту ваши «да» и «нет»! – выкрикнул Левелин и ударил русского кулаком в лицо. Русский взлетел в воздух, а потом рухнул вниз. Молодой парень издал возглас удивления, посмотрел на распростертое на полу тело и вновь повернулся к Левелину. Но в лоб ему уставилось дуло револьвера.

Дверь позади Левелина открылась, и вышла Энн.

– Привет, Николай Васильевич, – сказала она по-русски. – Заходите, пожалуйста. Нам нужно поговорить с вами.

Энн стянула с головы капюшон и тряхнула волосами. У русского отвисла нижняя челюсть. Левелин резко втолкнул его в комнату, втащил туда же бездыханное тело. Саттер закрыл дверь.

Пемброук вгляделся в лицо человека на полу. Нос у того был сломан, челюсть выбита.

– Мне кажется, это Карпенко, начальник здешней службы связи КГБ. – Он взглянул на молодого человека. – Карпенко?

Тот неуверенно кивнул. Его взгляд метнулся в сторону Энн.

– Не бойтесь, – сказала она ему. – Мы вас не тронем. – Энн посмотрела на Пемброука, затем вновь повернулась к русскому. – Все, что нам от вас нужно, это чтобы вы повторили слово в слово то сообщение из Москвы, которое устно передали Андрову.

Николай выпрямился и замотал головой:

– Я ничего не скажу. Можете меня убить.

Энн перевела его слова.

Пемброук достал пистолет с глушителем, взвел курок и прицелился в лицо Карпенко.

– Смерть КГБ! – выкрикнул он сначала по-русски, потом по-английски и трижды выстрелил.

Николай уставился в кровавое месиво, которое образовалось на месте лица Карпенко. Он сильно побледнел, и у него затряслись ноги.

Пемброук перевел дуло пистолета на Николая и произнес по-английски:

– Смерть всем свиньям из КГБ!

Николай отчаянно замотал головой и торопливо сказал по-английски:

– Нет-нет! Я не из КГБ. Я солдат. Я из ГРУ, военная разведка.

Энн положила руку ему на плечо:

– Тебе еще рано умирать, Николай. Клянусь, мы не сделаем тебе ничего плохого, если ты нам поможешь.

Она пристально посмотрела ему в глаза. Он ответил ей взглядом и кивнул.

– Слово в слово, – повторила Энн. – Я сразу пойму, когда ты говоришь правду, а когда врешь. Ну!

Николай монотонно повторил сообщение, которое он уже передал Андрову. Когда он закончил, Энн перевела, чтобы поняли остальные, и обратилась к Пемброуку:

– Итак, это действительно «Молния». И действительно сегодня ночью. Но об этом мы уже знаем. Чего мы не знаем, так это появится ли сегодня третий «Талбот»? Или он уже здесь?

Марк задумчиво посмотрел на Николая.

– Хотя сейчас и не принято убивать гонца, принесшего плохую весть, но…

Энн похлопала Пемброука по руке, сжимавшей пистолет.

– Не надо, Марк. Кроме того, он мне нравится.

Пемброук медленно растянул рот в улыбке и сказал Саттеру:

– Давай его под лестницу.

Саттер достал шприц и стал приближаться к Николаю. Тот отступил.

– Ну-ну, Иван, пора баиньки. Давай ручку.

Энн что-то тихо сказала Николаю по-русски, и он, немного подумав, протянул руку. Саттер вонзил в нее иглу явно с большей силой, чем требовалось. Потом он отвел Николая в кладовку, расположенную под лестницей, и впихнул русского туда. Николай уже начал терять сознание.

Узкая, слабо освещенная лестница вела на небольшую площадку, где была железная дверь. Марк тихо сказал Энн:

– За этой дверью находится чаша Грааля.

– Оставь ее себе, – улыбнулась она. – Мне нужны радиопередатчики. До полуночи я должна успеть поговорить с Вашингтоном и Москвой.

Пемброук посмотрел на часы.

– Посмотрим, что у нас получится.

Левелин уже забрался по лестнице на площадку и обкладывал коробку двери пластиковой взрывчаткой.

– Осторожней со взрывчаткой и оружием, – предупредила Энн. – Не повредите электронику.

– Понятно.

Энн пристально посмотрела в глаза Пемброуку.

– Если в мансарде нам повезет, Марк, то прощу тебя воздержаться от резни. Нам просто нужно будет быстро уйти отсюда.

– А если не повезет? – спросил Пемброук.

– Тогда, как сказал Джордж, мы заберем с собой как можно больше русских.

Марк кивнул.

– А как быть с твоим отцом?

Энн твердо ответила:

– Пусть возвращается в могилу, откуда он и появился.

– А Торп?

– Он мне нужен живым.

– Другие указания?

– Да. Во что бы то ни стало нам надо отыскать третьего «Талбота».

Пемброук кивнул.

– Не сойти мне с этого места, если сегодня русский дом не откроет нам все свои тайны.

Вертолет следовал на юг вдоль береговой линии Лонг-Айленда.

Фарбер крикнул:

– Цель в трех милях! Порывы северного ветра. Скорость девять миль в час на поверхности земли. Здесь – десять-пятнадцать миль. Небольшая облачность. Приближаются дождевые облака. Цель хорошо освещена. Старайтесь не ошибиться и не приземлиться на участке ван Дорна, а то он откроет стрельбу. Строиться!

Гренвил встал и подошел к двери. За ним последовали Стюарт и Коллинз, дальше – Джонсон и Халлис.

Неожиданно свет в салоне погас, горели только огоньки в кабине пилотов. Летчики опустили на окна шторы затемнения и выключили бортовые огни. «Опасное решение», – подумал Гренвил. Будто прочтя его мысли, Фарбер прокричал:

– Не волнуйтесь, ребята! Больше дураков летать в такую ночь на такой высоте нет.

Вертолет прекратил горизонтальный полет и завис в воздухе носом навстречу северному ветру. Машину качало с борта на борт. Парашютисты уцепились за протянутые по верху салона тросы.