Однажды Ты будешь Моя
Шрифт:
– Проверьте на записях с камер - должен быть человек, который шарится по помещениям. Особенно обратить внимание на тех, кто вроде как потерялся или что-то ищет. Наёмник с высокой вероятностью проник туда не раньше, чем три месяца назад. Ведь именно три месяца назад привезли двоих захваченных в плен языков. Нужно поднять записи, начиная с того времени.
Власов откашлялся и покосился на генерала, но тот смотрел на Исаева и на меня.
– Остальных можно не искать на записи. Пустая трата времени.
– Почему же?
– Власов скептически изогнул бровь и откинулся в кресле, приготовившись слушать Исаева.
– Я согласен с Леонидом. Двое наёмников чётко, на всем протяжении записи, след в след, идут за первым. Только считаю, что все же на декорациях они не тренировались. Недостаточно уверенно действуют. У меня всё.
Следующим высказался майор Павел Лютаев.
– Техника и экипировка. Оружие с высокой долей вероятности наше. Экипировка военная, такая обычным наёмникам не светит.
– Мы же вам не дали результаты баллистической экспертизы.
– с сомнение заметил Призрак.
– Часто достаточно просто наблюдать за бойцами.
– Ну и что это нам даёт, товарищ майор? Экспертиза показала тоже самое, но в отличие от вашего, хм, визуального анализа, она даёт 100% вероятность?
– с плохо скрытым сарказмом спросил Призрак.
Я потер подбородок, давая себе время остыть и не сказать мудаку, что ему нужно попросить свою маму научить его слушать. Хотя такому уже поздно учится, мужику лет сорок точно есть.
– Техника боя при близкой атаке тоже наша, - спокойно ответил Лютаев.
В кабинете снова воцарилось молчание, густое и тяжёлое.
– Однако техника устаревшая - в последние лет десять спецов тренируют иначе.
– По каким признакам вы сделали этот вывод, майор Лютаев?
– черты лица Призрака заострились, и он впился в Лютого прищуренными глазами.
– Если кто-то из вас подойдёт ко мне, то я могу прямо сейчас продемонстрировать и вы сами всё поймете.
Желающих почему-то не нашлось, в этот раз поверили на слово.
– Значит, вы говорите, что тройка наёмников - ваши бывшие сотрудники?
– Возможно. Или их тренировали наши бывшие сотрудники. Возможно, что бывший сотрудник - это как раз Замыкающий. А остальные были им обучены. Потому что, ещё раз повторю, что сказал капитан Исаев, Замыкающий руководил операцией, именно он даёт команды двум другим бойцам.
На несколько минут в переговорной стало шумно. Шестеро сотрудников управления обсуждали наши комментарии.
– Майор Аверин, вижу вам тоже есть, что сказать, но похоже наши коллеги этого не заметили.
Я приподнял брови обмениваясь понимающим взглядом с генералом. Четверо призраков замолчали и выжидательно посмотрели на меня.
– Вы знаете, когда была открыта тюрьма «Берег»?
Вопросов они от меня не ожидали. Власов и Призрак переглянулись.
– Три года назад примерно.
– Перед подписанием приказа об открытии тюрьмы вы знаете, что потребовал министр обороны?
Призрак прищурился, и пожевал губы. Власов недоуменно подкосился на него.
– Проверку?
– Верное предположение. Все тюрьмы для особо опасных государственных преступников должны пройти проверку.
– У вас есть более точные сведения? – спросил я, спокойно смотря в лицо Призрака. Отчего-то хотелось его зацепить. Если бы этот пиджак не вел себя как последний урод пока говорили комрады, я ограничился кратким докладом.
По бледной физиономии Призрака скользнула гримаса недовольства. Видимо, не любит он быть не в курсе чего-то. Комплекс отличника или болезненное самомнение человека, который считает, что знает всё лучше других? Мне без разницы. Раз меня даже из отпуска вытащили ради этого разговора - пусть слушают теперь.
– Вижу нужно пояснить. Проверка тюрьмы «Берег» проводилась в мае прошлого года в форме боевых учений на территории тюрьмы. Цель учений была в том, чтобы найти уязвимые места в защите. Было проведено две операции. Первая - спасение заложников с учётом захвата группой заключённых персонала тюрьмы. И вторая – внешняя атака с целью вызволения одного или группы заключённых.
Плохиш справа от меня хмыкнул, а Беленький одобрительно кивнул. Редко когда видел столь яркое проявление согласия с его стороны.
– И вам об этом известно, майор, потому что…?
– Очевидно, потому что мы, группа под командованием нашего командира, полковника Хлюсты, принимали участие в обеих операциях.
Генерал подобрался. Полковник Хлюста был его правой рукой, и, как говорят, единственным другом. Полковник геройски погиб год назад в спецоперации на Ближнем Востоке, при этом спас одиннадцать бойцов. И боль утраты по-прежнему отзывалась горечью в сердцах каждого, кто знал его лично.
– Ясно, - протянул Призрак.
– И эти сведения для нас полезны, потому что…?
Твою ж мать, кто их там учит вопросы задавать?
– Потому что в результате проведённых учений были выявлены бреши в охране режимного объекта. Подробный отчёт был передан в соответствующий отдел.
Я дал всем осознать мои слова и задать вопросы.
– Вы предполагаете, что замечание не были устранены? – с неприятной улыбкой ответил Призрак.
– Замечания были существенные и устранить их быстро было весьма проблематично. Но как мы видим, несмотря на это тюрьма активно работает и там даже размещают боевиков с высоким уровнем террористической опасности. Поэтому считаю, что стоит проверить.
Я заметил по лицу Призрака, что тот хочет отмахнуться. Интересно, что Власов почти все время молчал пока мы с Призраком препирались, хотя вроде бы он был выше щуплого по званию. Власов - Подполковник, а этот Митя – всего лишь майор. Не знаю какие функции выполняет у них Призрак, но похоже Власов в его присутствии старается больше помалкивать.
И тут в разговор вступил майор Лютаев:
– Уже второе подряд ведомственное учреждение допускает такие существенные нарушения безопасности. Думаю, не лишним будет понять связан ли побег Василия Муратова с устранением этих двоих пленных месяцем позже?