Чтение онлайн

Неожиданно Балку пришлось на рефлексах пригнуться для того, чтобы пропустить у себя над головой трость контр-адмирала Руднева, который отчего-то покраснел и вдруг перешел почти на фальцет:

– А больше тебе не хрена не надо? Сидишь тут, окопался в своем депо, по кабакам шляешься... А я не знаю, куда мне бежать! Вторые сутки провожу ночь на телеграфе, ни на секунду не прилег! То Куропаткина убеждаю, что высадка будет и обязательно в Бицзыво. То Макарова, что надо срочно минировать бухту... А тут еще ты... Да если б не эта гадская запара - рвать эту чертову дамбу надо было в марте! ДО того, как японцы по ней перевезли все войска на западное побережье. Но не могу я весь этот воз один тащить, блин! И модернизацию кораблей, и общий ход войны на суше и на море, и крейсерские действия! Все, ВСЕ я один! Ты понимаешь??? Это уже как минимум второй раз, когда я сам усложняю ситуацию! Ну, умный сука этот Того, и гораздо опытнее меня, идиота!! Как его переиграть в одиночку-то?

Балк, поняв, что перегнул палку, принялся как мог успокаивать приятеля. Признаки нервного срыва у того были на лицо.

– Петрович, твоя главная ошибка именно в том, что ты пытаешься все делать сам. Тебе нужны две вещи - сейчас сон, и вечером начать собирать свой штаб.

– У меня нет времени, а ты хочешь, чтобы я его тратил еще и на штабную канитель??

– Ты, Петрович, умный мужик. Но все-таки, ты дурак, - тяжело вздохнул Балк, - правильный штаб - он для того и нужен, чтобы время полководца экономить. Скинь на него всю рутину, те же крейсерские операции - ты их организовал, запустил более-менее работающую систему - все. Ты свое дело сделал, назначь ответственного по поддержанию твоего детища в рабочей форме - и занимайся тем, до чего руки не доходили.

Несколько подуспокоившийся Руднев задумчиво кивнул и, извинившись, продолжил уже ближе к делу.

– Извини, но наболело. Я этим муд... мужикам в Питере, Мукдене и в Порт-Артуре талдычу: японцы высадятся в Бицзыво, примите меры по обороне Цинчжоуского перешейка, заминируйте подходы к нему с моря, установите дополнительную артиллерию на закрытых позициях. А в ответ: "противник так действовать не будет, так как по НАШИМ довоенным планам он действовал не так!"

Это Витгефт. Начальник морского штаба Алексеева. Правда, красава, а!?

Я им: Порт-Артур будут осаждать и штурмовать, ни в коем случае нельзя отдавать порт Дальний, это упростит японцам снабжение, даст подвезти осадные орудия. А они? "Да, не волнуйтесь Вы, Всеволод Федорович, на мои броненосцы они с десантом к Талиевану пусть попробуют сунуться. А бухта у Бидзыво вообще слишком далеко. Нет смысла именно ее минировать, поскольку мин мало. Да и гидрология там вдобавок паршивая - посрывает обязательно часть мин. Увидят - протралят. А если паче чаяния рискнут по примеру той войны опять там десант свозить, то, даже в самом плохом случае армейцы их у Кинчжоу уже подготовленными встретят, мы им не китайцы! Но это вряд ли понадобится: это же не оборудованный порт. Пока свай набьют и причалы наладят, пока высадку начнут - дня три-четыре как минимум, за это время мой комитет по встрече гостей дорогих по-любому к Энтоа успеет! Да и "Ретвизан" через неделю уже готов будет..."

Это Макаров. И что? И сидит он теперь со своими броненосцами в Артуре, как Хоттабыч в бутылке, бороденку рвет, блин. Хоть бы один волосок волшебным оказался! Сплошное расстройство...

Тогда я, понимая, что Дядя Степа конкретно уперся, отчаявшись, телеграфирую напрямую Стесселю. Прошу прикрыть Бидзыво войсками и артиллерией. Он мне - армейские группы численностью до двух рот при двух-трех орудиях размещены равномерно во ВСЕХ угрожаемых пунктах. Усиливать отряд у Бидзыво не видит оснований и не имеет возможностей, блин...

