Чтение онлайн

Клифф молча слушал, пока Бастер расписывал план:

— У меня есть тысяча двести долларов. Мы выставим ее на собачьи бои в Ломите. Поставим на нее тысячу двести и просто откинемся в креслах — она сама все сделает. Ты сразу оценишь ее потенциал, как только увидишь в действии. Затем мы устроим ей гастроли, будем оба ставить на нее все, что выиграли, и к бою номер шесть заработаем по пятнадцать косарей на брата.

Клифф знал, что Кули не пытается его наколоть. И сам верил в то, что говорил. Но Кули считал, что дело верняк, а Клифф не верил в верняки. Плюс собачьи бои незаконны, не говоря уже о том, что это безвкусица, и в плане было слишком много переменных, из-за которых все могло полететь к чертям.

— Господи, Бастер, — сказал Клифф и начал торговаться: — Мне на хрен не нужны собачьи бои, мне нужны мои деньги. Если у тебя есть тысяча двести на ставку, почему сразу мне их не отдашь?

— Потому что мы оба знаем, — честно ответил Бастер, — что если я отдам тебе тысячу двести долларов, то это все, что ты от меня получишь. Я не хочу отдавать тридцать пять центов за каждый твой доллар, — подчеркнул Бастер. — Когда я был на мели, ты себя повел как охуенный мужик, и теперь я хочу, чтобы ты заработал! Давай вместе метнемся хотя бы на первый бой в Ломиту, — предложил Бастер. — Просто посмотришь на нее в деле. Поверь, Клифф, это будет самый волнующий опыт в твоей жизни. Она выигрывает — мы забираем две тысячи четыреста. Если решишь не продолжать, две тысячи четыреста — твои.

Клифф сделал еще глоток пива, глядя на горку мышц в сетчатой клетке.

Бастер завершал свой треп:

— Ты меня знаешь, а значит, знаешь, что я тебя не кину. Если я так говорю, значит, я в это верю. Доверься мне — хотя бы на первый бой. Эта сука может победить.

Клифф посмотрел на суку в клетке, затем на сукиного сына, стоящего перед ним с банкой пива в руке.

Затем присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с собакой по ту сторону проволочной решетки. Клифф и собака стали играть в гляделки. Не выдержав тяжелого мужского взгляда, сука зарычала и кинулась на Клиффа. Лишь проволочная решетка помешала ей вгрызться зубами в красивое лицо. Клифф обернулся к Бастеру Кули.

— Как ее зовут?

Клифф, Бастер и Бренди отправились на первый бой в Ломиту. И Бастер не врал. Бренди стоила своих денег и убила другую собаку меньше чем за минуту. В тот вечер они выиграли две тысячи четыреста долларов. И ощущение было настолько захватывающее, что Клифф просто не мог поверить. «На хуй дерби в Кентукки, — думал он, — вот самые захватывающие сорок пять секунд в истории спорта» [13] .

Клифф подсел.

Следующие полгода они объезжали все собачьи бои округа Лос-Анджелес, округа Керн и Внутренней Империи [14] . Выставляли Бренди в Комптоне, Алхамбре, Тафте и Чино. И Бренди побеждала в каждом бою, и почти все давались ей легко. Несколько раз ей досталось, но даже тогда — не особо. И всякий раз, когда ей доставалось, они давали ей время, чтобы восстановиться. Но после пяти боев, где Бренди казалась непобедимой, ставки стали выше, а конкуренция — жестче. Они участвовали в боях в Монтебелло, Инглвуде, Лос-Гатосе и Беллфлауэре. Бренди продолжала побеждать, но схватки стали невыносимо затянутыми и кровавыми, доставалось ей все чаще, на восстановление требовалось все больше времени.

Это был минус. Плюс же был в том, что более крепкие псы приносили больше денег, когда Бренди побеждала.

После девяти боев Клифф и Бастер заработали примерно по четырнадцать тысяч на брата. Но Бастер, поймавший удачу за хвост, держал в голове конкретную цифру. По двадцать тысяч на каждого. И тогда можно уходить. Однако во время десятого боя в Сан-Диего питбуль по кличке Цезарь ранил юную леди, и ранил тяжело. Бой прекратили без объявления победителя. И Клифф знал, что Бренди еще повезло. Если бы дело затянулось еще на двадцать минут, Цезарь бы ее прикончил. Клифф повидал и в мирное время, и на войне, как близких потрошат заживо. Но, глядя на то, как кровожадный Цезарь мучает собаку, Клифф осознал, что для него это уже слишком.

