Чтение онлайн

— Адрес, адрес, Игорь! — Мы замедлили шаг, сколько было можно.

— Никакого адреса. Поезд остановился в голой степи. Потом на машине повезли меня в горный аул. Там у них миништаб. Командует Умар Гаджиев. Он отвечает за секретную службу. Это все, что мне известно.

— Спасибо, Игорь, искать меня не вздумай. Сама найду, если понадобится. Желаю удачи. — Эту фразу я произнесла шепотом.

Мы прошли мимо часового, которому я лишь подмигнула, что было вполне достаточно для нашего беспрепятственного прохода в широкий коридор. Преградивший было путь охранник, вполне мило улыбнувшись, пропустил нас. У двери кабинета Бадашева я оставила Игоря и прошла к Самому одна.

В этой просторной комнате, где в свое время устраивалась приемная комиссия, сейчас одиноко восседал главарь русских неофашистов. Над головой огромный портрет Адольфа Гитлера. Бадашев чем-то недоволен. Угрюмо смотрит из-под нависших бровей.

— Что за срочность и почему врываешься без предупреждения? — Я, видимо, нарушила течение мыслей фюрера, раз так встретил.

Обычно я заходила к нему, стараясь втереться в доверие, чтобы обсудить вопросы «учебной программы», лишний раз восхититься прекрасной организацией воспитания и тренировок — он обожает это и всякий раз, провожая, говорил: «Заходи, не стесняйся, буду рад тебя увидеть и помочь». Но сейчас попала, как видно, не в ту струю.

— Только вчера случайно узнал, что ты в первый же день отделала моего племянника.

Ах, вот в чем дело!

— Не в день, а в ночь, — поправила я.

— Это неважно. Но было это или нет?

— Было. — Как нашкодившая кошка, я поджала хвост, понурив голову, подошла к нему, бормочу: — Нечаянно попала ему в нос. А он, благородный такой, не пожаловался. Ваше воспитание.

— Конечно, мое, — тотчас смягчился лидер и прямо на глазах расплылся в улыбке: — А за что ты его, ну, по секрету?

— Полез целоваться и так далее, — нехотя призналась я.

— Покажу ему, мерзавцу, как девушек лапать, — взыграло, кажется, чувство ревности, а может, показуха очередная, да черт с ним, лишь бы успокоился. — А тебя хвалю, правильно делаешь, слышал, никого к себе не подпускаешь. Так и действуй. С чем зашла ко мне? — соизволил, наконец, спросить.

— К вам нарочный от каких-то больших людей.

— Плевать я на них хотел. Для меня самый большой авторитет вот, — вскинутой рукой показал на портрет и разрешил — Пусть войдет, посмотрим, что им от меня надо. А ты выйди и подожди, пока освобожусь.

— Бадашев ждет тебя, — пригласила Игоря, а сама вышла за дверь.

Целый час проторчала у кабинета. Наконец Игорь появился в сопровождении хозяина. Даже взглядом не удалось перекинуться, тем более что Бадашев пригласил меня снова войти, пропустив перед собой.

— Переговорили мы тут с послом по особым поручениям, — сострил он. — Дело довольно интересное. Хочу поручить тебе подготовку десятерых мальчиков и пятерых девочек, под руководством инструктора, конечно. Месяц вам на все. Главное — нажать на приемы рукопашного боя. У тебя это хорошо получается. Все, что знаешь, постарайся передать им. Договорились?

— А что потом? — поинтересовалась я.

— Разговор будет особый. А сейчас с дежурства тебя снимаю. Выбери сама кандидатов в свою группу. Я лично буду контролировать тренировки и принимать экзамен ровно через месяц.

Итак, мой, план втереться в доверие к Бадашеву и иже с ним летит в пух и прах. Не знаю, как отнестись к неожиданному предложению, вернее, приказу. Может, это и неплохо, если через месяц получу какое-нибудь задание, связанное с визитом Игоря. Наверняка в самое мафиозное пекло зашлют нас. Скорее всего, для охраны бандитских главарей, замышляющих, конечно, не увеселительную прогулку. Вот только инструктор как шило в одном месте. Привязался, гад, то шепнет мерзкое, то руки распустит, а то промывать мозги начинает. Жмет открытым текстом: мол, мы русские фашисты, у нас будущее, а он видит себя у власти, и кто будет с ним рядом, обретет настоящее счастье. При этом он многозначительно смотрит на меня и, если никого рядом нет, пытается облапить. Но профессионал отменный, надо отдать должное, работает на татами, как бог. Нет у него в центре никого, кто бы мог одолеть его или хотя бы набрать очки на спарринге. Но как преподаватель — дерьмо полное. Не умеет ни объяснить, ни показать, как отработать тот или иной элемент. Ценный боевик, и только. Потому, наверное, и поручил мне Бадашев заниматься с ребятами, зная о его способностях загубить любую учебную программу. Зато контролировать, это пожалуйста. Ходит, как надзиратель, вокруг занимающихся, и все ему не так. И передо мной появляется в самом неожиданном месте. Самодовольно смеется: «Я твоя тень, от меня не скроешься». Ладно, хватит причитать, перебьемся месячишко, а там видно будет. Хорошо бы отыскать Игоря, узнать, о чем говорили в кабинете. Но это очень проблематично, я у всех на виду, скрыться почти невозможно. Да вот он, легок на помине. Направляется прямо ко мне. Что он, спятил!

