Чтение онлайн

— Он предатель, предатель, ты верно чуешь, волк, что в ней тоже бежит кровь предателя! Возьми эту тухлую кровь, пролей и избавь мир от неверной дружбы!

Она застыла, по-новому слыша слова Рагнара, смиряясь с собственной смертью — это оказались ее похороны, кто бы знал! — а глупый Седрик, все еще с сумкой, берегущей книжку, бросился наперерез зверю. И вот его Унна пожалела.

— Нет! Не трогай его! Он вообще ни в чем не виноват! Только в том, что нордские глаголы выучить не может! — топнула по ногу Рагнара, пытаясь вырваться. — Седрик! Седрик!

— Ах ты девка! — Рагнар от неожиданности не удержал ее, а хватать опять означало подставлять открытую шею под дюймовые клыки.

Волк подошел ближе, пугая мордой на уровне их лиц, втянул воздух, сверкнул глазами и оттолкнул лапой Седрика на Унну. Живого!

Они упали и откатились недалеко, так, что тепло животного тела было ощутимо поблизости.

Рагнар, оставшийся перед чудовищным зверем в одиночестве, дрожащими руками выставил сверкающее лезвие ножа.

— Он заговоренный! Дотронься — и погибнешь!

Зверь растянул пасть в оскале. Улыбнулся. Унна боялась отвести от него глаза. Челюсти с хрустом перекусили металл.

Человеческий лорд оказался беззащитным перед тем, кто не ведал жалости и не слушал оправданий. Унна помнила точно, она хорошо знала легенды, хотя и не знала, что некоторые умеют оживать.

Рагнара страх корежил и прижимал к земле, а вот Седрик, тоже трясущийся от ужаса, все же нашел в себе силы закрыть Унну собой.

Очертания зверя с окровавленной мордой поплыли, и Унна уже решила, что теряет сознание, но туманные контуры волка перетекли в очертания человека. Или — не совсем человека, слишком уж он был страшен.

Люди не умеют смотреть в точности как звери, а взгляд волка из Нижнего мира совсем не поменялся.

— Тебя плохо учили, Рагнар, — голос тоже был низким, как рык, чарующим и отталкивающим одновременно. — Поэтому слушай свой последний урок, две твои последние ошибки: Мэрвин и Вейсиль.

Слова фейри дошли до сердца и пронзили холодом. Имена убитых друзей отца и Рагнара, Патрика, Руфуса, показались заклинанием на смерть. Солнце, до неузнаваемости изменившее свет, сверкнуло серебром на двух взметнувшихся клинках, Рагнар пронзительно закричал и сразу захрипел-забулькал. Унна решила, что ее все же убьют, вцепилась в Седрика покрепче и зажмурилась. Открыла глаза от странного мягкого стука, непредставимого здесь, увидела мяч под ногами, осознала, догадавшись по светлым ниткам, похожим на обагренную паклю, что это голова Рагнара, и потеряла сознание.

Мидир оставил дочь Алистера на попечение рыжего мальчишки, ненамного старше Джареда, хотя по человечьим меркам разница у них была заметной — еще мальчишка и почти мужчина. В мире ши они оба считались бы малыми детьми, но дело происходило в мире более жестоком и опасном.

В Верхнем любой неосторожный шаг мог обернуться не милосердной смертью, а вечным рабством, поэтому Мидир очень осторожно вошел туда, куда так рвался Рагнар в ожидании помощи, где полыхала серая аура того, кто соткал паутину для человеческого лорда.

Волчий король удивился, как самонадеянны становятся люди, едва речь заходит о достижении власти или драгоценных тут монет. Не разглядеть под боком настоящего ши из Дома Волка, понадеяться, будто все совершенное останется безнаказанным! Это ли не безумие?

Серая тень сидела в самом дальнем углу комнаты. Манила, дразнила, перебирая в пальцах черные четки.

А потом думать и удивляться стало некогда.

Первая ловушка показала себя на входе. Мидир упал навзничь, решив пропустить стрелы, а не ловить их. На третьем шаге запахло ядом — видимо, сработала опустившаяся доска в полу. Не вдыхать — проще всего, а еще лучше закрыть глаза — и можно легко провалиться в яму, полную зло вытянувшихся в сторону пришельца копий.

Могло бы сработать против обычного, даже самого опытного воина. Мидир метнулся вперед, и копья сомкнулись за спиной двумя рядами громадных зубов.

Потом он почувствовал иные затворы. Круговая защита сдавливала грудь, мешала пройти — очень хорошая магическая препона, рассчитанная на всех ши, кроме короля Нижнего мира.

Решение было таким же простым, как сама магия, работающая здесь тяжеловесно и безотказно, как таран. Разбить нельзя, но можно обойти, если знать, как, и уметь обходить. В облике зверя он будет лишен всяческой магии. Мидир обернулся волком, прыгнул вперед, желая порвать закутавшуюся в серый плащ фигуру… и поймал лишь воздух.

Разочарованно помотал мордой, вынюхивая след.

Затаившийся враг не оставил никакого запаха, в комнате никого не оказалось. Это было странным и неприятным: то создание, что чуть было не убило волка, чей запах ощущался в воздухе, а дух — во всей интриге, то ли пропал, то ли успел удрать.

Зато место эта тварь выбрала идеальное. Последняя ловушка расправилась, зашелестела, ухватила за ноги. Скручивающаяся сила захватила короля Нижнего мира, провалилась с ним вместе в Светлые земли, затем лишь, чтобы вытолкнуть в объятый пламенем дом Лейлы.

— Джаред! — яростно закричал Мидир, не ощущая племянника ни живым ни мертвым.

— Джаред, — жалобно позвала Тикки.

Джаред отложил книгу, гася недовольство. Как бы он ни относился к ней лично, она, как женщина и как человек, заслуживала уважения. Тень отца словно замаячила на краю зрения, не то упрекая, не то предостерегая, но Джаред поморгал, и все оказалось много проще: только-то шевелилась тень от занавески. Дела это не меняло, отец всегда учил его защищать женщин и прислушиваться к ним, продолжательницам жизни, матерям и дочерям, поэтому Джаред не задал и вопроса, что понадобилось несчастной Тикки от него, просто перешагнул через порог своей комнаты.

— Ага! Ты больше не в своем доме, глупый!

Обрадованная Тикки прищурилась совсем не похоже на себя, а потом затараторила быстрее, чем Джаред когда-либо от нее слышал:

— Джаред, сын Мэрвина, внук Джаретта! Подойди ко мне немедля!

Звуки сыпались отточенно-остро, словно град, не оставляя возможности для сопротивления. Джаред попытался отшатнуться внутрь своей комнаты, показавшейся сейчас самым безопасным местом в мире.

— Стой! — голос Тикки хлестнул по ушам, которые сами собой дернулись.

Больше не дернулось и не дрогнуло ничего, отшатнуться не вышло, Джаред словно окаменел.

— А теперь иди за мно-о-ой! — злорадно протянула Тикки.

В ее глазах у девочки плясали злые огоньки, похожие на искры факела или пожара.

— Мидир, — выдавил Джаред.

Мидир просил его остаться, не покидать пределы его комнаты, а он!.. Он сейчас пойдет за этой маленькой врединой! Пойдет неизвестно куда, непонятно зачем! Против воли! Не способный сопротивляться хоть сколько-то, чтобы облегчить дяде задачу!