Одна среди людей
Шрифт:
Это произошло не нарочно. Не то чтобы я специально искал взгляд этого человека, к которому, кстати, отношусь с уважением, но вышло так, что, повернувшись лицом к подчиненным, он посмотрел на меня.
Дмитрий Михайлович, так величают директора компании, личность интересная. Обладая мягким стилем руководства, который иногда отливал сталью, он заслужил уважение в коллективе. Кто-то назовет это страхом, но мне кажется, что директора именно уважали, и прежде всего – за профессионализм. Добиться роста бизнеса в несколько раз за десять лет и продолжать умело руководить предприятием сможет далеко не каждый. Естественно, бизнес-образования, как и у любого рожденного в СССР, у Дмитрия Михайловича не было, но и в новых условиях получать его он не торопился, что говорило о природном чутье и прозорливом уме, который и позволял вести компанию к новым высотам. Криков, истерик, матов и прочих прелестей директор народу не демонстрировал. Порой люди, покидая его кабинет, выходили мертвенно-бледными, порой красными как раки, но всегда молчаливыми и задумчивыми. Кто-то потом увольнялся, кто-то шел на повышение, кто-то просто работал как прежде. Мне ни разу не доводилось бывать в его кабинете на разборке за все семь лет, что я здесь работал. Правда, Дмитрий Михайлович был среди тех, кто проводил со мной собеседование при трудоустройстве – тогда компания была не столь большой, и директор мог себе позволить беседовать с каждым кандидатом на должность в своей конторе.
Мой первый день в офисе начался с его дружелюбной улыбки, позже лексикон расширился до «Здравствуйте», а сегодня директор открыл самые потаенные уголки своей темной души. Единственное, что я знал о нем до этого взгляда, – он и Сергей были знакомы еще до основания компании, и что он женат.
Вначале Дмитрий Михайлович предстал передо мной совсем пацаном. Но я легко узнал его. На лице волнение и тревога. Он, нервничая, мерил шагами проход под аркой и то и дело боязливо оглядывался по сторонам из-под нахлобученной кепки. Взгляд у него был настороженный.
Что дальше?
События развивались быстро. На сцене появился старый знакомый Сергей. Да, именно он! Материализовался и сразу взялся за дело. Я видел то, что уже читал во взгляде Сергея – обмен документов с дискетой на деньги.
Вот это новость!
Все исчезло, и вновь Дмитрий появился один. Он сидел в своем старом кабинете. Быстро сняв обручальное кольцо с пальца, он опрыскал себя туалетной водой и застыл в ожидании. Дальше повторяется сцена, свидетелем которой я был, заглянув в глаза Марины. Получается, раньше директор всегда снимал кольцо, когда приходил на работу…
Одно разочарование. Я уныло отвел глаза. Пустой и вовсе неинтересный этот Дмитрий Михайлович.
Как бы проверить, вижу ли я правду или нет?
Вырваться из паутины неопределенности мне помог Маринин голос – она держала ответную речь. Смотреть на нее я уже не боялся.
– Дмитрий Михайлович, спасибо за теплые слова, спасибо всем за ваши пожелания. Сегодня я поняла, насколько мы действительно сроднились, превратившись в единую семью. Мне очень тяжело расставаться с вами всеми, с компанией, ведь я здесь уже десять лет и, конечно, привыкла ко всем… Мне нелегко далось решение об уходе, но жизнь есть жизнь. Десять лет большой срок, и нужно двигаться дальше. У каждого из нас свой путь… – Марина еле сдерживала слезы, должно быть компания и вправду стала для нее подобием семьи. – Но на произвол судьбы я вас не бросаю, не думайте, – тут легкая улыбка заиграла на ее губах, а кто-то из толпы начал аплодировать, и постепенно все подхватили. Я тоже присоединился к аплодисментам, глядя Марине в глаза. В ее взгляде читались ссоры с матерью, хлопанье дверьми, истерики, ложь, зависть, но в целом Марина показалась мне вполне безобидной. Между тем аплодисменты стали стихать, и она продолжала: – Друзья, спасибо огромное, просто… – кто-то из коллег дал ей бумажный платочек, и она утерла слезу.
Дмитрий Михайлович тоже раскраснелся, немного растерявшись – он не ожидал таких эмоций от Марины, видимо, боялся проявить несдержанность и выйти за рамки поведения «настоящего босса». Справившись со слезой, Марина набрала в грудь воздух:
– Я нашла себе замену.
– Ты незаменима! – выкрикнул кто-то из толпы.
