Чтение онлайн

— Ты не поверишь, но я соскучился, — ласково произнес брюнет.

Дания не ответила, но робко улыбнулась. Её улыбка, зародила в душе мужчины надежду, что скоро всё будет хорошо.

Хабиб торговал сегодня сам, одна из его работниц не вышла на работу, сказалась больной. Он и сам в последнее время чувствовал себя разбитым, появилась одышка, от некоторых продуктов выворачивало наизнанку. Эти симптомы были уже три дня, и мужчина списал их на банальный гастрит, который мучил его время от времени. Таблетки, которые он пил обычно — не помогали, а тут ещё, как назло одна из продавцов заболела.

К нему подошёл очередной покупатель и попросил взвесить килограмм картофеля. Мужчина пристально посмотрел на продавца, а потом заявил.

— Не надо, я не буду у вас ничего покупать. И вам советую поскорей закрыть свой ларек.

— С чего бы это? — возмущенно произнес продавец.

— У вас, мужчина, на лицо все признаки желтухи. Вы мне сейчас пол города перезаражаете. Поверьте, я знаю о чём речь, больше двадцати лет врачом работаю. У вас лицо, как лимон и глаза такие же жёлтые, — заявил покупатель.

— И что делать? — растерялся Хабиб.

— Закрывать всё и в больницу идти, если обнаружат, что вы тут с таким диагнозом фруктами торгуете… — мужчина развернулся и ушёл.

Хабиб не до конца поверил этому человеку, но всё же предпочёл закрыть ларек от греха подальше. Он не хотя поплёлся в поликлинику и как ни странно, но очереди к инфекционисту совсем не было.

— Вот вам направление и срочно ложитесь в стационар, — решительно заявила женщина после осмотра.

— А дома полечиться нельзя? — нерешительно спросил Хабиб.

— Нет! И чтобы сегодня же в больнице лежали. Это вам не шутки! — доктор слегка повысила голос.

Дания сидела рядом с мужем и смотрела телевизор, когда раздался звонок мобильного телефона.

— Здравствуй, мама.

— Здравствуй, дочка. Твой отец заболел, — голос женщины был грустный.

— А я причём? Заболел, так ему и надо, — в голосе дочери звучала злоба.

— Ты не поняла, он серьезно заболел. Врачи сначала думали, что у него банальная желтуха, а когда сделали всё необходимое обследование оказалось, это цирроз печени. Болезнь протекала скрыто и быстро, у него последняя четвертая стадия. Причём всё так плохо, ему больше полугода не дают, — в голосе женщины слышались слёзы.

— Ну да, ты ещё заплачь по нему. Мало он тебя за косу по полу возил, — сердито сказала Дания.

— Как ты можешь, он же твой отец! — оскорбилась Гулия.

— И что теперь!? Ему меня жалко не было. У меня синяки с лица только сошли.

Дания вспомнила, как зашла в кабинет психолога с синяками на лице, но женщина казалось во все не заметила её «разукрашенного» лица. Дания была очень благодарна этой милой, пожилой даме, она постепенно возрождала её к нормальной жизни.

— Мам, не переживай будет тяжело скажи мне, я думаю Тимур не откажет в помощи, — голос стал ласковым, маму всё-таки было жалко.

— Хорошо, я поняла тебя. Полагаю, ты и в больницу к нему не пойдёшь?

— Не за чем мне. Но можешь от меня «Привет» передать, так и быть.

Дания сидела придавленная новостью, как бы она его не ненавидела, мама права, отец всё же. Девушка тряхнула решительно головой. «Нечего жалеть, одним извергом на земле меньше.»

— Что случилось? — Тимур обнял девушку и понял, что она даже не пытается отстраниться.

— Отец заболел, врачи говорят, самое большое пол года проживет, — с неожиданной для себя грустью промолвила Дания и прижалась к мужу всем телом.

— Зло возвращается злом во много раз сильнее. Тебе его жалко?

— Я и сама не знаю. Не хочу о нём говорить. Обними меня покрепче, я замёрзла, — смущённо произнесла Дания.

Тимур заметил, как покраснели её щёчки и потянул к себе.

— Садись ко мне на колени, — ласково проворковал он.

Тимур обнял её прижимая к своей груди. «Жена, моя жена. Это странно, но я больше не хочу с ней расставаться. Она всегда должна быть рядом. Уже две недели прошло, как она ходит к Людмиле Ивановне. Как хорошо, что мне посоветовали обратиться именно к ней.» Булатов поцеловал девушку в макушку и тихо спросил:

— Дани, ты разрешишь мне один маленький поцелуй?

Она не ответила, но слегка кивнула головой. Сердце пропустило удар и побежало вскачь, когда Тимур приблизил свои губы к её. Сначала это было легкое прикосновение, Дания почувствовала, как снова краснеет, но желание отстраниться, не возникло. Она инстинктивно чуть приоткрыла губы, позволяя большее и удивляясь самой себе. Тимур расценил это как приглашение и углубил поцелуй, пьяная от него и возбуждаясь. Через пару минут брюнет отстранился, тяжело вдохнул и прошептал ей в самые губы:

— Если мы будем продолжать, я могу сорваться, — голос стал чуть хриплым от возбуждения.

— Я пойду поставлю чайник. Ты хочешь чаю, Тимур? — затараторила Дания и поспешила встать, а мужчина не стал её удерживать.

— Хорошая идея, — засмеялся Тимур.

Прошёл месяц, Хабибу становилось хуже, он лежал дома на кровати беспомощный, и пил сильно действующее обезболивающее. Теперь только и оставалось ползать от кухни до кровати, и от кровати до уборной. Он злился, выплескивая всю злобу и желчь на близких. Теперь мужчина понимал, если начать ещё и кулаками махать, то стакан воды некому подать будет. Бизнесом заниматься стало некому и он решил продать свои ларьки.

— Хабиб, зачем продавать, я могла бы делами заниматься, — сказала жена.

— Что ты можешь, глупая курица!? Такая, как ты, только подъезды мести может! Работу ищи, дура! — рявкнул муж.

Гулия не стала спорить, сердито поджав губы, она вышла из комнаты. «А кто последний месяц делами занимался, не я ли? Пусть делает, что хочет. Я и без него справлюсь. Да и зять помочь обещал.» Гулия скрывала от мужа, что Тимур обещал арендовать небольшое помещение под продуктовый магазин, как только узнал о продаже ларьков на рынке. Создать свой бизнес, это была мечта женщины, но если раньше она не могла этого сделать из-за мужа, то теперь всё было реально. «Когда у меня будет своё собственное ИП, ты не посмеешь мне ничего сказать.»

Дания стояла у плиты и жарила оладьи, сзади подошёл муж и обнял.

— Пахнет великолепно. Сегодня идём с твоей мамой помещение смотреть. Хочешь с нами? — Тимур слегка сжал её грудь.

— Даже не верится, что мама на это решилась. Уйди, ты мне мешаешь, — Дания ткнула его вилкой по руке.

Тимур отстранился и заметил:

— Когда это я мешался?

— Ешь и помалкивай, — девушка поставила перед ним тарелку и чашку кофе.

Тимур улыбнулся, в последнее время жена стала совсем смелая и иногда даже пыталась дерзить, что было очень забавно, но вот интимной жизни у них до сих пор не было. Поцелуи стали более страстными, а прикосновения откровенными, но Тимур как будто боялся настоять на большем.