Поэтому он был в шоке, когда Бастер выставил Бренди в Уоттсе против кобеля-монстра по кличке Оги-Догги [15] , не дав ей даже восстановиться после последней взбучки.

Но Бастер не сомневался:

— Я обещал тебе двадцать кусков, мужик, и я обещал двадцать кусков себе, и мы, мужик, уже на финишной прямой! Это последний, сука, бой!

— Даже, блядь, не сомневаюсь, что это последний, сука, бой! — заорал Клифф. — В таком состоянии у нее нет ни единого шанса против этого зверя Оги-Догги.

— В том-то и прикол, — оживленно возразил Бастер. — Она проиграет. Все дело в ее репутации непобедимого бойца. Мы отправим ее на бой, а сами поставим на другую собаку.

Тут-то Клифф и набросился на Бастера. Примерно четыре минуты они, сцепившись, лупили друг друга в трейлере, пока Клифф не свернул Бастеру Кули шею.

Убил его.

Это случилось где-то в районе пяти вечера. До двух ночи Клифф смотрел телик рядом с трупом Бастера. Затем, когда драйв-ин закрылся, Клифф запихнул тело в багажник машины Кули — подержанной «Импалы Спорт Купе» 1965 года, которую тот купил на выручку с собачьих боев. С Бренди на пассажирском сиденье Клифф отправился в Комптон и бросил машину там, оставив ключи под козырьком. Всю ночь до рассвета они с Бренди пешком шли домой. И когда солнце взошло, Клифф и его собака заскочили в автобус до Ван-Найса.

Это было не первое убийство, сошедшее Клиффу с рук. Первое было в Кливленде в пятидесятых. Второе — два года назад, когда он убил свою жену. Это было уже третье, и оно тоже сошло Клиффу с рук. Он так и не узнал, что в итоге случилось с Бастером Кули и его машиной. Из их общих знакомых никто так ни разу и не вспомнил о Бастере. Это случилось в прошлом году. С тех пор Клифф выставлял Бренди на бой дважды, когда особенно прижимало. Но в последний раз он пообещал Бренди, хоть Бренди и не понимала, что никогда больше не заставит ее драться. И это обещание Клифф намеревался сдержать.

В трейлере в пятницу вечером, 7 февраля 1969 года, он щелкает пальцами и указывает на стул. Рядом с креслом Клиффа стоит деревянный стул с небольшой собачьей лежанкой. Бренди запрыгивает и садится на задние лапы, ожидая, когда Клифф приготовит ужин. Клифф не спешит, хотя и понимает, какая это пытка для собаки. Но это нормально: Клифф как никто знает, что пытки закаляют характер. Прежде чем достать корм, он открывает холодильник и вынимает упаковку из шести банок пива «Олд Чаттануга».

Его крохотный черно-белый телевизор с торчащими антеннами показывает «7-й канал КАВС», филиал АВС. На черно-белом экранчике — реклама любимой марки сигарет Клиффа, «Рэд Эппл». Типичный герой шестидесятых с набриолиненными волосами в черном костюме с галстуком смотрит в камеру на крупном плане.

Голос за кадром спрашивает:

— Хотите красное яблоко?

— Еще как хочу! — с энтузиазмом отвечает мужчина.

Достает снизу, из-за рамки кадра, красное яблоко и со здоровым хрустом его надкусывает.

Клифф делает глоток «Олд Чаттануги» и ставит банку на кухонную стойку. Открывает шкафчик и достает две банки собачьего корма «Волчий зуб» («Добрая еда для злых собак»). Вскрывает банки дешевым консервным ножом с колесиком, затем вываливает содержимое, все еще сохраняющее форму банки, в миску Бренди. Бренди знает, что сейчас время ужина, и потому ей особенно мучительно наблюдать за тем, как шмат выскальзывает в миску, и при этом сидеть неподвижно, не издавая ни звука. Но Клифф ее натаскал, и натаскал хорошо. Может, она мало что знает, но все же знает прекрасно, чего хозяин ждет от нее во время кормления. И чертовски хорошо знает, что должна без скулежа сидеть на стуле, пока хозяин не подаст сигнал.