Одна на троих. Девочка боссов-морозов
Шрифт:
Потом Лёня перехватывает и крепко прижимает меня к себе. Лука пританцовывает, затем впивается в мои губы.
— Но кто отец? — хмурится Сабуров.
— Это мы узнаем после рождения, — качает головой Лёня, — но в любом случае до этого нужно что-то сделать, чтобы малыш не родился без официального брака.
— Амир, — тихо говорю, — ты мог бы стать моим мужем.
— А кольцо где? — прищуривается мужчина.
Пучу на него глаза несколько секунд, пока не понимаю, что это всё шутка.
— Опять он! — фыркает Лука. — А маме я что скажу?
— Скажешь, что лучший друг увел у тебя женщину, — смеется Лёня, — а она тебя по головке погладит и пожалеет.
— Иди ты! — рычит Чернов.
— Не обижайтесь, пожалуйста, — опускаю взгляд, — просто после рождения малыша мы всё скорректируем. Ведь так?
— А если это мой ребенок, то всё вдвойне справедливо, — Амир нежно меня обнимает, — о, Мишаня звонит!
— Вы точно не злитесь? — осторожно спрашиваю остальных.
— Немного. Но ты права, сейчас тебе как никогда нужна надежность. Пусть Амир, мы всё равно воспринимаем друг друга как равных. А тебя, как нашу женщину, — спокойно говорит Лёня, — какие обиды? Просто мы так сильно тебя любим, что каждый хочет забрать своего ангела…
— Я вся ваша, — улыбаюсь.
— Так! Мишаня готов, сейчас едем смотреть дом. На него там есть кандидат! — говорит Сабуров, а внутри меня всё леденеет.
Я как увидела этот домик, пропала сразу. Если вживую он такой же… страшно представить, что его заберет кто-то другой!
— Поехали! — бегу за сумочкой. — Мы должны успеть!
Быстро доезжаем до нужного поселка. Вокруг всё покрывает свежий снег. Охрана пропускает нас после предъявления документов.
И когда Амир останавливается рядом с домом, я понимаю, что мы просто обязаны его получить.
— Уже смотрят, — произносит риэлтор, который сидит на заднем сиденье.
— Тогда пошли им глаза выдавим, — скалится Амир, — Эля, ты его хочешь?
— Да! — киваю, выскакиваю на улицу.
Мы быстро проходим через высокую железную калитку. Дом безумно красивый! С большой территорией, местом для мангала. Двумя беседками и даже небольшой детской площадкой.
— Ну, если вас всё устраивает, мы можем подписать бумаги, — щебечет выходящая из дома девушка, и внутри меня что-то обрывается.
— Не успели… — выдыхаю.
И тут, как гром среди ясного неба, меня поражает новый шок.
— Ринат? — вижу своего бывшего, следующего за риэлтором.
— Вы знакомы? — спрашивает Миша.
— Да… — сглатываю, пристально гляжу на того, кто предал меня ради сестры.
А потом расстался с ней, якобы из-за меня же.
— Эля, — выдыхает он.
— Ты купил этот дом? — смотрю прямо в его глаза.
Мои мужчины придают мне смелости. Я хочу бороться за своё! А этот домик стал моим еще там, в квартире Леонида.
— Ну, — мнется Ринат, — типа да…
— Отдай его мне, — тихо, но требовательно прошу.
— Что? — обалдевают все присутствующие.
— Девушка, что вы себе… — начинает риэлторша, но Ринат ее останавливает.
— Ты изменилась. Месяц прошел, а моя мелкая серая мышка стала красивой уверенной девушкой. Из-за него всё? — он взглядом показывает на Амира.
— Из-за них, — твёрдо говорю, — зачем тебе этот дом? Он большой для тебя одного. Детей тебе Карина не подарит, вы же расстались. И тут детская площадка есть… зачем?
— Я хотел найти тебя, вымолить прощение и подарить этот дом, — горько произносит бывший, — но ты сама его нашла. Так что… простите, Анна, но сделки не будет.
— Правильное решение, — сухо чеканит Амир, — достойное мужчины.
— Я упал ниже некуда, — вздыхает Ринат, — прости меня, Эля. Я был идиотом… надеюсь, когда-нибудь ты сможешь простить.
— Я не злюсь на тебя, Ринат, — вздыхаю, — благодаря твоему поступку я встретила свою любовь. Для меня это самое главное. А прошлое пусть останется в прошлом. Надеюсь, ты встретишь ту самую и никому не позволишь вас разлучить…
Мы покупаем этот чудесный дом. А Ринат уезжает. Больше мы с ним не пересечемся. Надеюсь, он сможет себя простить.
А я буду счастливой беременной невестой троих мужчин. Плевать на штамп, я люблю их всех.
Моих боссов-морозов.
Эпилог
Эля
Восемь месяцев спустя…
— Вот, милая, скушай еще пирожка. Моему внучку нужно хорошо питаться, — щебечет Ирина Викторовна, мама Луки, — сын-то мой, небось, опустошает ваш холодильник.
— Мам! — хмурится Лука. — Ты чего?
— А что? — вздёргивает подбородок. — Я знаю, какой ты троглодит.
Прыскаю.
Несколько дней назад мы сделали тест ДНК. Я жду от Луки мальчика. И уже ношу красивое обручальное колечко.
— Я не троглодит, — мужчина обнимает меня, — это ангел наш любит вкусно покушать.
— Да, я стала много есть, — густо краснею.
— Ничего, малышу нужно питаться, — Ирина Викторовна садится на стул, — ох, ноги болят у меня.
— Давайте я чай доделаю! — встаю, но женщина жестом сажает меня обратно.
— Пусть он вот сделает. А то сидит да ест. Давай, сынок, чаю для женщин своих завари.
Лука встает и идет к чайнику. Остальных мужчин Ирина Викторовна подрядила помочь ей с некоторыми бытовыми вопросами.
— Ты молодец, Эля, — смеется, — иная-то девушка и одного удержать не может. Ты троих себе отхватила. Они тебя на руках носят.
— Просто я их очень люблю.
— Хорошо, что вы живете в свободное время, милая. В моё вот по вам бы жестоко поездили…
Она права. Сейчас мы живем в собственном домике, и мало кому есть дело до нашей нетрадиционной семьи.
Ирина Викторовна приняла наши отношения и очень помогла мне во время беременности. Малыш оказался от ее сына, что вдвойне порадовало.
— Родители твои не объявлялись? — качает головой.
— Нет…
— Надо же, какие, — фыркает Ирина Викторовна, — родная дочь ждет малыша. Хоть бы позвонили, поинтересовались…
— Я — невыгодная инвестиция, — горько улыбаюсь, — но пусть так и будет.
— Согласна. Ты не грустишь? — спрашивает она.
— Нет. Мне некогда. Первый триместр я погибала над унитазом, а теперь мне просто тяжко, — смеюсь.