Чтение онлайн

Дроздовец Вл. Кравченко в своей книге «От Ясс до Галлиполи» пишет: «Мы дроздовцы, пленных не брали, по улицам Усть-Кайсунского валялись свыше 200 трупов красных, а на улицах Дмитровска валялись 600 трупов китайцев, латышей, и в течение целого дня мы из различных домов и сараев вылавливали красных и „протрезвляли“ их». Так они сами пишут о своих «подвигах».

В начале января 1920 г. Первая конная армия освободила Ростов-на-Дону. 27 марта 1920 г. был освобожден Новороссийск.

Советское правительство в начале 1920 г. предложило правительствам Франции, Италии, Англии, Японии и всем малым странам приступить к переговорам о мире. Из всех малых стран одна Финляндия согласилась на переговоры о мире. Польское правительство отвергло неоднократные предложения советского правительства о мире, рассматривая такие предложения как признак слабости, и 25 апреля 1920 г. польская 50-тысячная армия напала без объявления войны на Украину и захватила всю Правобережную Украину и Киев.

В начале 1920 г. отряды батьки Махно составляли колоссальную силу, он располагал огромным количеством орудий, пулеметов, тачанок и многотысячной конницей. Но идти на польский фронт он отказался, за это от имени всеукраинского ревкома армия Махно вновь была объявлена вне закона, и с этого момента в течение нескольких месяцев между махновцами и Советской властью снова шли ожесточенные бои.

Но как только летом 1920 г. Врангель, мобилизовав все свои силы, начал занимать один город за другим — Бердянск, Мариуполь, Синельниково, Александровск — и стал угрожать захватить весь Донбасс, Махно в конце сентября 1920 г. сделал свой выбор. Он снова присоединил свои силы к Красной Армии для совместной борьбы против генерала Врангеля, считая, что спасти революцию и разбить белогвардейскую контрреволюцию генерала Деникина, а также генерала Врангеля, к которым он питал неукротимую ненависть, можно только совместно с Красной Армией.

Совместными силами разгромили генерала Врангеля, освободили Украину и, двинувшись в глубь Крыма, захватили две первые линии перекопской обороны, перешли Сивашский залив, атаковали оборону Литовского полуострова и, перейдя по импровизированному мосту Чонгарского полуострова, отборные части Красной Армии ворвались в Крым.

Мы, пионеры и комсомольцы, еще в 1930 году лазали по «гнилому морю», так называли Сивашский залив, искали трофеи Гражданской войны и, представьте, находили: котелки, погоны, головные уборы и даже пару пистолетов и шашку нашли, но самыми грустными находками были кости, черепа убитых; взяв их в руки, мы плакали.

Генерал Врангель отступал к портам Крыма. Он понял, что Добровольческая армия потерпела полное, сокрушительное поражение, что война для них закончилась и дальше отступать некуда, и дал команду об эвакуации гражданского населения и войск в Турцию, в Константинополь.

Итак, 15 ноября 1920 г. закончилась абсолютно никому не нужная, бессмысленная братоубийственная, безжалостная, жестокая, кровопролитная почти 4-летняя Гражданская война. Эта война, кроме горя, страданий, разрухи и голода, ничего не дала стране, за которую якобы воевала Добровольческая, а позже так называемая Русская армия. По существу, это была не армия освободителей, а армия мстителей. Она мстила за могучую народную революцию, которая разрушила, разбила, уничтожила старый строй в России. Мстила народу за защиту Октябрьской революции, которую он совершил в глубокой надежде создать новый, справедливый, свой рабоче-крестьянский строй в измученной, уставшей, веками эксплуатируемой России. Мстила народу, который хотел избавиться от своих поработителей и от иностранной зависимости, народу, который шел на смертный бой за землю, за волю, за лучшую долю и за светлое будущее счастье на всей нашей планете, если не для себя, то для будущих поколений на земле.

