Чтение онлайн

– От меня, к сожалению, ничего не зависит. В лаборатории вечная проблема с техникой. Ну не хочет Ваша местная электроника взаимодействовать с моим мозгом. То ли панически меня боится, то ли вообще не способна к пониманию, но сегодня, например, разрушились сразу два блока призм. Как дальше быть не знаю, честно. Мы же наездами здесь, хочется успеть как можно больше, но, увы, пока не получается.

– Знаю о твоих проблемах, Тони, - старик усмехнулся. – Ты сегодня вновь сумел сломать несломаемое. Это ведь не в первый раз, ведь так? Пора уже привыкнуть и не переживать.

– Уважаемый, вот не думал, что Вы каждый раз будете упоминать ту бедную скалу. Ну да, поэксперементировали неудачно, но Вы же сами нам простили все шалости.

– Это так, малыш. Прости, ты очень напоминаешь моего среднего внука. Такой же раздо… Ладно, опустим. По поводу призм мне сообщили, потому что это редкий блок. Таких в запасе на нашей планете всего пара десятков. Что бы изготовить подобные – требуется огромное колличество времени и труд многих сотен человек. Я даже не упоминаю о других затратах.

– Старейшина, я же его не специально сломал, превратив в пыль. Если серьёзно, могу предложить два варианта. Или Ваша техника ВООБЩЕ не способна измерить мои параметры или аппаратура изначально настроена неверно. Техническая служба привыкла действовать по шаблону, а он, как мне кажется, давным-давно устарел и годен лишь для отправки на помойку. Есть множественные подтверждения именно второму варианту.

– Не понял, Тони. Что значит «устарел шаблон»? Подразумеваешь диагностический комплекс?

– Именно, уважаемый. Появились некоторые факты, что ментальная волна, на которой говорит население планет, скажем так, вариатативна.

Старик замер. Улыбка медленно сползла с его лица и сейчас трое молодых людей увидели за маской доброжелательности человека, которого многие попросту панически боялись.

– Говоришь, есть достоверные подтверждения? – Старейшина, не отрываясь, смотрел в глаза Антону, при этом спрашивая спокойным ровным голосом.

– Есть. Но, даже услышав Ваши слова о защищённой линии, не хотелось говорить обо всём вслух.

– Я понял. – Старейшина глянул куда-то в сторону. Скорее всего, кто-то, невидимый для трёх людей, находился в тот момент в резиденции Главы. Видимо услышав ожидаемый ответ, старик вновь повернулся к визору. – Простите за заминку. Я так понял, Вы у себя дома? Не будете возражать, если через некоторое время подъеду? Меня очень заинтересовала информация. Считаю, с разговором тянуть не следует.

– Как пожелаете, уважаемый. Только заранее просим прощения – угостить Вас местными кулинарными изысками не способны. Мы люди простые, привыкли, знаете, к тем продуктам, что у Вас предназначены для корма скота. Если есть желание узнать, как мы готовим, милости просим, угостим. Жареная на сале картошка с котлетками. В придачу маринованные помидоры и корнишоны.

Старик захохотал.

– Принимаю, один-один. Так и не можете простить, как Вас ославили на весь мир за поедание земляных яблок? Что ж, не откажусь, готовьте и на меня. Вы так расписали, что захотелось попробовать иноземной еды. Будет на столе ещё что-нибудь? Или нет?

– Как не быть?
– Антон, переглянувшись с сестрой, засмеялся. – Есть у нас ма-а-аленький такой сюрприз. Лежит в холодильнике, ждёт своего часа. Думал, раскроем, когда случится прорыв в лаборатории, но, похоже, если удасться провезти контрабандой ещё одну бутылку, замену сохраним для чествования победителей в исследованиях.

– Контрабанда? А, ну да. У Вас же свой канал. Без таможенников и досмотра личных вещей. Что ж, придётся дать распоряжение, что бы и туда поставить пару знающих и любопытных человек.

– Что ж, ставьте, если не жалко. Боюсь, правда, придётся вскоре их списывать как профнепригодных, ежели те начнут дегустировать ту самую малость, что мы привозим для себя из дома. В таком случае и Вам не сможем делать подарки к праздникам. Как тортик к Новому году?

– Уникальное сочетание мороженого и фруктов. Примите мою благодарность за столь изысканный подарок.

– Так я о чём и говорил. – Антон с сестрой улыбалаись.

– Хорошо, переговорим при встрече, а пока предстоит доделать кучу дел. – Старик поднял руку в прощальном жесте и экран погас…

– - -

– Старику торт-мороженое понравилось, это плюс к нашей карме. Мара, а твои как отреагировали?

– Жаль сама не видела, - девушка застенчиво улыбнулась. – Сестрёнки сказали, что дома чуть драка не началась – всем казалось, что на тарелке соседа кусок больше чем у него. Вылизали всё до блеска. Потом ходили по дому грустные, что вкуснятина так неожиданно быстро закончилась.

– Ну и хорошо, что понравилось. Мара, захочешь сделать прятное своим – скажи, купим, не проблема… Так, девочки. Прошу мне помочь – готовить буду сам, не бойтесь, не запрягу, но к приходу старика надо тщательно подготовиться. Он у нас в гостях ещё ни разу не был.

– Может мне уйти на время визита Старейшины? – раздался тихий голос Мары.

Антон непонимающе посмотрел на девушку.

– Не понял? Ты что, его боишься?

– Очень боюсь. Его все боятся, просто вида не подают. Он… очень жестокий человек. Властный, не терпит споров… Хотя и справедливый, этого не отнять.

Антон хмыкнул.

– Так чего тебе бояться? Ты перед ним ни в чём не провинилась. Работаешь на своём месте честно. Не прогуливаешь, если только стала, как мне шепнули на ухо, слишком придирчивой к курсантам. Тебя, между прочим, тоже боятся. Не знала? Смотри, сестрёнка, как Маруська покраснела. Я, милая, правду говорю. Тебе никто не шепнул на ушко, что перед каждым зачётом по предметам, что ты ведёшь, весь курс организованно идёт в храм и подносит щедрые дары Создателю? Каждые два месяца центральный Храм делает план на благовониях и талисманах на удачу только за счёт курсантов. Ближе надо быть к людям, милая, тогда и к тебе потянутся. Искренне, а не из-под палки или из-за страха, что попадут на пересдачу, а то и на исключение. Кстати, только сейчас пришло понимание, почему Ваш главный Настоятель взял на себя руководство подготовки и проведения предстоящего свадебного обряда.

Мара широко раскрыла глаза, в изумлении смотря то на серьёзного Антона, на хихикающую Арину.

– Тош. Ты сейчас говоришь серьёзно? – в голосе девушки появилась нервная дрожь. – Я никого из курсантов не унижаю. У меня нет любимчиков, ко всем отношусь ровно. Что, в самом деле боятся?

– Да. Панически. Знаешь, как тебя называют? «Полковник Ледяная скала». Хотя, как по мне, ни один из твоих подопечных, если идти на принцип при сдаче зачёта по психологии, его сдать не должен, потому что за ширмой строго преподавателя скрывается совсем другая натура – нежная, трепетная и ранимая. Дураки они все, твои курсанты.