Чтение онлайн

– Расскажите лучше, что там говорят о маньяке? Какие новости?

– А что говорят? Псих, говорят, извращенец. Двух девчонок убил. Город напуган до маразма. Мамки дочерей дома держат. Хотя и я, например, не стремлюсь по ночам шастать от греха подальше. Правда, страшно. Свету ведь в закрытом гробу хоронили. Про вторую ничего не скажу, не знаю, на похоронах не была, да и не интересовалась. А вот Света из головы не выходит, снится мне даже, девочки. Страшно.

Розка зашмыгала носом, мы к ней присоединились и уже спустя три минуты сидели обнявшись и выли в три горла. Но слезы не приносили никакого облегчения. Только пустоту.

Уже перед уходом Машка сказала:

–У Влада тоже от этих дел сплошные неприятности. В клуб никто не хочет идти. Люди увольняются. Ладно, одна жертва, случайность. А две подряд, связанные с «Истиной»,– это уже закономерность. Полиция его затаскала, пресса тоже в покое не оставляет. Хотя он-то при чем? Он со мной в этот вечер был, алиби у него сто процентов. Только толку от этого? Все равно клюют. Влад охрану усилил, камеры дополнительные поставил. Таксистов всех у входа фиксируют. Полный контроль. Только вот толку от этих камер? Ну вот есть номер машины, и что? Девочки сами к нему садились, и ни у кого вопросов никаких не возникло. Хотя что я тебе рассказываю. Ты была там… – Машка осеклась, а вот я сильно призадумалась.

– Да, ты права. Странно все это.

Я проводила девочек, закрыла за ними дверь. И уселась на диван.

Голова гудела, но сквозь этот пчелиный гомон я слышала, как начинает работать мой мозг.

Все ниточки ведут в «Истину». Чую, неспроста это.

Думала я, думала, а потом полезла в интернет.

Мне необходимо было посмотреть информацию на Макса Ершова. И на Влада с его «Истиной». Сейчас все что хочешь можно найти в сети. Что-что, а информацию я обрабатывать и собирать умею. Даже с больной головой.

Нашла страничку старого друга и написала, что очень нуждаюсь во встрече и в разговоре по душам – о том, что со мной произошло. На удивление, Макс почти сразу ответил, и мы договорились, что он нанесет мне утром визит.

Затем я залезла на страничку Светки и принялась внимательно разглядывать. Я не только изучила всех ее друзей, но и отправила по меньшей мере пятнадцать сообщений примерно одинакового содержания. Мне хотелось получить дополнительную информацию о подруге, найти какую-нибудь зацепочку. Я писала ее коллегам и тем, кого никогда не знала лично. Просила найти время и поговорить со мной о том, что случилось. Писала о том, как это значимо для меня, и что любая информация может помочь быстрее отыскать убийцу. Несколько человек ответили сразу, что ничем не могут помочь, потому что не общались с моей подругой или не знают ничего такого, что могло бы меня заинтересовать. Многие сообщения остались непрочитанными.

Остаток вечера я провела, собирая информацию на Влада Крутова. Он был известным человеком в нашем городе, как оказалось. Круче только горы. Его достаток исчислялся в миллионах, собственно, как и его романы. Он слыл знатным бабником, и от этого мне стало еще более тревожно. С этим ощущением я переместилась в спальню, где и уснула под тяжестью своих мыслей и опасений за Машку.

Утром ко мне приехал Максим Ершов. Мы поздоровались, как старые приятели, ведь и правда когда-то дружили. Даже обнялись неловко. Пахло от него вкусно, чем-то свежим и в то же время очень мужественным.

Если совсем честно, то было время, когда мы с ним встречались. Не очень долго. Дальше объятий и поцелуев дело не зашло – быстро поняли, что наш союз замешан на золотых мозгах и интересных разговорах. А вот с остальным у нас были явные проблемы. Ему хотелось более веселых и глупых девчонок, а мне – спокойно учиться, не отвлекаясь на лишнюю нервотрепку. Отношения требовали слишком больших временных затрат и полного погружения. А мне хотелось читать книги и смотреть фильмы, и чтобы мозг никто не трогал своими претензиями. Мама уже тогда меня затошнила идеями про мужа и семью. Разговоров о любви мне хватало и без нее.

Разбежались мы мирно, что, конечно же, сегодня вышло мне в плюс. Когда-то мы договорились с ним остаться друзьями, но на практике получилось не очень. То есть вчера я написала ему впервые за все время, и сегодня вот мы встретились. А говорят, у нас маленький город. Я с удовольствием рассматривала Максима. Девчонки были правы, пацан оперился и возмужал: широкие плечи, шея в две ладони, вены красиво выступают на ней. Мужественный подбородок с намеком на щетину. Когда мы встречались, на его лице торчали редкие рыжие усики. Я улыбнулась.

– Привет. Чего кривишься? – с порога спросил Макс. Он тоже меня внимательно разглядывал. И улыбался. – Выглядишь не очень, хотя это и понятно, хорошо хоть вообще жива. А что с лицом? Чего оно у тебя одностороннее? В смысле, почему улыбка такая кривая? Это навсегда? Врачи что-то говорят? И стрижка, конечно… Ты напоминаешь тифозного мальчика. Но шрам зарастет, ничего. А так, жутко, конечно. Один нос и глаза остались. А какие шикарные у тебя были косы… вот правда, шел бы по улице и не узнал. Похудела сильно.

– А ты не отличаешься галантностью, да? – только и смогла сказать я после потока его комплементов, даже не стараясь вникнуть в суть.

Макс смутился. А я не думала обижаться, потому что точно знала – молчать он не умел. И всегда из-за испытывал большие проблемы с коммуникацией. Пару раз даже нос ему ломали.

– Ладно, проходи, садись, – впустила я его на кухню. – Чай будешь?

– А пожрать есть что? С утра ничего не ел.

Учитывая, что на дворе было утро, я вздохнула и спросила:

– Пельмени подойдут? С маслом или сметаной?

– Подойдут. С майонезом, если есть. Составишь компанию?

Я кивнула и пошла к холодильнику. Вот что мне нравилось в моем старинном друге – он прямой, как шнурок. Никаких игр и пристрелок. Можно начинать сразу с главного.

– Сам понимаешь, я даром не кормлю. Не кривись, пожалуйста, от тебя не убудет. Зато пельмени с мясом и майонезом. И даже добавку организую по желанию.

– И чем мне с тобой потом расплачиваться за такую доброту? – Максим уже примерился к моему стулу и размещал на нем свой филей.

Было видно, что разговор у нас получится. И от этого я испытывала облегчение.

– Знаниями, дружище, знаниями. Макс, расскажи про маньяка, мне очень нужно разобраться в этом деле. Ты же понимаешь, что произошло. Я чудом осталась жива, и хочется понимать, что меня ждет дальше. Ты спрашивал, что врачи говорят. Говорят, что я дура.

Макс посмотрел на меня вопросительно. Я молчала. Важное правило, которое я усвоила с детства – не стоит все объяснять. Куда полезнее может быть, если у людей останется прекрасная возможность додумать так, как им удобнее. Это открывает безграничные возможности.