Люди шли на смерть и умирали не за свои усадьбы и поместья, нажитые чужим трудом, а за право пользоваться своим собственным трудом и не обогащать паразитов. Они шли против царского режима, державшего его в темноте, голоде, холоде и в рабском повиновении бессердечной эксплуатации. Они шли в бой против заменившего его буржуазного режима, считая его продолжением тех же монархических порядков на новый лад. Народ громил, растаскивал помещичьи усадьбы, делил землю не потому, что он был пронизан разбойничьим и воровским духом, а потому, что считал, что иначе никаких перемен не дождаться. Они тащили и делили то, что, по существу, было нажито их рабским трудом, а не трудом тех, кто прожигал жизнь за границей и проигрывал несметные состояния в игорных домах Европы.

Народ устал от войны и не хотел воевать за веру, царя и отечество и за полусумасшедшую истеричную царицу с ее наставником, авантюристом Распутиным. Не хотел поливать своей кровью и покрывать своими трупами нашу многострадальную, никогда не принадлежавшую ему до этого землю. Или возвращаться израненным, искалеченным в пустую хату, к голодной семье и детям. В то время как офицеры, в блестящей форме, звеня шпорами, шатались по дворцам и штабам, пили, кутили в тылу.

Все это так и было, даже во время Гражданской войны. Вот выдержки из книги Николая Росса «Врангель в Крыму». В главе «Армия и население» он пишет: «Население, восторженно встречавшее войска „белых“, вскоре с ужасом отшатывалось от грубых пришельцев, менее всего считавшихся с его интересами и заботившихся о его благе». К концу весны 1920 г. на занятой белыми территории генерал Врангель, заменив генерала Деникина и став главнокомандующим Добровольческой армии, переименованной им уже в Русскую армию, считал, что одной из его основных задач было наведение порядка на занятой белыми территории и установление более или менее приемлемых отношений военных с населением. Так как во время правления генерала Деникина белые войска приобрели весьма плачевные привычки: «Грабежи, разбои и другие имущественные преступления не подвергались надлежащему преследованию, стали в войсках обыденным явлением. Даже честные солдаты в белой армии превращались в гнусных мародеров , исчезала всякая идейность и даже простая порядочность, им на смену приходили низкие корыстные мотивы, грубый произвол…»

Генерал Врангель в рапорте генералу Деникину 9 декабря по этому поводу писал: «Война обратилась в средство наживы , а довольствие местными средствами — в грабеж и спекуляцию… Армия развращалась, обращаясь в торгашей и спекулянтов»… «У многих появились бешеные деньги, неизбежным следствием чего явились разврат, игра и пьянство». (Н. Росс. «Врангель в Крыму». Ч. 1.

С. 259). (Н. Росс. «Врангель в Крыму». Гл. 5. С. 87–88).

И ничего удивительного не было в том, что Добровольческая армия, а затем так называемая Русская армия, в которую входили сливки высшего общества России, призванная в самую страшную годину, когда рушились вековые традиции, защищать честь и достоинство России, той России, в которой они имели все привилегии и пользовались всеми благами, превратилась в армию грабителей. «…Не только в глубоком тылу, но и в самом штабе Добровольческой армии во время командования им генералом Май-Маевским творилось такое безобразие, такое пьянство и разврат, что в результате вызвало замену генерала Май-Маевского на генерала Врангеля».

В. Кравченко пишет в книге «Дроздовцы от Ясс до Галлиполи» на с. 358: «Одни ищут причины наших неудач и развала фронта в одном, другие — в другом и т. д., но все сходятся в одном „…все их видят в грабежах и бесчинствах войсковых частей“».

Привычка к самоснабжению превратилась в насилие над населением. Преступления имели имущественный характер: грабежи, кражи, разбой, продажа казенного оружия, обмундирования, покупка краденого, вымогательство, угон скотины и лошадей и т. д., и т. п.

В первые же дни своего пребывания на посту генерал Врангель начал принимать меры для пресечения грабежей и насилия в армии. Были расстреляны солдаты-грабители, и даже полковника расстреляли: «Приказом № 3134 была создана Военно-судебная комиссия для защиты населения от грабежей и разбоев , от которой было мало толку, так как члены комиссии никак не могли себе представить, как это им придется хватать своих старых товарищей и судить их за те деяния, в которых каждый из них был сам грешен тысячу раз».