Чтение онлайн

— Было бы идеально, если бы мы смогли показать свободный, так называемый английский, хендлинг, то есть вообще без поводка и без рук. При такой демонстрации создается впечатление, что собака все делает сама, а хендлер лишь сопровождает ее на ринге, — объясняла Юля. — Этот стиль дрессировки достаточно трудный, но мне кажется, мы справимся. Если не успеем — тогда сделаем американский, «ручной».

— А какой лучше? — немедленно осведомилась мать девочки.

— Сложно сказать, это зависит от многих обстоятельств — от породы, от темперамента собаки, от умений хендлера, от того, как они работают в паре…

— И все-таки? — настойчиво перебила ее женщина.

— Свободный эффектнее, конечно, — сдалась Юля.

— Тогда давайте свободный, — распорядилась клиентка. — К лету мы собирается переезжать в Москву, там есть нормальные школы хендлинга, на международном уровне, не то что в этой дыре. У девочки должна быть перспектива.

Лина, до сих пор с интересом слушавшая разговор, решила наконец вмешаться:

— Юля, прошу прощения, там Игорь добермана на занятия привез, вы не знаете, где Виктор?

— А он, наверное, уже пришел. Он занимался на шестом участке с ротвейлером с девяти до десяти. Или его там задержали? Я позвоню сейчас, Галина Борисовна.

— Пожалуйста, прошу вас. Собака в домике для гостей.

— Давайте еще раз по кругу, «нога в ногу», — кивнула девочке Юля и, извинившись, достала телефон. Прижав к уху трубку и ожидая ответа, она прошептала Лине: — Вам очень идет!

До обеда Лина пополнила свою копилку комплиментов еще парой экземпляров, нашла мастера по тренажерам, устроила кучу мелких дел… И стала ждать Валентина, заранее предвкушая, как он удивится, увидев ее в новом облике, и что скажет. Она не знала, назначен ли у него сегодня прием, он вел свой отдельный журнал и принимал клиентов там, где им было удобнее, — то в ветклиниках, то здесь. А звонить без повода постеснялась. Вместо Валентина приехала Рада, она всегда приезжала неожиданно, чтоб народ не расслаблялся.

Посмотрела на Лину оценивающе, кивнула:

— Так удобнее.

И все. «Неужели ревнует? — неожиданно обрадовалась Лина. — Значит, и правда хорошо!»

— Как у вас тут — все в порядке? Давай в кабинет поднимемся, обсудить надо кое-что, — предложила Рада.

А Лина и не заметила, когда они перешли на «ты».

— Ты ведь у нас уже второй месяц работаешь, — приступила к делу Рада, едва они устроились в кабинете — она никогда не теряла времени зря. — Ты, Галка, молодец, я просто не ожидала, честно тебе скажу. Валя тогда сказал, что ты хочешь у нас работать, надо, мол, помочь человеку…

Рада сделала многозначительную паузу, но Лина не стала объяснять причины своего решения. И уж тем более — жене Плюсика.

— Короче говоря, я как тебя увидела — ну, думаю, совсем дорогой муженек нюх потерял, блондинка да на «Лексусе», из нее работник, как из меня — балерина. Но ведь Вальке моему отказать невозможно, сама знаешь. Он вечно всем помогает, всех пристраивает, он по жизни Санта-Клаус. Расшибется — а человеку подарок под елочку положит, причем даже чужому…

Ее Валька. Всем, значит, помогает. Даже чужим. Лина слушала и чувствовала, как настроение, с утра бывшее совершенно безоблачным, становится пасмурным.

— …Очень рада, что ошиблась. Теперь ты мне вот что скажи: ты дальше работать собираешься? В смысле, какие у тебя там обстоятельства? Я ведь понимаю, что ты не из-за денег.

Рада смотрела вопросительно, но Лина опять промолчала. И собеседница не выдержала:

— Слушай, Галина, а правда — ты чего к нам пришла? Случилось у тебя чего?