Проходит мимо, шепчет: «Сейчас уезжаю, встретимся через пять минут в кафе».

А что, это идея. Кафешка работает почти весь день специально для курсантов. Там есть столики, можно забежать, выпить водички и перекинуться двумя-тремя словами.

Когда зашла в кафе, Игорь уже сидел за столиком с бокалом пива.

Я заказала пепси и подсела рядом, спиной к нему. Слышу, шепчет:

— Бадашев согласился прислать спецгруппу в распоряжение Александра Михайловича и Бурова. Это главные заправилы преступным бизнесом. Первый — генеральный директор фирмы по продаже автомобилей, второй — бывший чекист, ныне организующий охрану сильных мира сего. Группа будет выполнять задания, связанные с совершением терактов, заказными убийствами, разборками между отдельными стаями рэкетиров, а также работать в качестве телохранителей. Другая группа, но уже в два раза больше, отправится к чеченцам.

Ничего себе программка. Но уже ради этого стоило здесь побывать. Теперь знаю, за что страдать приходится.

— Спасибо тебе, Игорь, — совсем осмелела я, налаживая чуть слышный диалог. — Теперь в двух словах о себе и что еще знаешь о Генрихе?

Ничего нового Игорь не сообщил, за исключением жалоб на свою неудавшуюся жизнь — словно старец глубокий. Твердил о счастливых днях наших встреч, которые по его вине не переросли у меня в глубокое чувство. Но я интересовалась другим — что случилось с Генрихом. К сожалению, эту информацию он дополнить не мог.

Промелькнувшая за окном тень насторожила меня. Показалось: кто-то подслушивал наш разговор. Но я отогнала от себя подозрение. Слишком неправдоподобным кажется, что за нами могут следить. Нигде и ничем не выдали мы своего знакомства, никто не видел нас вместе и не слышал, о чем мы шептались.

Но я ошибалась.

Игорь вышел первым и направился к проходной, где его уже ждала машина, чтобы отвезти на станцию. Допила и я свой напиток, расплатилась и вышла. Вокруг ни единой души.

Вечерело. Занятия давно завершились, и люди разбрелись на отдых по своим комнатам. Там их встречают члены комитета, теоретики, и проводят беседы-дискуссии о философии национал-патриотизма, иными словами, об идее нацизма, штудируют страницы из «Майн кампф» и геббельсовских «трудов». Где только достали? Слушать их невмоготу. Я выдержала пару раз минут по пятнадцать и под разными предлогами смывалась. Как старшей группы мне дозволялось пропускать иногда эти уроки под предлогом подготовки к следующему дню. Вот и в этот вечер, сказав дежурному, отвечающему за посещение, что получила от самого Бадашева важную «вводную» и не смогу присутствовать на беседе, отправилась погулять по лагерю. Территория огромная. Как удалось отхватить такой кусок, трудно даже представить.

Между тем сумерки медленно опускались на землю. Ускорила шаг, чтобы не только получше размяться после утомительного дня, но и дать волю фантазии. А мне было о чем поразмышлять после посещения Бадашева и встречи с Игорем.

Вижу, вдруг на пути вырисовывается мужская фигура. Кто это может быть в такое время? Подхожу ближе. Да это же главный инструктор Глеб Викторов, которого все зовут Глеб-Виктор. Ох и осточертел он мне своими приставаниями и излияниями! Сейчас опять начнет трепаться, обещать золотые горы, если буду слушаться.

— Привет, красуля, — здоровается, хотя я видела его сегодня не один раз.

— Что это ты торчишь на дороге в такое время? — говорю я, не отвечая на приветствие.

— Тебя жду.

— Зачем понадобилась? Бадашев все сказал о тренировках с новой группой. И тебе, кажется, тоже. Так что бывай, до завтра. — Я повернулась и пошла к общежитию, не вступая с ним в дальнейшие объяснения.

— Напрасно уходишь, есть серьезный разговор.

— Завтра поговорим, — бросила, не обернувшись. Догнал и ухватил за плечо: