Чтение онлайн

«Трудно тебе, Евриклея, проникнуть, хотя и великий

Ум ты имеешь, бессмертных богов сокровенные мысли.

К сыну, однако, с тобою готова идти я; увидеть

Мёртвых хочу и того, кто один всю толпу истребил их».

085 С сими словами она по ступеням пошла, размышляя,

Что ей приличнее: издали ль с ним говорить иль,

приближась,

Голову, руки и плечи его целовать? Перешедши

Двери высокий порог и в палату вступив, Пенелопа

Села там против супруга, в сиянье огня, у противной

09 °Cветлой стены; на другом он конце у колонны, потупив

Очи, сидел, ожидая, какое разумная скажет

Слово супруга, его там своими глазами увидя.

Долго в молчанье сидела она; в ней тревожилось сердце;

То, на него подымая глаза, убеждалась, что вправду

095 Он перед ней; то противное мыслила, в рубище жалком

Видя его. Телемах напоследок воскликнул с досадой:

«Милая мать, что с тобой? Ты в своём ли уме? Для чего же

Так в отдаленье угрюмо сидишь, не подходишь, не хочешь

Слово супругу сказать и его ни о чём не расспросишь?

100 В свете жены не найдётся, способной с такою нелаской,

Так недоверчиво встретить супруга, который, по многих

Бедствиях, к ней через двадцать отсутствия лет возвратился.

Ты же не видишь, не слышишь; ты сердцем

бесчувственней камня».

Сыну царица разумная так, отвечая, сказала:

105 «Сердце, дитя, у меня в несказанном волнении, слова

Я произнесть не могу, никакой мне вопрос не приходит

В ум, и в лицо поглядеть я не смею ему; но, когда он

Подлинно царь Одиссей, возвратившийся в дом свой,

мы способ

Оба имеем надёжный друг другу открыться: свои мы

110 Тайные, людям другим неизвестные знаки имеем».

Кончила. Царь Одиссей, постоянный в бедах, улыбнулся;

К сыну потом обратяся, он бросил крылатое слово:

«Друг, не тревожь понапрасну ты мать и свободную волю

Дай ей меня расспросить. Не замедлит она убедиться

115 В истине; я же в изорванном рубище; трудно в таком ей

Виде меня Одиссеем признать и почтить, как прилично.

Нужно, однако, размыслив, решить нам:

что сделать полезней?

Если когда и один кто убит кем бывает и мало

Близких друзей и родных за убитого мстить остаётся —

120 Всё, избегая беды, покидает отчизну убийца.

Мы ж погубили защитников града, знатнейших и лучших

Юношей в целой Итаке: об этом должны мы подумать».

Так, отвечая, сказал рассудительный сын Одиссеев:

«Всё ты умнее, родитель, придумаешь сам; прославляют

125 Люди твою повсеместно премудрость; с тобою сравниться

Разумом, все говорят, ни один земнородный не может;

Что повелишь, то и будет исполнено; сколько найдётся

Силы во мне, я неробким твоим здесь помощником буду».

Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:

130 «Слушай же; вот что мне кажется самым удобным и лучшим:

Все вы, омывшись, оденьтесь богато, как будто на праздник;

Так же одеться должны и рабыни домашние наши;

С звонкою цитрой в руках песнопевец божественный должен

Весть хоровод, управляя шумящею пляской, чтоб, слыша

135 Струны и пение в доме, соседи и всякий идущий

Мимо по улице думать могли, что пируют здесь свадьбу.

Должно, чтоб в городе слух не прошёл о великом убийстве

Всех женихов многославных до тех пор,

пока не уйдём мы

За город на поле наше, в наш сад плодовитый; там можем

140 Всё на просторе устроить, на помощь призвав олимпийцев».

Кончил. Его повеление было исполнено скоро;

Чисто омывшись, оделись богато, как будто на праздник

Все; хоровод учредили рабыни; певец богоравный,

Цитру настроив глубокую, в них пробудил вожделенье

145 Сладостных песней и стройно-живой хороводныя пляски.

Дом весь от топанья ног их гремел и дрожал, и окружность

Вся оглашалася пением звучным рабов и служанок;

Всякой, по улице шедший, музыку и пение слыша,

Думал: «Решилась свою пировать напоследок царица

15 °Cвадьбу; неверная! Мужа, избранного сердцем, дождаться,

Дом многославный его сохраняя, она не хотела».

Так говорили они, о случившемся в доме не зная.

Тою порой, Одиссея в купальне омыв, Евринома

Тело его благовонным оливным елеем натёрла.

155 Лёгкий надел он хитон и богатой облёкся хламидой.

Дочь же великая Зевса его красотой озарила;

Станом возвысила, сделала тело полней и густыми

Кольцами кудри, как цвет гиацинта, ему закрутила.

Так, серебро облекая сияющим золотом, мастер,

160 Девой Палладой и богом Гефестом наставленный в трудном

Деле своём, чудесами искусства людей изумляет;

Так Одиссея украсила дочь светлоокая Зевса.

Вышед из бани, лицом лучезарный, как бог, возвратился

Он в пировую палату и сел на оставленном стуле

165 Против супруги; глаза на неё устремив, он сказал ей:

«Ты, непонятная! Боги, владыки Олимпа, не женским

Нежноуступчивым сердцем, но жёстким тебя одарили;

В свете жены не найдётся, способной с такою нелаской,

Так недоверчиво встретить супруга, который, по многих

170 Бедствиях, к ней через двадцать отсутствия лет

возвратился.

Слушай же, друг Евриклея; постель приготовь одному мне;

Лягу один я – когда в ней такое железное сердце».

Но Одиссею разумная так отвечала царица:

«Ты, непонятный! Не думай, чтоб я величалась, гордилась

175 Или в чрезмерном была изумлении. Живо я помню

Образ, какой ты имел, в корабле покидая Итаку.

Если ж того он желает, ему, Евриклея, постелю

Ты приготовь; но не в спальне, построенной им; а в другую