— Ничего не случилось, — через силу улыбнулась Лина. — У меня все в порядке. Мне просто… просто скучно стало. Муж работает, сын вырос, ему пятнадцать на той неделе исполнилось. Вот мы с Буськой и решили: а не поработать ли нам? А тут как раз Валентин сказал, что такое место есть. Мы подумали, что это интересно.

— Кто — мы? — не поняла Рада.

— Я и Буська.

— О, и ты туда же, — хмыкнула Рада. — Доченьки-сыночки, мы кушаем паштетик, мы не любим красные попонки, у нас болит животик… Вот сколько с ними работаю, столько и не перестаю удивляться. Ты же вроде не такая.

— Я такая, — улыбаясь, заверила ее Лина. — Была. Я даже имя меняла — не Галина, а Лина, так красивее. Вероника — Ника, Рада…

— Я просто Рада, — обиделась ее работодательница. — Меня так родители назвали. А что тебе Лина больше нравится — я не знала, прости. Валя меня не предупредил. Он тебя всегда Галей зовет. Если хочешь…

— Нет, меня и Галина устроит, — заверила ее Лина. — Ты про что поговорить хотела, Рада?

— Вот и хотела выяснить насчет твоих планов, — оживилась Рада. — Если ты уходить не собираешься, мы под тебя все это дело расширим.

— Куда еще? — поразилась Лина. — И так тут целый санаторий.

— Эта гостиница не работает в полную силу — раз, а Новый год на носу и летние отпуска, передержка всем понадобится, — начала загибать пальцы Рада. — Бассейн почти простаивает, а это же и при артрозах, и при ожирении, и еще массе показателей — надо рекламу давать и загружать по максимуму. Это два. Еще одного грумера надо брать, а то у Наташи запись чуть ли не на месяц вперед, народ ждать не хочет и уходит. Это три. Да, и Майя хочет чемпионат по танцам провести — пока в поселке, потом в городе можно.

— По каким танцам? — не поняла Лина.

— Темнота! Кинологический фристайл называется. Чемпионаты мира проходят! Не говоря уже о России. Только у нас пока клубы есть в Москве, в Ростове-на-Дону и в Астрахани, а у нас в Екатеринбурге нет. Если мы успеем нишу занять — других уже не пустим. Две пары у нас в городе точно есть, надо еще искать. Может, уровень будет пока и не тот, но местный народ от скуки пойдет, я уверена. Слушай, Галь, а если тебе скучно — чего ты себе еще ребенка не родишь?

От неожиданности Лина вытарашила глаза и посмотрела на Раду с изумлением, не понимая, по какой же хитроумной кривой следует ее мысль. Только что говорила про фристайл, и вдруг — про ребенка. Ах да, пароль — «скучно», сама же сказала.

— Твоему сколько? — приняв ее молчание за интерес, продолжала Рада.

— Пятнадцать на прошлой неделе как раз…

— Да не сыну, мужу сколько?

— Он меня старше, — уклонилась от прямого ответа Лина.

— И хорошо! В этом возрасте они как раз по бабам набегались и начинают над детьми трястись. А старшие-то уже выросли, их не потискаешь, мультики с ними не посмотришь. А ты ему — на, дорогой, нянькайся. И тебе хорошо, и он счастлив. Мужика держать надо — или детьми, или делом каким. Я знаю, что говорю. Вот Валька у меня — как пришитый.

— Ты уверена? — не удержавшись, спросила Лина, хотя вовсе и не собиралась поддерживать этот неожиданный и неприятный разговор.

— В Вальке? На все сто.

— А если любовь? Ведь бывает же? — настаивала Лина. — Как ты можешь быть уверена, что он не влюбится в какую-нибудь… Ладно, может, и не уйдет. Но будет изменять. Ведь бывает же?

— Любовь бывает одна на миллион случаев. Не чаще. А гулять от жены — это просто… — Рада нашла определение емкое, но непечатное. — Он порядочный, понимаешь? Если любовь — он уйдет. А просто так спать с другой не будет. И ее, и меня пожалеет.