Однажды в баре "Серая Моль"
Шрифт:
Ещё и «срок годности» маленький. Не больше трех дней, потом она нужные свойства потеряет. Класс. Это где искать? Опрашивать знакомых чертей?
На черном рынке хвосты, конечно, имеются, но чтобы свеженькие и при этом черта не умертвили — маловероятно.
Были и другие сомнительные вещи, за которые арбитры по головушке не погладят. Но их хоть выкупить можно за большую сумму.
Виктор присвистнул, дочитав до конца.
Платон явно соскучился по тюремной баланде. Устал, видимо, от совместной жизни с ведьмочкой Марьяной и их шестью собаками. Захотелось тишины и покоя на ближайший десяток лет.
— Это ж такая запрещенка, что тебя по второму кругу в Теневерс упекут.
— Не нужно нотаций. — Орк усмехнулся. — Сможешь помочь? О цене договоримся.
— Угу, ты со мной за прошлое “договоримся” еще не расплатился, — Виктор качнул головой.
На самом деле он уже примерно понимал, где и что можно раздобыть. Что-то перекупить, что-то обменять. Но не хотел так запросто соглашаться.
Даже с хвостами вопрос можно решить. Есть у Виктора на примете парочка чертей. Совсем отбитые опустившиеся отбросы. Из банды их выгнали, теперь они перебивались мелким нелегальным заработком. Вполне возможно, что за деньги они поделятся кожей.
— Зачем тебе это вообще надо?
— Да так. — Платон неоднозначно дернул плечом, но всё же добавил: — Всегда было интересно попробовать разобраться с общим сознанием близнецов. Вроде мы с Марьяной нашли формулу, которая могла бы сработать. Осталось попробовать.
Виктор сказал, что остальное достанет через два дня. Ну и цену заломил такую, чтобы Платон не думал, что на бесе можно ездить как на своем друге. С чертями он предварительно договорился — самостоятельно, чтобы те не отказались. Помощника можно и лесом послать, а вот Ковтуна они боялись и уважали. Виктор это понимал.
Повезло. За денежку те были готовы не только кожей поделиться, но и хвостом до основания.
Главное — плати.
— Ты только приезжай завтра после десяти вечера, мы подготовимся, — нетвердым голосом попросил черт по телефону.
— Как именно вы собрались готовиться? — уточнил бес. — Помоетесь, что ли? Хвост побреете?
— Не, ну это… обезболивающее примем, — хихикнул черт.
Понятно. Угасятся какими-нибудь запрещенными зельями. Как бы Виктору с них, бессознательных, самому не пришлось кожу снимать.
Картинка представилась вполне ясная. И не самая приятная.
— Завтра ты едешь со мной, — позвонил он Платону. — Возьми с собой на всякий случай инструменты и кровоостанавливающее.
— Так, подожди, а мы точно говорим о чем-то добровольном? — Орк напрягся.
6
— А об этом речи не шло. Ты просил две свежие кожи? Ты получишь две свежие кожи. Или ты думаешь, что на черном рынке постоянный оборот кожи с хвостов? Я чернухой заниматься не собираюсь, чертей ради тебя пытать не стану. Либо едем к этим, либо ищи сам, где хочешь.
— Понял, — вздохнул Платон. — Буду у тебя в нужное время.
Ехали в притон они в полнейшем молчании, а средний Адрон выглядел так, будто собирался заживо кого-то освежевать… что, впрочем, было близко к истине. Хмурый, напряженный, каждая мышца затвердела. Одетый полностью в черное. С собой он прихватил целый чемоданчик.
Виктор поморщился, переступая порог притона. Заброшенная пятиэтажка на окраине, всё в лучших традициях низшей нечисти: нечистоты, мусор, кровь и такой жуткий смрад, как будто окунулся с головой в тухлятину. Даже ему, многое повидавшему бесу, было противно здесь находиться.
— Полная антисанитария, — пасмурно заметил Платон, перехватывая чемоданчик, когда они двигались по коридорам в поисках чертей.
— Боишься заразить кого-нибудь? — фыркнул Виктор.
— Разумеется. Не хочу осложнений — пусть даже в такой ситуации. Я всё же ученый, а не мясник.
— Уж прости, стерильной операционной я тебе не предоставлю.
— Угу, догадался.
Притон был полон нелюдей всех рас, расцветок и степени адекватности. Но чертей никто нигде не видел. Они как будто испарились. Наконец пути привели их на пустой балкон. Там стояла всего одна размалеванная сирена. Она даже не сразу сообразила, что от нее хотят. Но потом сказала:
— Так они же в бар поехали. Сказали, у них сегодня ответственная задача и нужно как следует накидаться. Хи-хи.
— В какой бар? — Виктор скрежетнул зубами. — Название знаешь?
Они так не договаривались. Искать чертей по всему городу в его планы не входило.
Девица явно была под какими-то зельями, потому что она захлопала ресницами, не сразу осознавая, что вопрос задан ей. Но всё же взяла себя в руки и ответила уже с другой интонацией:
— Ну-у-у, ребятки, вы ж понимаете, за «спасибо» я ничего не вспомню.
Кажется, возможность подзаработать несколько отрезвила её сознание. Платон без единой эмоции достал кошелек и протянул крупную купюру. Сирена оценивающе глянула на ту и нагло заявила:
— Ещё. Думаю, тысяч пятьдесят, и мы договоримся. Или нет. Я подумаю. Хи-хи.
Внезапно по полу балкона пополз черный дым. Полупрозрачный, но такой плотный, что, скапливаясь, казался непроницаемой завесой. Дым подплыл к ногам сирены, щупальцами начал обвивать её тело, добрался до шеи. Та взвизгнула, стала панически отряхивать конечности и вертеть головой.