– Это прекрасная девушка, надеюсь, вы ее хорошо примите, она мне очень понравилась. У нее потрясающий опыт работы. Она жила в США, Европе, Сингапуре, занималась маркетингом и добилась потрясающих результатов. Думаю, она вам понравится.
– Иностранка? – поинтересовался тот же голос.
– Нет, – вставил Дмитрий Михайлович. – Ее зовут Софья, она большой профессионал и, надеюсь, станет вам хорошим товарищем.
Наступило неловкое молчание, и директор попросил еще раз поаплодировать Марине. Этим все и закончилось. Кто хотел, остался общаться в неформальной обстановке, а я пошел работать.
Глава 5
Пятница. Конец рабочей недели. Я остался один. Тишину нарушало лишь жужжание компьютера и шорох вентилятора. Окна были плотно закрыты. В пять часов и даже чуть раньше офис начал пустеть. Я махнул рукой Марине, но, кажется, она не заметила. Мне было все равно.
Зеркало, если посмотреться в него, как и утром, отражало лишь яркий свет. И не только зеркало. Глянцевая матрица монитора вторила ему, нагло взирая на меня черным прямоугольником. Я уже не работал – просто сидел, откинувшись в кресло. Белый потолок расчертили тени и лучи заходящего солнца.
Люди шли развлекаться – клубы, рестораны, вечеринки, тусовки. Хотя вечер пятницы – то время, когда сложно найти свободное место в кафе, чтобы пропустить стаканчик пива.
Марина забронировала ресторан заранее, после наверняка будет дискотека с живой музыкой. Нет, меня не звали. Специально никто не подходил, но Марина громко объявила, что пойти в ресторан может любой желающий. А я не желал. Я хотел доделать задачу и перейти к самоанализу и самосозерцанию. Помню, Юра косо посмотрел в мою сторону, когда уходил. Жаль, не могу читать мысли.
В душе стоял холод одиночества, и вряд ли кто-то или что-то могло в этот миг меня согреть. Кругом были предатели, лжецы, изменники и завистники. Не к кому подойти, рассказать о том, что на душе. Никто не подойдет и не скажет: «Даниил, ты так смотришь, будто что-то увидел во мне. Не хочешь рассказать?» А я бы не захотел. Я бы отвернулся, удивился еще раз своей странной безгрешности и отошел подальше от любопытного, но внутренне чужого мне человека.
Безгрешность… Одно лишь это слово успокаивало и расслабляло. Ни страхов, ни тревог. Пусть я сумасшедший, только вот все окружающие в этот миг представлялись мне циничными обманщиками.
Воображение не имеет границ. Этим оно и прекрасно, и ужасно. И если все, что я узнал о людях, заглянув им в глаза, только мои фантазии, то страшно интересно, куда эти грезы наяву могут меня в итоге завести. Так что там натворили эти Юры, Дмитрии Михайловичи и Марины?..
Размышления мои резко оборвал звонок телефона. Звонил Леха. Не может быть!
Я замер в нерешительности. Передо мной встала Лехина физиономия – раскрасневшиеся щеки, нахмуренный взгляд, слегка вспотевший лоб и зажатый телефон в маленькой пухлой ручонке. Вот его глаза забегали от ожидания, губы сжались, выдавая раздражение. Еще немного, и он процедит сквозь зубы «С*ка!» и отрубит вызов. Но нет, такого подарка от меня он не дождется.
– Привет! – нехотя отозвался я.
– Здорово, – злобно рявкнул Леха. – Ты куда пропал? Почему не позвонил?! Что за выкрутасы?!
– Не ори на меня! – я огрызнулся. – Сам смылся! А цеплять первых встречных накрашенных телок – дурной тон!
Дальше последовала нецензурная перебранка, суть которой свелась к тому, что хоть каждый считал другого порядочным уродом, стоило вдарить по пивку…
Мой план был прост – проверить на Лехе свои новые способности. Вот только почему он хотел встретиться со мной, было загадкой. Однако, положа руку на сердце, разгадывать ее совсем не хотелось.
Леха – идеальный вариант для проведения опыта. Не пойду же як Дмитрию Михайловичу с вопросом: «А это правда, что вы и Марина были любовниками?» Или можно еще такой задать, предварительно изрядно напившись для храбрости: «Дмитрий Михайлович, а ведь вы – преступник. Вы в курсе того, что Сергей продал вам разработки, проходившие под грифом „Сов. Секретно"?»
С такими вопросами надолго в компании я не задержусь. А с Лехой все просто. Даже если он сильно обидится, и черт с ним! Невелика потеря. Прокручивая в голове подобные мысли, я быстро собрался, оформил «подарок» Юре к утру понедельника, чтобы тот не расслаблялся, и, довольный собой, отправился в «тошниловку».