Чтение онлайн

Краснею еще гуще.

По телевизору всё еще идут праздничные программы, а я замечаю за собой сильные перемены. Мне не страшно! И я не буяню. Словно что-то внутри меня просто успокоилось, и можно по-настоящему кайфовать в приятной компании.

— Эль, а друзей у тебя много? — спрашивает Лука, я ловлю заинтересованный взгляд Амира.

— Нет почти, — пожимаю плечами, — мои родители — известные врачи. Наш круг общения с детства жестко контролировался. С детского сада.

— Такое бывает? — хмыкает Лёня. — Можно тебе лишь посочувствовать, Эль. А я вот из детдома. Нет у меня семьи, кроме этих вот оборванцев.

Он выпивает следующий стакан виски. Странно, они пьют куда больше меня, а ни в одном глазу!

— Это печально, — вздыхаю, — у всех должны быть родители! Несмотря на то, что они у меня строгие, я их очень люблю. Тебе, должно быть, не хватает любви…

Слова вырываются сами. Тут же пугаюсь сказанного и опускаю взгляд. Если ему и нужна любовь, то точно не моя.

— Я бы не отказался, — тянет мужчина, потягивается, демонстрируя красивую татуировку в виде паука на бицепсе.

У Амира тоже есть татуировки. Его мощную шею обвивает китайский змей, а на груди красуется тигр. У обоих мужчин цветные тату. Залипаю.

— Нравятся? — ухмыляется Сабуров.

— Я всю жизнь хотела сделать татуировку, — признаюсь, — но родители от меня бы отказались тогда… они считают это уродством. Рабским клеймом.

— Настоящие клейма у всех тут, — Лука показывает на свою голову, — а татуировки — это круто.

— Что же сам не сделал? — хмыкает Амир.

— А вдруг потом передумаю? — ухмыляется его друг. — А еще я боли боюсь. У меня низкий болевой порог, так что…

Внезапно праздничная программа по телевизору прерывается. Появляется президент, и мы слушаем, как было тяжело в этом году, и что будет тяжелее… в общем, ничего нового.

Я лопаю вкусные салатики, наслаждаюсь обществом горячих мужчин, которые пока не предпринимают никаких действий в отношении меня. Наверняка я себе просто напридумывала и вообще не в их вкусе.

Бьют куранты.

И с каждым ударом я понимаю, что какая-то часть меня безвозвратно утеряна. Такая простая радость, как празднование Нового года, вдруг становится невероятно важной для простой девчонки Эльмиры…

— УРА! — мужчины поднимают бокалы, я следую за ними.

— УРААА! — улыбаюсь, затем залпом выпиваю новую порцию виски. — С Новым годом!

— Кто что загадал? — весело спрашиваю. — Я вот новую жизнь хочу. И стать свободной…

Мужчины коварно улыбаются.

Играет веселая музыка, Амир встает и протягивает мне руку.

— Потанцуем? — хрипло спрашивает, а я теряюсь в его взгляде.

Тёмном, голодном. Но какая-то часть меня до сих пор не верит, что такой мужчина может захотеть дурочку типа меня.

Возможно, это моя новая опора.

Смело вкладываю руку в его ладонь. Пошатываюсь, чуть не лечу носом прямо в стол.

— Опа! — Амир ловко меня ловит и прижимает к себе.

Такой горячий! Сильный и властный Дед Мороз. Завожусь с пол-оборота. Мужчина кладет ладони на мою талию, слегка сжимает. Жестко впечатывает меня в себя. Мы начинаем танцевать, остальные же о чем-то оживленно беседуют.

— Ты вся горишь, малышка, — хрипло шепчет, его руки съезжают на мою попу, — перевозбудилась?

— С чего вы взяли, Амир? — прячу взгляд, стесняюсь его обнять.

— Руки мне на плечи положи, — приказывает.

Покорно обвиваю его сильную шею. Не могу понять, что со мной такое! Я вся словно пылаю изнутри! Одежда кажется невыносимо тяжелой, будто из свинца. Этот мужчина давит одним своим присутствием.

— Ну так… — он едва заметно сжимает мои ягодицы, — Эля. На чём мы с тобой остановились?

И взглядом прожигает. Я вот-вот без чувств свалюсь. Что-то подобное я лишь раз в жизни испытывала. Когда только познакомилась с Ринатом. Вернее, нас родители мои познакомили.

Он не проявлял особого интереса ко мне на том ужине. А на следующий день вдруг приехал в университет с букетом роз.

Но сейчас всё намного сильнее. Тогда я волновалась, но не так… те чувства — лишь тень того, что испытываю сейчас.

Дыхание рвётся на части. Внутренности скручиваются, меня тошнит от нервов.

— А на чем мы остановились? — несу чепуху, лишь бы не сгореть со стыда.

Он ведь наверняка всё видит. И ест таких девственниц на завтрак.

— Ты спросила, кто какое желание загадал. Как думаешь, Дед Мороз исполнит моё? — рычит мужчина, поглаживая мою попу и сводя меня с ума.

— Н… не знаю… смотря, что вы загадали… ммм, — зажмуриваюсь, наслаждаясь властными, но ласковыми касаниями.

Он словно почву прощупывает. А я ведь уже на всё готова… пьяненькая, возбужденная. Однако Сабуров явно хочет чего-то еще…

— Что я загадал? — ухмыляется. — А ты не знаешь? Даже не догадываешься?

Его дыхание опаляет жаром. Я задыхаюсь. Наши глаза встречаются. Руки Сабурова уже под моим свитером. Мужчина крепко прижимает меня к себе, затем почти касается губ.

— Я загадал тебя…

Амир

Никогда прежде я не чувствовал себя так. За свои тридцать шесть лет думал, что испытал всё. Были разные женщины: кроткие, шикарные, вызывающие, хитрые и нежные…

Но ни с одной я не испытывал столько эмоций одновременно. Может, глупое сравнение, но они были все словно искусственные ёлки. Красивые и яркие, но без запаха. Не живые.

Или я не желал их раскрывать.

А сейчас, стоя в центре своего кабинета и обнимая трепещущее тельце Эли, чувствую, что ко мне словно возвращается юношеский задор.

— Амир, — она облизывает алые губы, испуганно смотрит.

А я знаю, что не отпущу.

Даже если будет вырываться. Я сорву этот бутон сегодня.

Бросаю суровый взгляд на мужиков. Лёня встаёт, тянет Луку за собой. Эля вся уже поглощена моими действиями. Продолжаю гладить ровную спинку, кайфуя от ощущения нежной кожи под пальцами.

— Что вы делаете? — хихикает.

— На «ты», — рычу, чувствуя, как всё моё нутро жаждет заполучить себе этого ангела, — прекрати выкать, моя девочка.