А на следующее утро имею фитиль от Макарова по самое "не балуй" за обращение к крепостному начальству через его голову. С "милостивым государем" и "господином контр-адмиралом"... Короче, я пока в опале. На долго ли, не знаю, говорят, что СОМ отходчив, но все одно хорошего мало. Заложил тут же герр комендант...

Вирениус еще туда же... То идти обратно на Балтику вокруг Африки порывается, то телеграфирует: "Иду во Владивосток через пролив Крузенштерна". Это восточный Цусимский... По прямой! Гибрид самоубийцы с перестраховщиком... Приказы кругом обсуждаются, но никем в чине старше поручика или лейтенанта не выполняются...

– Ну, откуда ИМ знать, что ты прав, а, Петрович? Себя на их место поставь.

Ладно, давай вернемся к нашим баранам. Когда в море?

– Выходим завтра, только "Варяг", а то вдруг драпать от асамоида придется. На это только "Варяг" и "Богатырь" способны, а на "Богатыре" сейчас монтируют новые пушки, неохота его срывать. Да, для всего города - идем на ходовые испытания после переборки машин и отстрел орудий после установки щитов. Систему охраны, как с моря, так и с суши выясним на месте, если таковая вообще есть. Я уже приказал загрузить на "Варяг" три паровых катера, остальные шлюпки снять. За сутки взрывчатку и детонаторы найдешь?

– Найду, у нас этого гуталина... Только мне придется с собой взять десантную роту, что я для бронепоезда отобрал. Если охрана моста все же есть, а она должна быть, не с макаками воюем, то лучше, чтобы они мне спинку прикрыли. Заодно потренируются в "теплично-боевых условиях", а то половина в реальном деле не бывала. "Недотоварищи", понимаешь...

А, вообще-то, Петрович, для подобных дел пора нам правильный спецназ начинать готовить. Чтоб не с кандачка да на "Ура", а по серьезному... Что скажешь?

– Что ты прав. Только хорошо бы этим вопросом было пораньше озаботиться. Как и с дамбой этой, долбанной... В Артуре, когда будешь у Макарова, этот вопрос подними. Письмецо с моим "одобрямс" я тебе выдам. Дальше сам справишься?

– Обижаешь, начальник... Значит, завтра говоришь, уходим?

– Да. Снимаемся за час до рассвета. Так что тебе вместе с воинством быть у катеров минут на сорок пораньше. Только я тебя умоляю - казачков-то ты бери, но без лошадей, пожалуйста, у нас все же крейсер, а не скотный двор или вагон системы "сорок людей или восемь лошадей". Ну, пока...
– Руднев, уже почти не прихрамывая, направился к ожидающему его экипажу, оставив не привыкшего лезть за словом в карман Балка в поисках подходящей ответной реплики.

На свою беду мимо проходил уланский поручик Ржевский, которого Балк, как он говорил Рудневу, "завербовал за одну фамилию". Неосторожно ухмыльнувшись услышанной краем уха шутке контр-адмирала, он навлек на себя грозу со стороны непосредственного начальника, который решил отыграться на нем.

– А чего это вы, разлюбезный мой господин поручик, тут как красна девица лыбитесь? Вам что, делать нечего? Вот и прекрасно, пока я буду на "Варяге" бегать к микадо в гости, вы останетесь здесь, ответственным за здоровье лошадиного поголовья отдельного отряда бронепоездов Русского Императорского флота.

– Товарищ лейтенант, - взмолился было поручик, как и любой молодой офицер, мечтающий о подвигах, но был безжалостно перебит.

– А вот обращение "товарищ" надо еще заслужить! Причем дозволено сие вне службы, не запамятовали часом, а? И право так обращаться к тем, кто был в бою, тоже нужно заслужить. И как мне кажется, в этом походе вам этого сделать не удастся, ибо вы в нем тривиально не поучаствуете! И не надо мне тут сжимать кулачки, помните, чем наша первая встреча кончилась?