Однажды Ты будешь Моя
Шрифт:
Я дёрнулся в сторону выхода. Чёрт, я едва сдерживался. Сколько настраивался держать себя в руках и весь самоконтроль полетел к чёрту, стоило мне увидеть её обнаженную спину.
– Не уходи. Погладь меня, пожалуйста.
– чуть не хныча попросила она.
Я выдохнул и даже не думал отказаться, провел рукой по шелковистым волосам, по спине, отмечая, как по нежной, загорелой коже бегут мурашки, и остановил ладонь на впадинке внизу спины, которой недавно любовался.
– Не думала, что это так приятно, - прошептала она.
– мне всегда нравилось, как ты обнимал меня. Но сейчас всё иначе.
– Конечно, иначе.
– Ты скоро снова уедешь?
– неожиданно спросила Нина, и посмотрела на меня снизу вверх, я поймал ее взгляд и натянуто улыбнулся.
– Да, малышка. Ты знаешь, это моя работа.
– как у дяди Игоря.
Я прижал свое маленькое чудо к груди и поцеловал в макушку. Прикрыл глаза, втягивая в себя ее нежный аромат. Только недавно собирался держаться от неё подальше, нарочно называл «сестрой», чтобы отбить желание. А сейчас стою с голой нимфой, которая прижимается к моей груди своими нежными выпуклостями, схожу по ней с ума, и думаю только о том, что гадом буду, если сейчас воспользуюсь моментом и пойду до конца. И так лишу ее пути назад.
– пожалуйста, побудь ещё со мной, немножко.
Я ласково провел по ее плечу, откинул влажные локоны за спину.
– ты знаешь, мне нравятся твои длинные волосы.
– правда?
Я ухмыльнулся, и пропуская длинные влажные пряди между пальцами, признался:
– Ещё как. Очень красивые, шёлковые...
Нина в ответ счастливо улыбнулась и провела ладонями вверх по моей груди к шее.
– Ты такой горячий, Влад. Кожа как кипяток. Почему?
Я пальцем погладил ее щеку.
– А всегда такой. Зимой помогает, - неловко пошутил и убрал руки с ее талии.
– Нина, тебе лучше одеться.
– тебе неприятно?
– Слишком приятно.
– Потрогай меня. Пожалуйста. Меня никогда никто не трогал, а девочки рассказывали разное и в сети в книжках столько написано…
Я тяжело сглотнул. Чертовы гормоны. Похоже моя девочка созрела, а тут я весь из себя половозрелый, опытный самец. Твою мать. Лучше я покажу, и она на время удовлетворит свое любопытство.
Я провел по ее спине обеими ладонями и схватил за попку, приподнял и прижал к своему стояку. Нина так нежно застонала, что я окончательно растерял все мысли.
– Малышка, что же ты делаешь со мной? – прохрипел я.
– Расскажи мне, - томно попросила Нина и посмотрел на меня глазами, подернутыми поволокой.
– Твоя попка такая сладкая, за неё приятно держаться.
– А грудь?
– Охуенная, - охотно признал я.
– Прости за мат, но по-другому не могу.
Я опустился на стул, чтобы сравняться с девушкой в росте, притянул ее ближе, так чтобы она стояла между моих ног, и обвёл кончиком языка ареолу соска. Торчащий сосочек так и просился в рот.
Нина заворожено наблюдала за мной, наслаждаясь ощущениями, и как я видел, пониманием своей женской власти. Её тонкие пальчики проникли в мои волосы и нежно гладили затылок.
Я приник к сосочку, который ещё не знал, что такое сосущий мужик, у которого стоит так, что больно. И Нина впилась в мои плечи коготками и протяжно застонала.
Горячая штучка, моя маленькая сводная сестричка.
– Влад, пожалуйста, - на выдохе прошептала она, не зная, чего просит. Зато я очень даже знал.
Я обхватил нежную округлость, которая идеально заполнила мою ладонь. Другой рукой ласкал вторую девичью грудь, теребя пальцами сосок. Продолжил сосать, потом отстранился и потянул губами за торчащую вершинку и посмотрел ей в глаза.
– Говори мне, если хочешь, чтобы я посильнее сосал, - хрипло приказал я.
Нина смотрела на меня затуманенным взором и просто кивнула. Я перешел к другой груди, которая также требовала моей ласки, играя языком с соском я почувствовал, как малышка в моих руках начала дрожать.
– можно посильнее, - прошептал девичий голосок.
Ей тихая просьба словно стоп-кран сорвала в моей сознании. Прикрыл глаза от наслаждения и продолжил сосать, на этот раз активнее, жадно хватая ртом то один, то другой сосок. Было в этом что-то сокровенное. В голове не было ни одной здравой мысли, лишь желание заклеймить свою женщину. Инстинкт самца, нашедшего идеальную самку.
Рука скользнула по округлой девичьей попке вниз к развилке бедер, едва касаясь пальцами, я провёл по нежным складочкам, отчего девушка вздрогнула всем телом.
Какая же она охуительно мокрая, уже готова меня принять. Блядь и как тут удержаться?
Мой палец с лёгкостью раздвинул шелковые складочки и проник в горячее влажное лоно.
Нина громко застонала и впилась ноготками в мои плечи, инстинктивно прижимая мою голову еще плотнее к своей груди.
Я глухо рыкнул, сильнее втягивая в себя торчащий сосок и одновременно в этим совершая поступательные движения пальцем. Вводя его в лоно и вынимая снова вводя.
– Влаааад, - простонала Нина.
– Ещё!
Охуеть какая сладенькая.
– Принцесса … моя.
Только спустя несколько минут я отпустил из плена ее груди с торчащими сосками.
И Нина меня снова удивила. В глазах девушки мелькнула странная решимость и она, не давая мне ответить, приникла нежными губами к моим губам.
Домашняя девочка, папина дочка. Млять, дочка моего отца.
Что делать дальше она не знала. Мне это стало понятно сразу. Чувство собственника, которое я много лет усиленно подавлял при общении с ней, подняло свою голову. Внутри меня разлилось тепло от осознания, что я - первый, кто целует ее; первый, кто так интимно трогает и учит быть женщиной. Желанной женщиной. Той, к ногам которой мужчина готов положить весь мир.
Я подхватил девушку и посадил себе на колени. Мой язык проник ей в ротик. И на вкус она была восхитительна. Клубника со сливками. Мы иступлено целовались, ее пальчики зарылись в мои волосы и нежно потягивали их. Девушка сначала неловко, а потом более и более уверено начала отвечать мне. Ее нежный язычок терся об мой, а из груди доносились сладкие стоны. Я зарычал от возбуждения, жадно проводя руками по стройному телу.
Нина оторвалась на миг от меня, облизнув губы и сказала:
– ты та-а-ак целуешься… это так приятно.