Одна на миллиард
Шрифт:
Старая деревянная балка и соломенная крыша совсем не подходили под ожидаемые очертания армейского лазарета, а осязание уловило целую гамму запахов. Запах на военном космолете – это почти всегда пот вперемешку с унигелем. А тут их бы великое множество. От сводящего с ума аромата свежеиспеченного хлеба и фруктов в вазе на грубо сколоченной тумбе до банального навоза. Красивая светловолосая женщина лет тридцати пяти проводила какой-то ритуал, сопровождая его заговорами на непонятном наречии.
– Что вы делаете? – сумел прошептать Серафим. Все тело было словно чужое.
– Я – Светлена, магистр магии восстановления, жрица света верховная служительница Мары. Это лерийская магия исцеления. Не бойтесь, сир Апраксис. Рана неглубокая, и с ядом мы почти справились. Все будет хорошо. Вы нужны Вирании и клану БезЫмянных. – в голосе женщины тяжелой струной звучала неуверенность или ложь.
Березкин почувствовал это всеми фибрами души.
– Что со мной?… Галлюцинации? Я умер?– Мысль тревога и непонимание рвали душу, Серафим попытался встать, но дикая острая боль пронзила всю левую сторону. Березкин рухнул на соломенную подушку.
– В смерти боли быть не должно— успокаивал себя космоинженер, – просто галлюцинации… я ранен и Аиида ввела панацелин, наверное…
Конец ознакомительного фрагмента.